Нина поправила сбившуюся штору и в очередной раз проверила список продуктов. До Нового года оставалось две недели, а столько всего нужно успеть приготовить.
"Мам, мы приехали!" - в прихожей раздался голос старшей дочери Марины.
"Как всегда - королевский выход", - пробурчала младшая Света, которая уже час помогала матери с уборкой.
Марина впорхнула на кухню, сияющая, в новой норковой шубе: "Представляете, Игорь такой сюрприз прислал с вахты! Говорит, премию получил."
"Красота какая!" - восхитилась мать. "Повезло тебе с мужем."
Света демонстративно загремела кастрюлями. Её бывший муж третий месяц не платил алименты, а десятилетний сын просил на Новый год новый телефон.
"Светка, ты чего гремишь как слон в посудной лавке?" - поморщилась Марина. "Я тут, между прочим, о радостном рассказываю."
"Да что ты говоришь? О радостном? А то, что я тут с утра пашу как проклятая - это, значит, не в счет?"
"Ой, началось!" - закатила глаза Марина. "Вечно ты всем недовольна. Научилась бы радоваться чужому счастью."
"Чужому счастью?" - Света резко развернулась к сестре. "Ты хотела сказать - твоему счастью? Которое ты при каждом удобном случае нам в нос тычешь?"
"Девочки, не начинайте", - вмешалась мать. "Давайте лучше обсудим, что будем готовить на праздник."
"А что тут обсуждать?" - фыркнула Марина. "Я уже все распланировала. Света будет отвечать за салаты, ты, мам, за горячее, а я..."
"А ты, конечно, будешь командовать?" - перебила Света. "Как всегда?"
"Ну а кто еще? У меня хоть вкус есть и чувство стиля. А то в прошлом году твой оливье..."
"Что с моим оливье не так было?!"
"Девочки!" - повысила голос мать. "Прекратите сейчас же! Мы же семья, в конце концов!"
Но сестры уже не слушали. В воздухе отчетливо запахло грозой.
"Не возьму я эту колбасу!" - Света решительно положила упаковку обратно на полку. "Ты видела, сколько она стоит?"
"Господи, Светка, не позорься!" - прошипела Марина. "Это же праздничный стол! Нельзя экономить на качестве."
"Тебе легко говорить - твой Игорь на вахте по двести тысяч привозит. А я одна сына тяну!"
Мать устало наблюдала за перепалкой дочерей. Поход в магазин за продуктами превратился в очередное выяснение отношений.
"Я могу добавить денег..." - начала было Марина.
"Вот только не надо!" - вспыхнула Света. "Не нужны мне твои подачки! Я не нищенка!"
"А ведешь себя именно как нищенка! Вечно экономишь на копейках."
"Да потому что я живу в реальном мире! А не как некоторые - на всем готовеньком!"
К ним начали оборачиваться другие покупатели. Нина попыталась утихомирить дочерей:
"Девочки, давайте я сама все куплю..."
"Нет уж!" - отрезала Света. "Раз мы договорились скидываться на праздник, значит будем брать то, что всем по карману."
"Ой, можно подумать, твои пять тысяч что-то решают!" - не выдержала Марина.
"Что ты сказала?!" - Света побелела от ярости. "Значит, мои деньги недостаточно хороши для твоего царского стола?!"
"Я не это имела в виду..."
"Нет, именно это! Всю жизнь ты смотришь на меня свысока! Успешная, богатая, мужем довольная! А я так, второй сорт!"
"Светлана, прекрати истерику!" - вмешалась мать. "На нас люди смотрят!"
"Пусть смотрят! Пусть все видят, какая у нас замечательная семья! Где одна дочь - королева, а вторая - золушка!"
С этими словами Света развернулась и выбежала из магазина, оставив тележку с продуктами посреди прохода.
"Господи, вот же характер!" - вздохнула Марина. "Всегда она все драматизирует."
"А ты не даешь ей поводов?" - тихо спросила мать.
"Что? Мам, ты на чьей стороне вообще?"
"Я не на чьей стороне. Я просто хочу, чтобы в семье был мир."
"С ней это невозможно", - отрезала Марина. "Она всегда была завистливой."
Нина промолчала. Она слишком хорошо знала - в этом конфликте нет правых и виноватых. Просто жизнь по-разному обошлась с её дочерьми.
Вечером собрались у матери обсуждать подарки. Света сидела в углу дивана, демонстративно уткнувшись в телефон.
"Так," - начала Марина, раскрывая свой ежедневник в кожаной обложке. "Я своим детям уже все купила - старшему новый айфон, младшей планшет. Мам, тебе я присмотрела..."
"А ты не лопнешь от такой щедрости?" - не выдержала Света.
"Опять начинаешь?"
"Нет, просто интересно - когда ты хвастаться перестанешь?"
Нина поспешила вмешаться: "Девочки, давайте лучше чай попьем. Я пирог испекла..."
"Кстати, Свет," - продолжала Марина, игнорируя выпад сестры. "Что ты Мишке своему купила?"
Света вспыхнула: "Не твое дело!"
"Ясно, опять какую-нибудь дешевку..."
"Марина!" - одернула дочь Нина. "Не смей!"
"А что я такого сказала? Просто мне жалко племянника. Вечно ходит в старье, игрушек нормальных нет..."
Света вскочила с дивана: "Да как ты смеешь?! Я последнее на сына трачу! А то что мы не можем позволить себе айфоны..."
"Я могу помочь," - великодушно предложила Марина. "Хочешь, добавлю денег на нормальный подарок?"
"Заткнись! Просто заткнись!" - закричала Света. "Ненавижу твою благотворительность! Ненавижу твое высокомерие! Засунь свои деньги знаешь куда?!"
"Светлана!" - ахнула мать.
"Что - Светлана? Что?! Думаете, я не вижу, как вы на меня смотрите? С жалостью, с превосходством! Бедная разведенка, неудачница..."
"Никто так не думает," - попыталась успокоить её мать.
"Все так думают! Особенно наша принцесса!"
"Знаешь что?" - Марина тоже встала. "Надоело мне твое вечное нытье! Да, у меня есть деньги! Да, у меня хороший муж! И что теперь - мне извиняться за это должна?"
"А помнишь, Мариночка," - вдруг тихо сказала Света, "как ты в школе стыдилась меня? Как просила не подходить к тебе при одноклассниках?"
"Господи, опять ты за старое! Нам было по четырнадцать и двенадцать лет!"
"А в институте? Когда я приходила к тебе в общежитие? Ты и там меня стеснялась - недостаточно модная, недостаточно умная..."
"Света, прекрати!" - взмолилась мать. "Зачем старое ворошить?"
"Затем, что ничего не изменилось! Она всё такая же - только теперь у неё есть деньги, чтобы свое превосходство подчеркивать!"
Марина побледнела: "Ты... ты просто завидуешь! Всегда завидовала! Потому что я красивее, успешнее..."
"Да пошла ты!" - выкрикнула Света. "Подумаешь, королева! А кто тебе со свадьбой помогал? Кто с твоими детьми сидел, пока ты по салонам красоты бегала?"
"Я тебе за это платила!"
"Платила она... Копейки свои кидала, как милостыню! А я молчала - потому что деньги нужны были..."
Нина схватилась за сердце: "Девочки, умоляю, перестаньте!"
"Нет уж, мама, пусть все выскажет!" - Марина скрестила руки на груди. "Давай, Светка, вываливай все свои обиды! Что еще тебе не нравится в моей жизни?"
"Да всё! Всё в твоей идеальной жизни меня бесит! Особенно то, как ты на меня смотришь - будто я грязь под твоими ногами!"
"Боже, какая же ты..." - Марина не договорила, покачала головой. "Мама, извини, но я не буду больше это терпеть. Либо она успокоится, либо я ухожу."
"Конечно, уходи!" - крикнула Света. "Ты же у нас особенная! Не можешь со всяким сбродом время тратить!"
Нина решила взять дело в свои руки. На следующий день она собрала дочерей за семейным ужином.
"Я приготовила ваше любимое - жаркое с грибами," - суетилась она. "Как в детстве, помните?"
Сестры сидели по разные стороны стола, старательно избегая смотреть друг на друга.
"Вот что я думаю," - начала Нина. "Давайте сделаем все по-другому. Марина, ты не будешь командовать, а Света..."
"А что Света?" - тут же вскинулась младшая. "Опять будет все делать, да? За всеми убирать, готовить, а потом выслушивать, что салат не так порезала?"
"Я не это имела в виду..." - попыталась объяснить мать.
"Ой, да пусть не готовит ничего!" - махнула рукой Марина. "Я закажу все в ресторане. Не разорюсь."
"Вот! Вот опять!" - Света стукнула ложкой по столу. "Обязательно нужно подчеркнуть, что у тебя денег куры не клюют!"
"А что такого? Это правда! У меня есть деньги, и я могу себе это позволить!"
"Девочки..." - взмолилась мать.
"И вообще," - продолжала Марина, "если бы ты тогда не связалась со своим алкашом, а вышла за нормального человека..."
"Не смей!" - взвилась Света. "Не смей трогать мою личную жизнь! Подумаешь, твой Игорь - идеальный муж! Зато его месяцами дома не бывает!"
"Зато он семью обеспечивает! А не пропивает все до копейки!"
Нина в отчаянии смотрела, как её попытка примирения превращается в очередной скандал.
"Знаете что?" - вдруг тихо сказала она. "Идите-ка вы обе домой. Я устала. Правда устала..."
За три дня до Нового года Марина приехала к матери с коробками подарков.
"Смотри, мам, что я всем купила!" - она начала выкладывать свертки. "Тебе - новую мультиварку, Светке с Мишкой..."
В этот момент в квартиру вошла Света с сыном.
"О, явились!" - усмехнулась Марина. "А мы тут как раз подарки разбираем."
Света напряглась, увидев дорогие коробки.
"Вот, Мишенька," - Марина протянула племяннику большой сверток. "Тетя тебе новый телефон купила. А то у тебя такой старый..."
Мальчик радостно потянулся за подарком, но Света перехватила его руку:
"Нет, Миша. Мы не будем брать эти подарки."
"Но мам!" - захныкал сын.
"Света, не дури!" - вмешалась Нина. "Ребенка хоть пожалей!"
"Именно поэтому - нет!" - твердо сказала Света. "Не хочу, чтобы мой сын привыкал к подачкам. И чувствовал себя нищим родственником."
"Господи, ну какие подачки?!" - всплеснула руками Марина. "Я от чистого сердца!"
"От чистого сердца?" - Света горько рассмеялась. "Нет, сестричка, ты просто в очередной раз хочешь показать, какая ты добрая и богатая! А мы так, нищеброды, должны благодарно принимать твои объедки!"
"Мама, скажи ей!" - возмутилась Марина.
Но Света уже кипела от ярости:
"Не нужны нам ваши подачки! Празднуйте без нас! Пойдем, Миша!"
"Но мам, телефон..." - мальчик со слезами смотрел на коробку.
"Я сказала - пойдем!"
После ухода Светы в квартире повисла тяжелая тишина.
"И что теперь?" - Марина раздраженно швырнула подарки обратно в пакет. "Так и будем праздновать - на три разных угла?"
Нина молча собирала со стола чашки. Руки дрожали.
"Знаешь, мам," - вдруг сказала Марина. "А ведь это ты во всем виновата."
"Что?" - Нина замерла с чашкой в руке.
"Ты всегда её жалела. Всегда ей больше внимания уделяла - бедная Светочка, младшенькая... А я что - как сорняк росла?"
"Марина, не говори глупостей!"
"Нет, это правда! Когда она с этим своим алкашем связалась - кто её отговаривал? Никто! Ты только причитала - доченька, как же так... А когда я замуж выходила - сколько нравоучений было! Игорь не такой, Игорь вахтовик, будешь одна сидеть..."
"Я просто беспокоилась..."
"О ней ты беспокоилась! А я всегда была как... как не родная!"
У Нины задрожали губы:
"Как ты можешь такое говорить? Вы обе мои дочери, я вас одинаково люблю!"
"Врешь!" - вдруг выкрикнула Марина. "Её ты любишь больше! Всегда любила! Потому что она - копия отца, а я..."
"Замолчи!" - Нина с грохотом поставила чашку. "Не смей даже думать об этом!"
"А что, неправда? Я же помню, как ты на меня смотрела в детстве - будто не своего ребенка видишь..."
"Господи, что ты несешь?" - у Нины затряслись руки. "Какие глупости..."
"Знаешь что?" - Марина схватила свою сумку. "Празднуйте вдвоем! Вы же всегда были ближе друг другу!"
Хлопнула входная дверь. Нина медленно опустилась на стул.
"Господи," - прошептала она. "За что мне все это?"
31 декабря Нина сидела одна в своей квартире. На столе стояла одинокая бутылка шампанского и салат оливье на одну порцию.
Телефон молчал - обе дочери не звонили с того скандала. Только невестка Лена прислала формальное поздравление в мессенджере.
В десять вечера позвонила Света: "Мам... можно мы с Мишкой приедем?"
"Конечно, доченька!" - у Нины дрогнул голос.
"Только... только если эта не приедет."
"Света, ну как же так..."
"Нет, мам. Я не могу её видеть. Не сейчас."
Через полчаса раздался звонок от Марины: "Мама, ты одна?"
"Нет... Света с Мишей едут..."
"А, ну тогда понятно. Ладно, с Новым годом тебя."
"Мариночка, доченька..."
Но в трубке уже звучали короткие гудки.
В двенадцать они сидели втроем - она, Света и сонный Миша. По телевизору гремел праздничный концерт.
"А помнишь," - вдруг сказала Света, "как мы раньше все вместе праздновали? Весело было..."
"Помню," - тихо ответила Нина. "Все помню."
За окном грохотали петарды. Где-то в другой квартире Марина встречала Новый год с детьми. Одна - муж на вахте.
"Может, позвонишь сестре?" - осторожно предложила Нина.
"Нет," - Света покачала головой. "Не могу. Не сейчас..."
Нина вздохнула. Она понимала - это конец. Конец их семейным праздникам, конец тёплым посиделкам, конец иллюзии дружной семьи.
Старые обиды и новые раны оказались сильнее кровных уз. И никакой новогодний салют не мог склеить то, что разбилось вдребезги.
"С Новым годом," - сказала она в пустоту, и эхо разнесло её слова по притихшей квартире.
