– А магазин? – тихо спросил Виталий. – Может, его можно спасти?
Надежда покачала головой:
– Витя, ну посмотри сам – там же всё очевидно. Торговая точка в убытке, товар не идет, аренду платить нечем. Нужно срочно закрывать, пока не утянул последнее.
– Надя права, – Дарья с тоской посмотрела на разложенные счета. – Я уже поняла, что магазин не потяну. Опыта нет, времени нет...
– Мне пришло уведомление о снятии денег со счета. Ты не в курсе? – Надежда старалась говорить спокойно, хотя голос все равно дрожал.
В ответ тишина. Виталий стоял в прихожей, не снимая куртку, и смотрел куда-то в пол.
– Я звонила в банк. Сказали, что владелец счета снял... – она на секунду запнулась, – снял почти все наши сбережения. Витя, что происходит?
Муж наконец поднял глаза:
– Надюш, я сейчас все объясню...
– Объясни! Потому что я правда не понимаю. Мы же собирали на первый взнос за квартиру. Пять лет копили!
Виталий покашлял – у него была такая особенность, когда нервничал, – и прошел на кухню, всё ещё не снимая куртку. Надежда двинулась следом, чувствуя, как внутри все сжимается от дурного предчувствия. Она никогда не видела мужа таким... потерянным? растерянным?
– Даше нужны деньги, – наконец произнес он, тяжело опускаясь на стул. – Очень нужны. У нее такая ситуация...
Надежда застыла в дверях кухни, не зная, как реагировать. Проблем у Дарьи, сестры Виталия, и правда немало, но чтобы отдавать ее все свои деньги... Но ведь тогда проблемы будут уже у них!
Она всегда знала, что для Виталия семья – это святое. Но никогда раньше он не пытался решать проблемы одной части семьи за счет другой. И уж тем более без согласования с ней. Будь то помощь его сестре или забота о них двоих – все решения принимались вместе, обдуманно. А чтобы вот так, одним махом, без разговора, без предупреждения... Такого еще не бывало!
Надежда медленно опустилась на стул. В голове проносились обрывки мыслей, воспоминаний. Вот они с Виталием высчитывают, сколько могут откладывать ежемесячно. Вот планируют, в каком районе будут искать квартиру. Вот обсуждают, как обставят детскую – они оба хотели ребенка, но решили подождать до покупки собственного жилья. Копили, экономили, отказывали себе во многом...
Знала ли она о проблемах Дарьи? Конечно. После скоропостижной смерти мужа три месяца назад та осталась одна с двумя дочерьми-подростками. Полина и Василиса – славные девочки, но в их возрасте особенно нужна поддержка, в том числе финансовая, тем более теперь, когда не стало отца. Последний раз они виделись на сороковинах, и Дарья держалась молодцом, хотя все понимали, как ей тяжело.
Но ведь она справлялась! Работала, растила девочек, даже строила какие-то планы по развитию магазина, который остался от мужа. Что могло случиться такого, что Виталий решился на этот шаг?
– Ты мог хотя бы обсудить это со мной? – тихо спросила Надежда, глядя, как муж нервно мнет в руках кухонное полотенце. – Мы же семья. Или я ошибаюсь?
– Надюш, там счет на дни шел. Я должен был решать быстро, – он запнулся, поднял наконец глаза. – Понимаешь, там такое дело...
И он начал рассказывать.
То, что рассказал Виталий, никак не складывалось у Надежды в голове в единую картину. Долги магазина, какие-то просроченные кредиты, угроза потери квартиры... Внезапная смерть Сергея словно сдёрнула покрывало со всех финансовых проблем, о которых никто и не подозревал.
– Погоди-погоди, – Надежда потерла виски. – Давай по порядку. Значит, Сергей взял кредит под залог маленькой квартиры?
– Да, той, что они сдают. А еще ипотека за трешку, где они живут.
– И что теперь будет с этими квартирами?
Виталий провел рукой по лицу:
– Если не платить по кредиту, банк заберет однушку. Тогда не будет денег от аренды, а без них Даша не потянет ипотеку за трехкомнатную.
Надежда молчала, глядя на мужа. Она хорошо помнила историю их семьи – как Дарья в девятнадцать лет отказалась от своих планов на учебу, когда умерли родители. Пошла работать, чтобы младший брат смог получить образование. Теперь Виталий, увидев сестру в беде, наверняка чувствовал, что обязан сделать что-то немедленно, прямо сейчас...
– И ты просто снял все наши деньги? – тихо спросила она. – Даже не поговорив с Дашей? Про себя я уже даже не говорю.
– Она с утра позвонила, плакала... – он опять начал кашлять.
Надежда встала, налила воды. Руки дрожали, но надо было сосредоточиться. И успокоить мужа. Все-таки речь шла о семье, о племянницах.
– И что ты собирался делать дальше? – спросила она, ставя перед ним стакан.
Виталий молчал. В его глазах читалась растерянность человека, который, запаниковав, совершил импульсивный поступок, а теперь не знает, что делать дальше.
За окном медленно падал снег – первый в этом году. Он ложился на карнизы, на голые ветки деревьев, укрывая город белым покрывалом. Надежда смотрела на эти падающие хлопья, и в голове постепенно складывался план.
– Собирайся, – она решительно повернулась к мужу. – Едем к Даше.
– Зачем? – растерянно спросил Виталий.
– Затем, что пора перестать паниковать и начать решать проблемы по-взрослому. Все вместе.
Дарья открыла дверь сразу, будто ждала кого-то. На лице промелькнуло удивление – явно не их.
– Надя? Витя? Что случилось?
– Можно войти? – Надежда шагнула в прихожую, не дожидаясь ответа. – Нам надо поговорить.
Из комнаты доносились приглушенные звуки телевизора и голоса девочек. Дарья провела их на кухню, включила чайник.
– Вы меня пугаете, – она переводила встревоженный взгляд с брата на невестку. – Что-то случилось?
Виталий опустился на стул, не снимая куртку. Надежда заметила, как побелели костяшки его пальцев, вцепившихся в спинку стула.
– Даша, утром ты звонила Вите, рассказывала про проблемы с кредитами? – Надежда решила не тянуть.
– Да, – Дарья опустила глаза. – Просто хотела посоветоваться. Я не знаю, как быть со всем этим...
– А днём Витя снял все наши деньги, которые мы копили на квартиру. Решил помочь тебе.
Дарья резко выпрямилась, чашка в ее руках звякнула о стол:
– Что?! Витя, ты с ума сошел? Я просто спросила, что делать с документами! Я не просила... Я бы никогда...
– Но ты же в беде! – Виталий наконец поднял глаза. – Я должен помочь! Ты всегда...
– При чем здесь это? – Дарья в отчаянии всплеснула руками. – Да, ты мой брат, да, я когда-то помогла тебе встать на ноги. Но это не значит, что ты должен рушить свою жизнь! Надя, – она повернулась к невестке, – прости его, пожалуйста. Он всегда такой – сначала делает, потом думает.
Надежда достала из сумки блокнот и ручку:
– Давайте лучше разберемся, что на самом деле происходит. Даша, доставай документы.
За окном уже стемнело – короткий зимний день подходил к концу. В свете кухонной лампы они втроем склонились над бумагами. Дарья, путаясь и сбиваясь, рассказывала:
– Вот, смотрите – это требование от банка. У нас просрочка два месяца, пока только предупреждают. Это счета от поставщиков – Сережа сделал большой заказ перед... перед тем как... – она замолчала, справляясь с дрожью в голосе. – А это договор аренды однушки. Квартиранты хорошие, платят вовремя, эти деньги идут на ипотеку за трешку. Если банк заберет маленькую квартиру...
Надежда быстро писала в блокноте, что-то подсчитывала.
– Так, с цифрами понятно. Теперь главное – правильно расставить приоритеты. С банками можно договориться, есть программы реструктуризации.
– А магазин? – тихо спросил Виталий. – Может, его можно спасти?
Надежда покачала головой:
– Витя, ну посмотри сам – там же все очевидно. Торговая точка в убытке, товар не идет, аренду платить нечем. Нужно срочно закрывать, пока не утянул последнее.
– Надя права, – Дарья с тоской посмотрела на разложенные счета. – Я уже поняла, что магазин не потяну. Опыта нет, времени нет... Сережа всегда говорил, что строительные материалы – это особая специфика, тут надо разбираться. Вот Вадим Ильич, наш главный поставщик, он в этом деле тридцать лет. Может, с ним получится договориться о рассрочке, он вроде понимает ситуацию…
– Это хорошо, значит, нужно договориться о встрече. А пенсию по потере кормильца на девочек оформила? – вдруг спросила Надежда.
Дарья растерянно покачала головой:
– Нет еще... Все как в тумане было первое время, а потом закрутилась с магазином, с долгами...
– Вот видишь, – Надежда сделала пометку в блокноте, – а это тоже деньги.
Надежда ещё раз просмотрела все документы.
– Так, давайте составим план действий. Первое: завтра же идем оформлять пенсию. Будет ещё один источник дохода. Второе: договариваемся о встрече с Вадимом Ильичом, будем просить отсрочку. Не зверь же он, войдёт в положение. Третье: в банк – по поводу реструктуризации обоих кредитов. С магазином определились – закрываем. Может, получится часть товара вернуть поставщикам, это уменьшит долг.
Она говорила четко, по-деловому, и Дарья почувствовала, как отступает паника последних дней. Впервые за долгое время появилась надежда, что все можно решить.
– Да, наверное, ты права, – кивнула Дарья. – Я что-то даже не знала, за что хвататься. А теперь... – она перевела дыхание. – Теперь я вижу, что можно справиться. Только, Витя, – она строго посмотрела на брата, – немедленно верни деньги на счет. Даже не думай...
– Конечно, верну, – Виталий виновато улыбнулся. – Я... я просто испугался. Ты позвонила такая расстроенная...
– Дурак ты, братец, – Дарья покачала головой. – Но все равно спасибо. За то, что переживаешь, пытаешься помочь.
В кухню заглянула Полина:
– Мам, мы с Васькой есть хотим!
– Сейчас что-нибудь приготовлю, – Дарья встала.
– Нет уж, – Надежда решительно подтолкнула ее обратно к столу. – Ты иди, разбирайся с документами. А я покормлю племянниц. Заодно и узнаю, как у них дела в школе.
К тому моменту, когда все документы были разложены по стопкам и составлен четкий план действий, с кухни уже доносился аппетитный запах жареной картошки. Надежда успела не только накормить девочек, но и приготовить нормальный ужин для всех. В маленькой кухне стало совсем тесно, но уютно – точно так же, как бывало раньше, когда они часто собирались вместе.
– Сначала поедим, потом продолжим, – скомандовала она, расставляя тарелки. – Бумаги – в сторону, руки мыть.
За ужином разговор плавно ушел от финансовых проблем. Надежда разглядывала золотистую корочку на картошке и думала, как удивительно: еще два часа назад казалось, что всё рушится, а сейчас сидят, едят, разговаривают. И проблемы, если спокойно в них разобраться, уже не кажутся неразрешимыми.
– Кстати, – Дарья заметно оживилась, подкладывая брату салат, – Василиса на рисование пошла, у них в школе кружок. Учительница говорит, у нее настоящий талант, советует в художественную школу.
– Замечательная идея, – откликнулась Надежда. – Сейчас главное – со всем разобраться, и можно будет подумать о дополнительных занятиях.
Виталий молча слушал их разговор. Постепенно до него доходило, насколько импульсивным было его решение. Вместо того, чтобы спокойно обсудить ситуацию, помочь разобраться в документах, составить план...
– Надя, – он повернулся к жене, – прости меня, пожалуйста. Я должен был с тобой посоветоваться.
– Всё-всё, – перебила его Дарья, – давайте о хорошем. Вот лучше расскажите, как у вас с квартирой дела? Когда планируете?
Надежда улыбнулась:
– Ну, будем дальше копить. Ничего, свое жилье от нас не убежит.
– Вот и правильно, – кивнула Дарья. – Всё потихоньку образуется. У меня тоже... Теперь хоть понятно, в какую сторону двигаться.
Надежда смотрела на них – на мужа, который наконец-то расслабился и снял куртку, на Дарью, в глазах которой больше не было той обреченности, что проскальзывала в начале вечера. Вспомнила, как легко они с Дарьей нашли общий язык с первой встречи. «Наконец-то у братца появился хоть кто-то с мозгами!» – смеялась тогда Дарья.
– В пятницу жду вас у нас, – сказала Надежда, собирая тарелки. – Я узнаю насчет консультации в банке по поводу реструктуризации. Заодно и поужинаем все вместе.
Из комнаты доносились голоса девочек – кажется, они обсуждали какой-то новый сериал. Обычный вечер, обычная жизнь, которая, несмотря ни на что, продолжалась. И нужно было спокойно искать решения всем вместе.
Уже в прихожей Дарья обняла невестку:
– Спасибо. Ты даже не представляешь, как помогла – просто разложить всё по полочкам.
На улице всё так же падал снег. Легкий, почти невесомый, он превращал городскую суету в что-то похожее на сказку. Надежда взяла мужа под руку – первый раз за этот безумный вечер – и подумала, что всё правильно. Родные должны помогать друг другу. Главное – делать это с умом.