Так получилось, что вторая часть «Зубастиков», снабженная предикатом «Основное блюдо», хотя и собрала в прокате явно меньше, чем первая часть эпопеи, но у отечественно го зрителя считается «культовой», в отличие от стартового вроде бы более успешного проекта.
Тому есть две причины. Во-первых, вторые «Зубастики» появились «наших» видеосалонах много раньше, чем пришли первые. Началом истории по большому счету стали активно интересоваться лишь на излете 90-ых, когда выяснилось, что уже в третьей части снимался совсем юный Леонардо Де Каприо, а потому решили сложить воедино «всю серию».
Во-вторых, режиссером «Основного блюда» был только начинавший свой творческий путь Мик Гаррис, у которого впереди были и «Лунатики», и «Милые обманщицы», и сериал «Расскажи мне сказку». Однако он уже обнаруживал признаки фирменного стиля, а потому решил создать не столько фильм ужасов, сколько комедию. Причем основными комедийными персонажами сделать как раз вроде бы злобных «зубастиков» (на самом деле их звали «крайтты»).
Начнем с того, что их снабдили лексикой-фонетикой, напоминающей звукоизъянение Дональда Дака – уже смешно. Кроме того эти маленькие монстры ведут себя не столько как космические чудовища, сколько как панки, несмотря ни на что устраивающие «праздник живота» при любом удобном случае.
Невольно вспоминается отечественный анекдот про беседу журналиста и панка, когда задается вопрос, мол, правда ли, что вам на всё по фигу. И следует ответ – именно так. После чего идёт перечисление: женщины, карьера, деньги. Однако когда очередь в списке доходит до портвейна, то панк заявляет: «Не-не… Вот на портвейн мне не по фигу». «Так неувязочка получается» - парирует журналист. «Да по фиг мне на твою неувязочку» - лениво бросает панк.
Так вот и зубастикам тоже почти «на всё по фиг», что рождает изрядное количество комичных, хотя формально и страшных сцен, продиктованных полным отсутствием инстинкта самосохранения. То один из крайтов вцепится в колесо машины и его «надует» загнанными в баллон атмосферами. То иной повиснет на электрическом проводе. То друг из друга делают барбекю.
Самой известной из мини-сцен стала пальба, когда одному из зубастиков снесло «шевелюру» и он стал «лысым», мол, я старичок, на что тот ругнулся в адрес «космического охотника». В этой части есть вторая ироничная находка фильма, а именно, всегда мечтавшая сниматься в мужских журналах актриса Роксана Кернохан. И её мечта как бы была реализована именно в предлагаемом фильме.
Дело в том, что «космические охотники», идущие на помощь канзасскому городку, сами по себе бесформенны, они принимают вид местных обитателей разных планет . И первое, что попалось на глаза одному из них, был разворот мужского журнала, где наличествовала фигуристая красотка. Но даже здесь был очень смешной «штришок» - у новоявленной модели на животе образовалась большая «скрепка» (копировали образ ведь с журнала!)
В итоге решительная «Мисс Космос» активно стреляет, произнося отстраненным голосом лишь одну-единственную фразу: «Уничтожить крайттов!!!». Получилось очень забавно. Хотя это далеко не полный перечень шуток. В какой-то момент указанный «охотник», пребывая в расстройстве чувств, чуть было не обратился во Фредди Крюгера, увидев плакат «Кошара на улице Вязов». Хотя в виде девицы ему было лучше.
Есть ещё некоторые замечания, которые важны. Например, если в первой части крайты-зубастики были чем-то вроде галактического гидрида из ежа и пираньи, то во второй части происходит развитие «драматического образа». Их нередко сравнивают с «перекати-поле» - устойчивым в массовом сознании символом вестерна (вспоминайте, как по пустым улицам ветер гонят остатки этих растений).
В пользу вестерна говорит также образ шерифа, которого сделали похожим на Джона Уэйна. Точнее говоря, того шерифа, что не съели на Пасху в виде праздничного зайца, но поначалу решил смотаться из города.
Если же посмотреть на структуру сюжета, то мы также сможем обнаружить перекличку с более поздним и некогда очень популярным фантастическим боевиком «День независимости». В частности, стремлением пожертвовать собой, которое являет персонаж, считающийся чудиком и выпивохой. Так что не всё так просто, как нам казалось на излете 80-ых