#БАЙКИПОВТОРНИКАМ
Идеал, как известно, недостижим. Это все знают, да, это все знают.
Все ученики – сволочи. Это тоже знают все. Учителя, я имею ввиду.
Однако жизнь временами преподносит сюрпризы.
И лежа на смертном одре я с гордостью смогу сказать: «У меня был идеальный ученик!»
В курсе обществознания есть такая тема «Девиантное поведение». Оно же «отклоняющееся». В смысле, от нормы отклоняющееся. Это когда человек систематически творит дичь, которую нормальный человек (кажется, в школах их сейчас называют нормисами, если я ничего не попутал в молодежном сленге) будет творить только после литра паленого вискаря.
Однако, девиантное поведение может быть не только негативным. Лютую дичь можно творить и так, что либо тебе – сплошная польза, либо обществу – большая радость. Позитивные девиации, так сказать.
Ну и чтобы объяснить, что это такое, я школьникам постоянно приводил такой пример.
- Представьте, - говорю, - что за все одиннадцать лет обучения вы своевременно выполнили ВСЕ домашние задания (включая устные) по ВСЕМ предметам на КАЖДЫЙ день. Нормально это?
- Неее, - ржут ученики.
- Понятно, что пример чисто гипотетический, в реальности таких идеальных учеников не бывает. Но представить же мы можем?
И вот повторяю я этот пример раз от раза, год от года, будучи абсолютно уверенным, что нет таких крепостей, которые не могли бы взять большевики (зачеркнуто), учеников.
И вот в один из уроков в очередном восьмом классе после этого примера с задней парты раздается:
- Есть! Есть такая партия (зачеркнуто) ученица! Вон, на первой парте.
А на первой парте сидит девочка Ирина, умничка и красавичка, и скромно в означенную парту глядит.
- Что, - спрашиваю – и правда?
- Да, - почти неслышно отвечает девочка Ирина
- Что, прям все домашки по всем предметам ко всем урокам? – усомнился я
- Да, - еще тише ответила девочка.
Очень хотелось не поверить. Но, с одной стороны, я знал, что Ирина идет на золотую медаль. Ее туда недвусмысленно послали еще после первой четверти первого класса. И никто ни из учеников, ни из учителей не сомневался, что она туда придет. С другой – Ирина была очень честной девочкой, и оснований не верить ей у меня отродясь не было.
- Ладно, - говорю – это пока восьмой класс. К концу одиннадцатого все равно где-то да схалявите.
- Нет, - отвечает девочка, и в глазах ее зажигается такой огонек упрямства, что все лампочки Ильича вместе взятые отдыхают.
Договорились вернуться к вопросу в конце одиннадцатого.
И вот, цветущим маем, когда я в том классе вел самый последний свой урок, я, конечно, Ирину спросил: «Ну что? Удалось сделать все задания по всем предметам ко всем урокам».
А девочка Ирина, надо сказать, к концу школы прям расцвела, набралась уверенности и здоровой наглости, говорила уже не еле слышно, а бодро-весело-хорошо.
- Да, - говорит, - я это сделала!
И дальше, подняв глаза, с еле сдерживаемым стоном:
- НО КАК ЖЕ Я ЗАДОЛБАЛАСЬ!