Если вы родились и выросли в дисфункциональной (созависимой, абьюзивной, нездоровой, нарциссической, токсичной — называйте как хотите) семье, то, скорее всего, предпраздничные дни для вас — это время эмоциональных флешбэков, а праздничное семейное застолье — поле боя.
О ретравматизации в праздники начало в этой статье.
Публикуя подобные тексты, конечно, я осознаю, что пишу довольно болезненные и неприятные вещи, но, к сожалению, это реалии жизни многих людей. Поэтому, если вас триггерит написанное, пожалуйста, позаботьтесь о себе и просто закройте этот текст либо отнесите поднявшиеся чувства к своему психотерапевту.
Я понимаю, что мы все сильно устали за этот год (да и вообще от жизни такой) и нам хочется волшебства перед Новым годом. Однако на протяжении вот уже 10 лет с начала моей частной психологической практики в январе каждого года я наблюдаю одну и ту же картину: мы разгребаем с пациентами психологические последствия их новогодних каникул, проведённых в родительской семье. Удивительный факт: несмотря на то что люди снова и снова травмируются об своих родственников (ретравматизируются), они упорно продолжают следовать семейным традициям и вместе отмечать новогодние праздники. Противостоять угнетению со стороны членов семьи, пытаясь одновременно устранить триггеры из прошлого, — это, я вам скажу, задача со звёздочкой.
«Глупо пытаться исцелиться, оставаясь в системе, которая сделала вас больным!» — эти слова я когда-то услышала от профессора Франца Рупперта на его семинаре по травме, и они буквально пронзили моё сердце своей ясностью.
Многие привыкли думать, что посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) развивается только у тех, кто воевал в горячих точках, ну или пережил что-то очень экстремальное (аварию, пожар, изнасилование). Однако те из нас, кто в детстве постоянно подвергался физическому, сексуальному или эмоциональному насилию (сюда же игнорирование, игра в молчанку, обзывания, издевательства, унижение и пренебрежение) ничем не отличаются от ветеранов боевых действий. По факту все мы были заложниками и ничего не могли с этим поделать, находясь в родительском плену. Наше детство прошло на минном поле, а не в семье. В этом случае комплексная травма и диагноз «комплексное посттравматическое стрессовое расстройство (кПТСР)», скорее всего, обеспечен.
«Повседневная реальность человека с комплексной травмой наполнена маленькими ужасами, встроенными в более крупные трещины в зоне психологической войны, которой является их психика», — пишет Джудит Герман в своей книге «Травма и исцеление. Последствия насилия».
Часто я так и говорю своим пациентам, что людям с травматичным опытом и внешней войны не надо, потому что у каждого из нас идёт своя война внутри.
Агрессор из нашего детства по-прежнему атакует нас, только теперь он не снаружи, а внутри. Внешний агрессор/тиран стал внутренним, поэтому чувство никчёмности, недостойности, униженности, дефектности, небезопасности, вины и стыда никуда не деваются, а самоуничижение, самогнобление, самообесценивание, самокритика, самонаказание продолжаются нон-стоп.
То, что с вами делали в детстве, теперь вы проделываете сами с собой.
Нередко в ходе терапевтической работы с ПТСР или кПТСР после нескольких успешных сессий с клиентом случается откат, происходит декомпенсация. Чаще всего такое случается, если человек подвергался длительному абьюзу и неглекту со стороны близких для него людей.
Про негативную терапевтическую реакцию (невроз успеха) Зигмунд Фрейд написал ещё 100 лет назад: «Каждое частичное разрешение проблемы, которое должно было бы иметь, — а у других и имеет результатом, — улучшение или временное устранение симптомов, вызывает у них немедленное обострение их недуга».
Человек с комплексной травмой, переступая порог родительского дома, описывает своё состояние так: «Когда я приезжаю домой к своим родителям, то сжимаюсь в комок и замираю. Ощущаю себя пятилетним ребёнком — мне больно и страшно. Уезжаю от родных униженным и подавленным».
Да, потому что возвращение в места нашего детства (читать «в места преступления») запускает процесс переживания эмоциональных флешбэков. Вы можете не помнить конкретных событий, но волна эмоциональных переживаний начинает вас затапливать.
Эмоциональные флешбеки — это непроизвольные воспоминания и сопутствующие им эмоции, во время которых человек заново переживает прошлый опыт. Эти состояния я называю «поезд в прошлое».
Поэтому, во избежание ретравматизации, как специалист я рекомендую сокращать время и регулярность встреч с дисфункциональными родственниками. Сразу же уходить (уезжать), как только вы почувствовали, что ваши близкие переходят границы и снова принялись за своё: начали вас оскорблять, унижать, стыдить, сравнивать, обесценивать — проделывать с вами всё то, к чему вы привыкли с детства.
Будучи ребёнком, вы не могли сбежать от своей нездоровой семейки, но сейчас вы больше не обязаны играть роль козла отпущения. Детство закончилось. Теперь вы уже взрослые, и вам МОЖНО по-другому.
Если в новогодние праздники вы не испытываете счастья и веселья, если на радость у вас не осталось сил, то сделайте хотя бы посильное — остановите поток самокритики в свой адрес. Не насилуйте себя фразами: «Что сидишь с кислой рожей? Радуйся!», «Чего разлеглась на диване, как унылый овощ? Вставай, праздник же!»
СТОП. Хватит! Остановите эту садомазохистскую карусель.
Вы имеете право на любые свои чувства. С вами всё в порядке. С вами всё так.
С наступающим!
Мария Коледина - психолог для травматиков. Терапия комплексной травмы (кПТСР)
Автор: Коледина Мария Владимировна
Психолог, Семейный психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru