Начало здесь:
После того, как мы поговорили с женой по телефону - казалось, это было в другой жизни - она на машине тренера Свенсона направилась в аэропорт. Конечно, мои слова напугали ее, но кроме них никаких предвестников грядущих перемен не было. Едва покинув Палмер, она попала в привычный мир, где, несмотря на поздний час, по шоссе катили автомобили, а в моллах было полно покупателей. У жены даже возникла шальная мысль позвонить Викки и попытаться объясниться, извинившись за столь скорый побег из гостеприимного дома Скиннер. Но пока она размышляла над этим, «лучшая подруга» позвонила сама.
Викки была сама любезность, она елейным голосом сообщила, что привезла кучу вкусной еды и алкоголь, и с удивлением обнаружила, что миссис Блэквуд куда-то делась.
Хелен не выдержала и стала задавать вопросы по поводу пустого города, по поводу моей поездки. Поначалу Викки терпеливо все это выслушивала, пытаясь обратить все опасения в бредни пьяного человека, убитого горем на похоронах друга.
Однако вскоре настойчивость, с которой Скиннер уговаривала мою жену вернуться, насторожили ее, и Хелен ответила категоричным отказом.
Когда Викки поняла, что ее план даёт трещину, она пригрозила, что очень быстро найдет мою жену и вылететь обратно она не сможет. Маски были сброшены. Хелен поняла, что я был прав.
Это произошло во время ужина в торговом центре на пути в Анкоридж. Жена попыталась забронировать билет на обратный рейс в Калифорнию, но не смогла это сделать. Хотела дозвониться мне, чтобы рассказать об этом, но связь отключили. Тогда всем вокруг это казалось каким-то временным сбоем, случайностью. Люди весело шутили на эту тему, однако Хелен уже четко знала, что все эти события - звенья одной цепи.
Она смогла добраться в аэропорт, где за наличные купила обратный билет на самый первый утренний рейс. Все это я знал и ждал возвращения Хелен тогда, несколько недель назад, когда отправился с детьми к профессору Идриси в Ирвайн, где смог направить ученых по нужному следу в изучении этой проблемы.
Но… как сейчас я помнил ту горящую строчку, что увидел, беседуя с профессором и ассистентом калифорнийского университета, на экране своего телефона: «рейс задержан».
За те несколько ночных часов, что отделяли супругу от вылета в Лос-Анджелес, многое произошло. Сначала она заметила, что охрана аэропорта бежит в сторону выхода. Потом послышались первые выстрелы, которые, впрочем, быстро стихли. А затем со второго этажа она наблюдала, как широкой волной несколько десятков молодых парней и девушек идёт по зданию аэропорта, подняв перед собой руки и встречные люди просто падают перед ними на колени, а потом и вовсе теряют сознание. Это выглядело, как массовое истребление. Оставляя за собой неподвижно лежащие тела, они двигались вперёд, осматривая все вокруг в поисках. Среди этих ребят Хелен узнала и наших знакомых из Палмера и, пожалуй, только в ту минуту поняла до конца, о чем я ей говорил.
Нужно было срочно бежать из аэропорта, Хелен понимала, что счет идет на минуты. Еще совсем немного, и Викки с помощью неофитов сможет ее поймать. Здесь, в зоне ожидания вылетов, она убедила сотрудников аэропорта в грозящей опасности. Вместе они бежали из охваченного восстанием хладнокровок аэропорта. Кроме самой Хелен было еще трое беглецов: стюард авиалиний Аляски по имени Мэтью, водитель погрузчика, взрослый мужчина, назвавшийся Бобом и девушка со стойки регистрации вылетов - Мелани.
Им удалось пробраться на взлетную полосу и на багажном погрузчике выехать за пределы уже захваченной территории. Пользуясь неразберихой и паникой, они смогли добраться до квартиры Мелани, которая жила на последнем этаже в маленьком лофте недалеко от морского порта. Там они укрылись на следующие несколько дней, наблюдая сквозь узкие щели в жалюзи за редкими перестрелками на улицах, за падающими самолётами в гавани, за тотальным поражением армии и флота американских сил обороны.
Связь не работала, скоро отключилось электричество, водопровод и отопление. Они грелись как могли теми тонкими пледами, что хранились в квартире у Мелани.
Мужчины иногда, ночами, выходили на разведку, пытаясь найти пропитание и понять, как выбраться с Аляски. Однажды под утро стюард Мэтью вернулся с девочкой лет двенадцати. Они с Бобом нашли ее в супермаркете, отбили от неофитов, которые вытащили ребенка из-под пустой полки с ящиками для овощей, где она пряталась. Боб бросился на них, проткнул одного штырем – на котором был вывешен ценник на капусту, второй бросился на Боба и пока был занят им, Мэтью с девочкой удалось сбежать.
Девочку звали Ингрид, она была милым белокурым ангелом с вздернутым носиком и рассыпанными по лицу веснушками. Ее родители были туристами из Швеции, они путешествовали по Аляске и просто оказались не в то время и не в том месте. Пытаясь выбраться из штата, они пытались договориться с неофитами, чтобы те выпустили их, как граждан другого государства. Судя по словам Ингрид, у них почти получилось. Им сказали, что первая группа иностранцев будет доставлена по недавно построенной железной дороге в Ном, где из нового порта планируется отправка беженцев на кораблях. Приказали повязать на руки белые ленты.
Поскольку их машина не работала, Ингрид с родителями пошли пешком. Пройти нужно было около пяти миль до военной базы, где теперь был организован центр перемещенных лиц. По дороге родители зашли в супермаркет, хотели купить белые ленты, еды и воды, но столкнулись с мародерами. Бандиты стали угрожать им, отец бросился защищать свою семью, но один из подонков выстрелил в него, и когда они держали на мушке обезумевших от горя и страха мать Ингрид и ее саму, появились хладнокровки. Раздались выстрелы, возникла неразбериха, мать оттолкнула дочку, а сама попала под атаку вместе с бандитами.
Девочка проползла под прилавками и спряталась в закутке в молочном отделе. Ее видимо искали, но не нашли, потому что она забилась в угол, закрылась картонными коробками и сидела там, пока все не стихло. Затем она вылезла и в темноте начала искать маму, но никого не было.
Она вышла на улицу, прошла пару кварталов туда и обратно, но затем решила вернуться в супермаркет и ждать. И залезла туда, куда ее толкнула мать, надеясь на возвращение родителей, которые, она верила, все еще живы и могли прийти за дочерью. Но пришли Мэтью с Бобом. Ингрид думала, что вернулись мародеры, и потому в страхе выбежала из-под прилавков, как тут же столкнулась с двумя холодными людьми. Началось обращение, но тут Боб проткнул одного из них, а Мэтью смог увести девочку.
Обсудив произошедшее, стюард и Мелани предложили пробираться на базу Ричардсон, повязав белые ленты, чтобы таким образом сойти за беженцев, однако Ингрид, хоть и была сильно напугана, но не собиралась уходить. Она ждала родителей и верила, что те вернуться в этот злосчастный супермаркет на углу.
Хелен прекрасно понимала, что едва она появится в центре для перемещенных лиц, как хладнокровки сразу схватят ее. К этому моменту уже было понятно, что новые люди общаются друг с другом на уровне цифрового кода, поэтому стоит ей лишь попасть в поле зрения любого их неофитов, как о местонахождении моей жены сразу же станет известно Викки.
Хелен убедила пару из аэропорта оставить ее здесь, а самим попробовать пробраться в Ричардсон. Однако и девочка-шведка также категорически отказалась уходить от места потери родителей. В итоге Мелани и Мэтью повязали белые ленты и ушли, пообещав, что они все разузнают и вернутся за ними. И Хелен с ребенком оставались в квартирке под самой крышей.
Шли дни, заканчивались припасы, а они все ждали, почти теряя надежду. Однажды моя жена и девочка все же осторожно спустились вниз по пустому дому, прошли по пустым тихим улицам в супермаркет и оказались у прилавков. Ингрид замерла в ожидании родителей, стоя у этих пустых ящиков для овощей, пока Хелен пыталась отыскать подсобках еще хоть что-то съедобное.
И вот, когда она вернулась, то заметила, как девочка разговаривает с молодой девушкой – хладнокровкой, которая возникла здесь совершенно неожиданно. Хелен замерла в ужасе, не зная, как ей спасти девочку и при этом спастись самой, и в этот момент она услышала, как те говорят между собой по-шведски. Вскоре вдруг Ингрид обратилась к незнакомке «мама» и миссис Блэквуд поняла, что вернулась мать девочки. Прямо на глазах Хелен мама вскинула руку и направила ее на своего ребенка. Ингрид упала на колени, глядя на свою маму, которая дарила ей новую жизнь, а Хелен зажав рукой рот пятилась назад, чтобы потом бежать по улицам города, слыша за спиной гулкое эхо собственных шагов.
Она осталась совсем одна. Она уже не верила в спасение, как вдруг ее настиг автомобиль. Фары выхватили Хелен из темноты, и она понимала, что теперь ее поймали.
Однако в машине оказались люди куда пострашнее хладнокровок. Это были настоящие преступники, члены банды Косого. Они колесили по городу в поисках наживы, но выполняли, как стало известно потом, еще одну важную миссию: искали белую женщину лет тридцати по имени Хелен Блэквуд. Лично босс поручил отыскать ее во что бы то ни стало. Так моя жена оказалась в заложниках у главного бандита южной Аляски, заключившего сделку с «госпожой».
Каково же было ее удивление, когда на встрече с этим ужасным человеком она увидела коротышку Джереми Хитстрока, того самого, над которым потешалась вся школа, а он тайком писал ей любовные письма, подбрасывая под дверь дома. Смежной косоглазый мальчишка, которого спас от расправы одноклассников отважный Эндрю Блэквуд – будущий муж Хелен.
Каково же было ее удивление, когда на встрече с этим ужасным человеком она увидела коротышку Джереми Хитстрока, того самого, над которым потешалась вся школа, а он тайком писал ей любовные письма, подбрасывая под дверь дома. Смешной косоглазый мальчишка, которого спас от расправы одноклассников отважный Эндрю Блэквуд – будущий муж Хелен.
Джереми объяснил Хелен, что не отдаст ее в холодные лапы Викки, так как будет якобы использовать ее в качестве приманки для моих поисков. Получается, мафиози оказался сентиментальным и хитрым, раз сумел обвести госпожу вокруг пальца. От Хитстрока Хелен узнала, что ее муж – Эндрю Блэквуд, является самым разыскиваемым теплокровным и самым опасным преступником для неофитов.
Сначала Викки мало верила в эту идею, но Джереми отстоял Хелен, а после того, как провалилась «атака на Тикеле», Скиннер приняла план, который ей предлагал глава ее тайной полиции – завлечь меня в горный отель, чтобы устранить физически. Поскольку Виктории нужен был лишь Символ, она дала согласие на устранение мафиозными руками своего главного оппонента.
Еще неделю Хелен провела в заточении, где, впрочем, с ней обращались как с королевой. Ее хорошо кормили, приносили дорогие вина, лишь только не было выхода из этой высокой башни.
Однажды Джереми сказал, что я уже на Аляске и ждать осталось совсем недолго. Тогда Хелен собрала вещи и просто стала ждать, пока, наконец, дверь в 303 номер не распахнулась, и на пороге не появился я.
Вот так все сложилось и это можно было бы назвать просто чудом. Однако я верил в удачу, чувствуя, как исходит тепло от моего амулета, висящего на груди. Теперь, после всех злоключений, я каким-то шестым чувством осознавал, что мы доберёмся до Нома. И тогда я смогу спасти свою жену и нашего маленького ребенка, который уютно устроился в животе самой прекрасной женщины на свете, засыпающей на лавке в маленькой комнате импровизированного вагончика, сбитого из сосновых досок на платформе дрезины.
Я накрыл Хелен тем самым серебристым пакетом НАСА, который позаимствовал у Софи Мэй... Интересно, жива ли ещё эта вздорная девчонка? Ведь если у меня получилось справить ее код и вернуть человеческую природу, это могло стать настоящим прорывом в борьбе с хладнокровками. Профессор Идрисси точно помянул бы своего бога, узнав об этом.
Оставалось лишь выбраться отсюда, чтобы рассказать миру об этом. Я точно знал, что далеко не все с восторгом принимали этот новый мир, может, кто-то уже совершил ошибку и теперь не знал, как все вернуть назад. Что-то подобное произошло с гробовщиком Маком, когда он попросил избавить его от этой холодной молодости на заднем дворе дома Веласкесов. Вера в правильность моего пути была непоколебима - я должен был дать миру шанс остаться прежним. Это было, по крайней мере, честно.
Глядя на уснувшую жену здесь, в этой теплушке с едким запахом гари, я чувствовал себя уютно и спокойно, и хотел, чтобы так было всегда. Чтобы поколения сменяли друг друга, чтобы мы любили, ненавидели, радовались, грустили, но, главное, жили как люди, и наши сердца пылали чувствами.
Да, какая-то коллективная забота есть и у хладнокровок, думал я, глядя на то, как Софи пыталась защитить своих родителей, или на то, как Кэти пыталась испечь пиццу моим детям, только это было совсем другое! Возможно, когда-нибудь ученые разберутся в этой стадной культуре, но я мог точно сказать одно, я их ненавидел за все то, что они сделали, как вторглись в мой мир, убили моего лучшего друга, превратили мой город в место тоски и отчаяния, загнали людей в резервации и угрожали нам своими сверх-технологиями. Этому необходимо было положить конец.
(продолжение следует)
! Читать всю книгу прямо сейчас https://www.litres.ru/book/maksim-zabelin-32195497/kollblek-68013248/
