В кабинете собралась вся семья, но выглядели все они, как абсолютно чужие люди. Завещание было вскрыто ровно в десять, а дальше начался новый виток ругани и скандалов. Максим и Галина, которые присутствовали в кабинете, как могли, успокаивали родственников. Но это было сделать не просто.
Первая часть завещания Александра Борисовича Листовского, уже расстроила родственников до неимоверности.
— Все имущество, которое будет принадлежать мне на правах собственности в день моей смерти, завещаю своим детям и внукам, – прочитал нотариус Яков Самуилович.
— Каким еще внукам? – засмеялся Павел, – у деда только один внук, единственный и неповторимый - я.
Не обращая внимания на слова молодого человека, нотариус зачитывал дальше и чем дальше он читал, тем более печальными становились члены семьи. Например, в завещании сообщалось, что загородный дом - усадьба, должен остаться во владении семьи. И дети, и внуки должны ухаживать за домом, заботиться о нем, и ни в коем случае не продавать.
Люди, которые долгое время работали в усадьбе и занимались ее благоустройством, должны остаться работать в доме, увольнять их нельзя. Кроме того, Александр Борисович позаботился о том, чтобы им было назначено пожизненное содержания и пенсия, в случае увольнения с работы по собственному желанию.
Светлана и Федор, которые вместе с Варей стояли за дверью кабинета, обнялись и закружились в танце на радостях. Галина Станиславовна вскользь улыбнулась и незаметно перекрестилась. Варя поздравила своих новых друзей. Недовольными остались только предполагаемые будущие хозяева:
— Мда, уж, папа всегда отличался странностью, – скривилась Валерия.
— Но, позвольте, зачем нам этот дом? – возмутился Павел, — я думал, мы уволим всю эту свору, продадим этот сарай, разделим деньги и делу конец.
— Повесить на нас, которые большую часть времени живут за границей, эту обузу - это верх неблагоразумия, – недовольным тоном сказала Людмила Александровна.
— Продадим да и все, — стукнул кулаком по столу Алексей Геннадиевич, – думаю, Александр Борисович не вернется с того света, чтобы наказать нас за это маленькое непослушание. Действительно ведь, зачем нам этот дом? Одно его содержание обходится ежегодно в кругленькую сумму. Это бесполезная трата денег.
— Можно подумать, ты тратить деньги с пользой, – ухмыльнулась Валерия, — оставлять в игорных заведениях деньги нашего отца - для этого много ума не нужно, Алексей.
Людмила Александровна прожгла взглядом сестру, но ничего не ответила. Яков Самуилович приподнял очки и посмотрел на всех присутствующих:
— Господа, вы позволите мне дочитать до конца?
— Яков Самуилович, продолжайте, – деловито сказал семейный адвокат Роман Сергеевич Кальман и обратился к Листовским, — господа, давайте дадим возможность нотариусу зачитать весь текст завещания, а потом обсудим.
Все присутствующие притихли, а Яков Самуилович, помолчав немного, продолжил оглашать завещание Александра Борисовича:
— Акции компании распределяются следующим образом: по пятнадцать процентов получают Людмила Александровна Листовская - Горина, Валерия Александровна Листовская и Павел Алексеевич Листовский.
Все присутствующие моментально зашумели и начали оглядываться, но нотариус поднял руку:— Господа, если вы все не успокоитесь, я приостановлю сие мероприятие.
Родственники Листовского притихли, а Яков Самуилович четко произнес:
— Контрольный пакет акция - пятьдесят пять процентов достается моей внебрачной дочери и ее детям.
— Какой еще дочери? – не выдержала и закричала Людмила, – у папы нет никаких внебрачных дочерей. Он жил открыто и вся его жизнь была как на ладони. Что за бред. Вы разыгрываете нас. Я не хочу этого слышать, не хочу, — Людмила Александровна закрыла ладонями уши и продолжала истерить.
Супруг поднял жену со стула и вывел из комнаты, а Валерия подскочила к столу нотариуса:
— Дайте мне, сейчас же, эту бумагу, я хочу лично убедиться, что Вы правильно все прочитали.
— Вы издеваетесь? – удивился нотариус и поднялся из-за стола, – что здесь происходит? – Яков Самуилович удивленно посмотрел на семейного адвоката, а тот уже спешил успокоить хозяев и одновременно умолял нотариуса Целиковского:
— Я Вас очень прошу, давайте приостановим процедуру и продолжим после обеда. Мне нужно поговорить с хозяевами, умоляю Вас.
— Хорошо, – пожал плечами нотариус, – но это неописуемо. Такого я еще не встречал. Такая несдержанность, хамство.
Яков Самуилович спрятал бумаги в портфель и удалился из кабинета. Адвокат пошли следом за ним, уговаривая принять приглашение на обед.
В этот же момент в кабинет зашли Варвара, Светлана и Федор. Они начали поздравлять Галину. Все были счастливы:
— Наконец-то справедливость восторжествовала, – поднял вверх указательный палец Федор, – сколько лея я ухаживал за садом и оранжереей. А какие розы я вырастил и все это могло достаться посторонним людям.
— Да, уж. Я всегда говорила, что наш дорого Александр Борисович - человек с большой буквы, – улыбнулась Галина.
— А вы заметили, – сверкнула глазами Светлана, – про дом и про нас он в первых строках завещания упомянул. Ах, дорогой наш хозяин, как жаль, что Вас больше нет с нами, — кухарка смахнула слезу.
— Ну, не плачьте, теперь все будет хорошо. Вы же остаетесь жить в этом доме, – погладила по руке Светлану Варвара, – будете жить - поживать и добра наживать. Листовский запретил продавать дом.
— Детка, ты не знаешь наследников Листовского, – грустно сказала Светлана, – это настоящее исчадие ада. Они даже друг друга не жалеют, не прощают, а уж нас и подавно.
— Не волнуйтесь, дамы, – вдруг послышался голос Максима, – я обо всем позабочусь. Вы еще не знаете, но вскоре Яков Самуилович сообщит и об этом - Александр Борисович назначил меня душеприказчиком. Я буду следить, чтобы условия завещания выполнялись четко и строго. В том числе, чтобы не тронули вас всех и не вздумали продать дом.
— Вы меня напугали, – воскликнула Варвара, – опять Вы откуда-то из-за угла? Подслушивали?
— Да, подслушивал, – засмеялся Максим, — что я могу поделать, Варвара? Меня все время тянет туда, где находитесь Вы. Не знаете почему? – молодой человек внимательно посмотрел на девушку, а она очень смутилась.
— Вы, что, подозреваете меня в чем-то? Поэтому следите, да? – растерялась девушка.
— Да, Вы правы, – серьезно ответил Максим и тихо сказал, — я подозреваю, что кто-то крадет сметану из холодильника. Раньше такого никогда не было. Это или кот, или Вы, Варвара, – Максим снова засмеялся и пошел по коридору к лестнице, а Варя стояла красная как вареный рак.
— Что он себе позволяет? Наглый, беспардонный тип, – сказала девушка Светлане и Галине, которые стояли рядом.
Женщины переглянулись, а Галина Станиславовна с улыбкой сказала:
— Светлана Ивановна, мне кажется, в нашем доме скоро начнется красивый роман.
— Любовь - это прекрасно, – мечтательно вздохнула кухарка.
— И вы, тоже, на его стороне? Ну, знаете ли! Я никогда больше с мужчинами не хочу иметь никаких дел, тем более, любовных. Мне хватило сокурсника, который подло обманул, — в глазах Варвары появились слезу. Галина хотела пожалеть девушку, но та вырвалась и пошла в противоположную от лестницы сторону.
— Никогда не говори “никогда”, детка, – задумчиво и очень тихо произнесла Галина, а Светлана громко крикнула вслед Варваре:
— Максим - прекрасный парень. Мечта, а не мужик.
Федор громко кашлянул и посмотрел на жену, а Светлана тут же ударила себя по бедрам:
— Федь, ну, тебя-то это не касается. Ты вне конкуренции. Самый лучший, – женщина подняла супруга, голова которого была на уровне ее плеч и поцеловала в макушку.
*****
Варвара залетела на кухню и принялась готовить соус к обеду. Хозяева объявили, что на обед останется нотариус и семейный адвокат, а значит, она приготовит не только соус, который попросила сделать Светлана, но и свой фирменный десерт. Листовские еще такой не пробовали, пусть полакомятся в такой важный для семьи день.
Пока готовила соус, Варвара думала обо всем понемногу: что делать дальше, как наладить контакт с Листовским, чтобы устроиться работать в компанию? Ему ведь понравился ее десерт, так может быть он согласиться принять Варю на работу? А еще она думала, какой же отвратительный этот Максим.
Мысли о начальнике безопасности приводили Варвару в бешенство. Отвратительный тип. Наглый, дерзкий, самоуверенный. Варвара думала об этом, взбивая ингредиенты для соуса. Неожиданно девушка резко развернулась и столкнулась с Павлом.
Столкновение привело к тому, что соус выплеснулся из посудины и попал на белую рубашку Павла Алексеевича. Девушка испуганно закричала, а Листовский метнулся в сторону и угодил рукой прямо в миску с мукой.
Белая мучная пыль разлетелась по сторонам и вверх, а затем начала оседать на лицо и плечи хозяина. Через минуту Листовский выглядел как припудренный клоун. Варя еле сдерживала смех. Девушка опустила голову, как будто чувствовала себя виноватой. На самом деле, она пыталась скрыть свой смех.
— Опять ты? — выпучив глаза закричал Павел Алексеевич, — когда-нибудь это закончится? Я уволил тебя дважды. Что ты здесь делаешь? Пошла вон отсюда, деревенщина немытая, Вон! – совершенно потеряв самообладание кричал хозяин.
— Павел Алексеевич, извините, я не заметила Вас. Разрешите я уйду завтра утром. Начала готовить для Ваших гостей новый десерт, очень жаль будет, если вы все его не попробуете. Он достоин королевского пира. Если бы он появился в производстве, это могло бы увеличить продажи и доход компании.
Листовский задумался, Затем достал платок и некоторое время молча вытирал соус. Наконец-то, Павел Алексеевич глянул на домработницу:
— Он вкуснее, чем тот, что ты приготовила на днях?
— Да, – коротко ответила Варвара.
— Ладно, готовь. Но завтра утром чтобы тебя здесь не было.
Хозяин бросил платок в мусорное ведро и удалился. Варвара глубоко вздохнула. Придется завтра возвращаться домой. Нужно срочно позвонить маме и бабушке. Признаться во всем. Варя не хотела расстраивать родных и говорила по телефону, что у нее все хорошо. Мол, вся семья Кости Трынкина без ума от будущей невестки и даже расплакались от счастья, когда Варвару на пороге увидели.
Что теперь говорить бабушке и маме - этого Варвара пока не придумала. Но что делать? Она же не может жить на улице. Придется вернуться домой.
После обеда, который безумно понравился гостям, все вернулись в кабинет и приготовились слушать дальше. Родственники, претендующие на наследство были очень напряжены. Каждый понимал, что дальнейшие действия отца были непредсказуемы, поэтому все внимание сосредоточили на нотариусе.
Никто и не заметил, что после обеда возле двери кабинета топтались Светлана, Федор и Варвара.
— Яков Наумович, – вдруг громко сказал Павел, – пока Вы не начали читать дальше, позвольте спросить: что это за история с внебрачной дочерью? Откуда она взялась? Кто она и кто та женщина, которая ее родила?
— Это конфиденциальная информация, о чем, тоже, сказано в завещании, — равнодушно ответил нотариус, — внебрачной дочери, точно так же, как и вам всем будут открыты условия завещания. Если она примет их, то вы все с ней познакомитесь. Если нет - то вы никогда не узнаете кто она. Так захотел ваш отец.
Дело в том, что Александр Борисович не принимал никакого участия в воспитании своей внебрачной дочери. Ее воспитал отчим, которого она до сих пор считает родным отцом. Женщина может отказаться и не принять наследство того, кто не интересовался ею с рождения.
— Как же, как же, не смешите меня, – усмехнулся Павел, – кто же откажется от такого богатства?
— Не суди по себе, Паша, – скривилась Людмила Александровна, – может быть у человека есть гордость и она бросит нам в лицо миллиарды, – сказала младшая дочь Листовского и засмеялась. Следом за ней засмеялись и другие претенденты на наследство.
Не смеялись только Максим с Галиной, которые сидели на стульях возле камина. Максим пристально смотрел на Варвару. Девушка стояла у дверей, опершись о стену и смотрела на портрет над камином. Он давно не давал покоя горничной. Определенно, это работа кисти какого-нибудь великого художника - молодая девушка сидит на лавке в деревенской избе. Волосы спрятаны под льняную косынку, на шее - нитка крупного янтаря.
Может быть это мать покойного хозяина или какая-нибудь родственница, – думала Варвара. Портрет не отражал временного промежутка и красота женщины была вне времени. Это могла быть девушка из девятнадцатого или двадцатого столетия - не понятно.
Внезапно Варвара заметила, что на нее исподлобья смотрит Максим. Девушка отвернулась от наглеца и уставилась на нотариуса, которые монотонно зачитывал условия завещания. В тот момент, когда Варя приготовилась слушать, Яков Самуилович вдруг остановился, чтобы перевернуть страницу, а Павел закричал:
— Это уже ни в какие ворота не лезет. Так даже с посторонними людьми не поступают, не говоря уже о родственниках.
— Да как он мог так издеваться над нами? – развела руками Людмила Александровна, а ее супруг и вовсе схватился за голову.
Валерия поднялась с кресла и направилась к столу:
— Покажите, покажите где такое написано. Вы врете. Этого не может быть.
Варвара раскрыла рот. Девушка поняла, что пропустила что-то важное. Она повернула голову к Светлане и тихо спросила:
— Что случилось? Что за паника?
Светлана стояла, закрыв рот ладонью и выпучив глаза. Даже кухарка потеряла дар речи.
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.