(картинка из сети интернет)
В отличие от эмоциональной зависимости, где процессы слияния и страха, отчаяния или тревоги прозрачны (про них в следующей статье), в теме контрзависимых проявлений дела обстоят не так уж и прозрачно.
Слушал тут лекцию про автономность и зависимость в отношениях, что навело меня на размышления феномена именно автономности, но в контексте подмены контрзависимости. Ведь часто в работе встречаюсь с тем, что и правда некоторые избегающие проявления клиентов выглядят для них как признак свободы и автономности. Приводятся множество аргументов в различных ситуациях, почему и как человек считает такое поведение не избеганием, а проявлением свободы. И конечно правда, тут контексты играют не последнюю роль. Потому что на другой стороне работы с контрзависимым поведением находятся страх и сомнения «а не снова ли я начал что-то избегать?» (при том, что в некоторых ситуациях реально лучше что-то избежать). И в этом месте тоже уже теряется элемент свободы – когда я либо не избегаю, либо избегаю; это просто две крайности, и если тут и есть запах свободы, то он сильно эфемерен.
Но такова часть работы с таким феноменом. Нам вообще свойственно обращаться к нашим полярностям и исследовать такие вот противоположности. В терапии, в процессе работы в какой-то момент эмоционально зависимый человек станет проявлять контрзависимые черты, а контрзависимый польстится на слияния; и пусть оба они будут испытывать скорее всего тревогу и страх, такое знакомство со своими разными частями и есть начало обретения автономности.
Свобода = выбор. Автономность = выбор.
(картинка из сети интернет)
Если человек говорит, что он НЕ не избегает и НЕ не приближается исходя из выбора, якобы из свободы выбирать, то это самообман, поскольку приближаться в конечном счете он так и не выбирает. Я выбираю не приближаться и правда звучит как выбор, тут спора нет; однако если при этом есть желание приближаться (но страх сильнее), то это не выбор, как таковой. То есть выбор, конечно, правда лишенный свободы. Ведь есть еще и часть сближения исходя из потребностей и чувств. Но их для начала придется заметить, осознать/почувствовать, затем принять и уже тогда решать – приближаться или нет. Автономность в отношениях, это когда я имею оба варианта – приближаться или отстраняться и в этих отношениях так или иначе пользуюсь двумя такими вариантами. Если я всегда выбираю избегать, то и отношений как таковых и нет; есть функция приближения, но на уровне чувств и потребностей контакт н осуществляется. Свобода, это когда мне страшно, и я признаю это чувство; приближаюсь к нему и проверяю его (помня при этом, что я могу остановиться) насколько он реально оправдан и соответствует ситуации и мои представлениям.
(картинка из сети интернет)
Свобода и автономность еще в том, чтобы реально говорить и принимать свои чувства в ситуации контакта. Чувствовать себя ранимо, или трогательно; уязвимо и при этом в безопасности. И для этого придется пробовать сближаться и выбирать; рисковать и учиться доверять. Ради себя и для себя; ради своей истинной свободы, а не для подмены ее иллюзией автономности.
В конечном смысле важно и можно спрашивать себя, а чего я избегаю? От чего бегу? Спрашивать про себя, а не про ситуацию; то есть, конечно, убегать от дисфункциональных отношений или от людей с кем плохо разумно; тут даже будут и чувства ясны для себя; но когда человек убегает от заботы, трогательности, нежности – от ни ли убегается? Или же там присутствует страх? И если так – то важно прояснять, чего я боюсь? Что пугает меня больше всего? И вот уже дорожка к автономности протаптывается.
Автор: Алексей Ермолов
Психолог, Гештальт-психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru