«Жизнь полна сюрпризов, и не только приятных»
Отчаянные домохозяйки
Я не знаю, сколько мы продремали, но проснулись все разом от женского визга, доносящегося из коридора.
Боб поднял голову и сонно провещал:
– Вот это будильник! Мне бы такой домой, а то утром глаза не продрать, – мы опять стали проваливаться в сон, когда опять раздался визг. Боб сел и мрачно проворчал. – Чего же это такое произошло? Неужели кто-то увидел крысу? Слушайте, если это сказка, то она очень страшная и совсем не про трёх поросят.
Гусёна потянулась.
– Надеюсь, Кай защитит нас. Она биолог. Это её работа.
– Утешай себя тем, что крыса сдохла от этого крика, – отмахнулась я. – К тому же ты не прав! В сказках должно быть по середине страшно, но, чтобы в конце добро должно победить зло.
– Точно, – пробормотал Боб и стал засыпать.
Спать нам не дали, потому что в дверь постучали, и в комнату вошла наша Пышка.
– Обед! – провозгласила она. – Хорошо, что я к вам заглянула, иначе бы вы проспали.
– О господи, неужели мы спали три часа? – я ахнула.
Пышка покачала головой.
– Дорога, метель! К тому же я слышала, что вы были в тренажёрном зале. Не удивительно, что все заснули.
Боб, зевая, спросил:
– А кто там так кричал? Что-то серьёзное, или крысу увидели?
Пышка ахнула и сложила руки под фартуком.
– Да что вы! У нас нет крыс, – она горестно поджала губы. – У нас такое! Такое, что трудно описать. Кто-то мерзко и противно пошалил. Ведь всё так было мирно и прекрасно.
– Вот как! – Гусёна мгновенно проснулась и, выскочив из-под пледа, бросилась к тумбочке, выудила оттуда косметичку, достала пузырёк, что-то накапала в хрустальный бокал и подошла к Пышке. Посадила её и протянула бокал. – Выпейте! Это настойка пустырника. Рассказывайте! Я вижу, что Вы взволнованы. Что нарушило местную сказочную идиллию.
Наша Пышка выпила капли и прижала руки к щекам. Я давно не видела, чтобы женщина так делали, разве в фильмах.
Пышка между тем трагически выдохнула:
– Свиная голова!
– Что? – хором воскликнули мы.
– Да-да-да! Свиная голова! Кто-то в холл, прямо на стол, где ресепшн, положил отрубленную свиную голову. Даже не понимаю, откуда они её взяли?
– Ой! Не ко времени я вспомнил про трёх поросят. Неужели и здесь мафия?! – Боб подскочил. – У вас здесь кто-то закопал сундук с золотом? Это намёк? Типа, верни золото, а то мы и тебе голову…
Пышка расстроенно запыхтела и встала.
– Да будет вам! Какие сундуки? Здесь в номерах только современная мебель, кстати из натурального дерева.
– А что сторож говорит? – продолжал допрос Боб, а мы слегка удивились, почему это его так заинтересовало?
– Так он же спит, но никаких следов от ворот нет, – отмахнулась Пышка.
– А неужели нет никаких других способов попасть на эту территорию? – удивился Боб.
– Есть, задняя калитка, но там всё завалено снегом. Ах! Я вся на нервах! Танюша, которая отлучилась, буквально, на минутку, когда вернулась, а там голова. Она так перепугалась и так кричала. Бедняга! Там всё пришлось отмывать, – мы переглянулись, не зная, что говорить в таком случае, а Пышка, направилась к двери. – Поторопитесь, гости дорогие! В трапезной уже накрывают.
Боб рыкнул на нас:
– Отвернитесь.
– Сам отвернись, – сказала я хором с Гусёной.
В этот раз мы плюнули на все этикеты и оделись, как нам было удобно, то есть в джинсы и тонкие джемпера, которые отличались только цветом. Серый у Боба, синий и сиреневый у меня с Гусёной. Мои друзья посмотрели на меня, переглянулись, и Боб решительно протянул мне щётку для волос.
– Вот что, причешись! У тебя башка, как будто ты на соломе валялась. Ты что, в самом деле, нас позоришь?
Я вздохнула и, громко стеная, стала расчёсывать волосы.
Мне, в отличие от моих сестёр, достались от предков медно-русые волосы, которые к тому же вились. Именно это обстоятельство не позволило мне их отращивать ниже плеч, потом в них образовывались колтуны, а если короче, то они вставали перпендикулярно к голове, и я становилась похожей на клоуна. В детстве мама решала проблему просто, она оставляла длину не больше сантиметра, но тогда, я становилась рыжей. Бабушка всегда смеялась и называла меня фонариком.
Однажды, в какой-то затрапезной парикмахерской седая парикмахерша постригла меня так, что с тех пор волосы лежали, как после укладки. Нужна была только расческа, чтобы голова приобретала цивильный вид. Мои сестры не верили мне, что это – просто стрижка. Их обида на то, что я не рассказываю, где меня так уложили, полностью меня отвратили от желания вертеться перед зеркалом. Я всегда делала только необходимое с лицом. Расчесаться, напудрить нос и покрасить губы.
Вот и теперь, я всё это продела быстро, в результате Гусёна с благоговением прошептала:
– Что Бог дал, ничем не испортить!
– Отвали! Кто бы говорил? Я вот всегда завидовала твоему изяществу! Ты просто не видишь, как ты элегантна и креативна, – сообщила я ей.
Гусёна покраснела и бросилась меня целовать. Боб растроганно шмыгнул носом и перед зеркалом попытался причесать свои лохмы. Безуспешно, конечно. Он по-хозяйски обнял нас за талии, и мы направились в столовую. Пришли мы последними.
Обед проходил в полном молчании.
Мы употребляли восхитительный суп из сушёных белых грибов со сливками, бараньи почки под сметанным соусом с гречневой кашей. Пироги с капустой и яйцами, мы запивали густым компотом из сухофруктов. Все было таким вкусным, что ели, не торопясь, смакуя каждый кусок. Впервые мне не хотелось оставить даже крошку на тарелках.
Неожиданно Максим Максимович звучно проговорил:
– Друзья, что вы думаете, об этом инциденте? Неужели это кто-то из отдыхающих так пошалил?
– Пошалил? – взвизгнула одна из «попугаих».
– А что мы можем думать? – нервно проговорил Серж. – Мы же ничего не знаем! Какой-то пpuдepoк, решил кому-то отравить жизнь. Это кто-то из отдыхающих. Вряд ли кто-то из обслуживающего персонала.
– Нет-нет! Это чья-то месть! – выкрикнула вторая девушка-попугайчик. – Но вряд ли это месть отдыхающим. Но! Никто не знал, что мы очутимся здесь, и мы здесь никого не знаем.
– Пустое! Какая месть?! – отмахнулся Максим Максимович. – Если бы кому-то хотели отомстить, то ему бы отрезали голову, а не свинье. Свинья-то в чем провинилась?
Все хором охнули, а Боб захохотал.
– Вот это по-русски, уважаю! Башку долой, и с приветом.
– Нет, это не месть, а напоминание о грядущем возмездии! – провозгласил Владлен. – Вот вам всем пример гнусной капиталистической морали!
– Даже животные способны мстить, если их обидели, – возразила я. – Уверяю, когда мартышки кидаются дepьмoм, то они не думают о капитализме. Только я не поняла, про какое возмездие Вы, Владлен говорите?
– Про то, что вы все зажрались, жируя на здоровом теле пролетариата! – рявкнул он.
– Мы? Жируем? – пролепетала одна из попугайчиков. – Бред какой-то! Могли бы смс-ку написать. Голову-то зачем отрезать?
– Эх! Жалко мы не видели! – высказался один из близнецов, получил затрещину от отца и замолчал.
– А я предвижу, что скоро всё разъяснится, – проговорила дама-вобла, которая теперь была в элегантном малиновом платье. Приедет полиция, и всё разъяснится.
– Полиция? – хором вскричали «попугайчики-неразлучники», испуганно переглянувшись. – Зачем? Это же просто хулиганство!
– Ерунда! – отмахнулся Максим Максимович. – Никто из-за такой глупости не будет вызывать полицию. Ей, Богу! Да, и не поедут они сюда в такую метель.
Переговариваясь, все вышли в холл и замерли, потому что двери распахнулись, и в холл ввалились четверо полицейских, настолько засыпанных снегом, что они были похожими на снеговиков.
Самый высокий стряхнул снег с непокрытой головы и пророкотал в пространство:
– Где владелица, или директор?
Все попятились, таким холодом потянуло от вошедших. Я немедленно потянула Гусёну и Боба за собой, чтобы не мешаться, и мы направились в игровую комнату. Обнаружив настольный футбол, я и Боб, принялись яростно сражаться. Гусёна, стоя на стуле, вопила и подбадривала нас. Вскоре в комнату вбежали близнецы и стали сверлить нас взглядами.
Конечно, мы уступили им игру и ушли в угол комнаты, усевших на удобные стулья вокруг карточного стола. Гусёна постучала по столу, чтобы мы не глазели, как играют мальчишки.
– Это очень, ну очень странное происшествие! А давайте поиграем в следствие? Такой будет классный отпуск!
В этом она вся, мы с Бобом переглянулись. Играть в следствие полагалось нам с Бобом, а она будет слушать и критиковать.
– Начать надо с того, откуда у этой Тамары столько бабла, что она построила целый санаторий? – проговорил Боб.
– Из девяностых, тогда делались состояния, – предположила я.
– О! – Боб поднял палец. – Думаешь, что эти менты, тьфу, полицейские – это её крыша?
– Из-за какой-то свиньи они потащились в такую даль? Нет, здесь что-то другое, – я, не соглашаясь с ним, покачала головой.
– Вот! Вот чего нам не хватает! Приключений! Класс! Суперприключение – «Тайна свиной головы», – всплеснула руками Гусёна.
– Не накаркай! – попыталась остановить её я.
– Кай! Но ведь интересно! Неужели из-за непогоды мы просидим в этом доме, как старики? Ну давайте поиграем! Ведь не всем так везёт в отпуск. Надо обязательно всё разузнать!
– А давайте подслушаем! – подмигнул нам Боб. – Я заприметил кое-что на столе у этой девицы на ресепшне. Убеждён, что она всё время подслушивает владелицу этого «Чистого блаженства». Я попробую подключиться, и мы будем знать все тайны этого заведения.
– Фи! Подслушивать… Некрасиво! – сморщила нос Гусёна. – Я передумала. Да и вы не горите желанием быть детективами. Будем лениться изо всех сил. Пошли в бильярдную! Разгуляемся там вовсю.
Я улыбнулась, наш генератор идей работал во всю мощь.
– Уверена?
– Только если вы согласны, – Гусёна робко улыбнулась.
Боб засмеялся и обнял её за плечи.
– Пойдём!
В бильярдной сражались парни «попугайчиков-неразлучников», мы сели на стулья у стены.
Блондинка подошла к нам и представилась:
– Алина.
Шатенка кивнула нам издалека.
– Марина. Вы не знаете, зачем приехала полиция?
Я пожала плечами.
– Откуда? Мы ушли, чтобы не мешать им. Наверное, вы тоже?
– Нет! Просто мы всегда в это время играем в бильярд. Мы здесь уже два дня, – Марина внимательно рассматривала нас. – Вам придётся подождать. Наши мальчики не любят менять привычки.
– Да, ради Бога! – отмахнулся Боб. – Мы посмотрим.
– А правда Серж великолепен? – воскликнула Алина.
– Нет-нет! Анджей обыгрывает его, – возразила Марина.
– Вот это да! Анджей поляк? По-русски говорит хорошо? – поинтересовалась Гусёна.
– Нет, он русский, и по паспорту его зовут Андреем, но ему нравится, когда его зовут Анджей. – Марина остро взглянула на неё – А зачем вам его национальность?
Гусёна смешалась, какие-то комплексы из детского прошлого не позволяли нашей яркой Гусёне разговаривать с такими девицами, но не мне.
Я не красавица, но выросла рядом с двумя дивными красавицами-сёстрами, что позволило мне развить своё самоуважение до немыслимых вершин. Именно поэтому я выпятила губы и хмыкнула.
– Глупости! Зачем нам его национальность? Просто удивила странная ненависть к собственному имени. Андрей – очень красивое имя. Оно означает «мужественный», «отважный».
– Почему ненависть? Люди должны чувствовать себя комфортно. Делать, что хотят, одеваться, как нравится, – Марина чуть нахмурилась. – Ведь не зря же ты вместо имени Екатерина, всем представляешься, как Кай.
– Ошибаешься! Я не Катерина, и чувствую себя всегда комфортно со своим именем. – не люблю я объясняться по поводу имени, поэтому я положила ногу на ногу и задрала нос. – Кстати, моё полное имя Кайден, и оно даже не женское. А наши действия диктуются не только желаниями, но и воспитанием.
Марина резко отвернулась и воскликнула:
– Давай, Анджей! Давай!
– Да что же ты орёшь под руку! – внезапно огрызнулся Анджей и, промазав, раздражённо бросил кий. – Из-за тебя проиграл. Разоралась, тут!
– Не кричи на меня! – взвизгнула Марина и замолчала.
В комнату вошёл незнакомый здоровенный парень в джинсах и красивом вязаном шоколадном джемпере и джинсовой куртке. Осмотрел нас и представился:
– Здравствуйте, господа отдыхающие. Я майор Петров. У меня к вам всем один вопрос. Пока один.
Дальнейшее меня позабавило – «попугайчики-неразлучники» метнулись от него и встали так, чтобы между ними и им был бильярдный стол. Мы же не пошевелились. Судя по всему, Майор тоже это заметил. Он цепко осмотрел нас, на мгновение его брови взметнулись, но, не меняя выражения лица, он извлёк тысячную купюру и спросил:
– Чья эта купюра? В смысле кто из вас держал её в руках?
На лицах «попугайчиков» мелькали недоумение, интерес и почему-то страх. Парень молча ждал. Мы переглянулись.
Боб спокойно объявил:
– Ну я, и что?
– Вы уверены? – Майор внимательно посмотрел на него.
– Да! – Боб сердито засопел. – Там в углу зелёным фломастером написан иероглиф.
– Тогда пройдёмте в соседнюю комнату и поговорим.
Продолжение следует...
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: