Данная статья представляет собой изложение главы из книги известного японского авиационного историка Ватанабэ Ёдзи. Кецуи но иссен-ки мукаэутсу хито то гиньеку, 2023 г. Книга представляет собой сборник из девяти глав с воспоминаниями летчиков и инженеров авиационных подразделений как флота, так и армии (этакий японский аналог книг А,Драбкина серии "Я дрался на...").
Рассказ именно этого, в то время молодого летчика, не содержит множественных сцен жарких воздушных боев, но интересен именно кажущейся обыденностью участия одного из "винтиков" "военной машины" в переломных событиях войны на Тихом океане и рядом технических деталей. Кроме того, деятельность летчиков разведывательной авиации (а уж тем более японской), у нас чрезвычайно малоизвестна.
Летом 1943 года находившийся на каникулах двадцатилетний студент Высшей технологической школы в Токусима (город на острове Сикоку, с 1949 года высшие учебные заведения Токусима объединены в университет) Цукуда Китаро получил телеграмму с требованием вернуться в школу для прохождения медицинского обследования для определения годности к военной службе. Обладавший хорошим здоровьем Китаро без проблем сдал все тесты и был внезапно удивлен узнав, что он один из немногих учащихся, отобранных для посещения расположенной рядом военно-морской авиационной базы Комацусима.
Ясным теплым днем катер военно-морского флота забрал студентов с причала порта Комацусима. Матросы в чистой аккуратной белой форме во главе с младшим лейтенантом, отдававшим команды на английском языке (!), сразу произвели приятное впечатление на студентов. На базе экскурсию проводил лейтенант резерва флота - выпускник престижнейшего Университета Риккё (и ныне существующий токийский частный гуманитарный университет, основанный миссионерами англиканской церкви).
Когда лейтенант снял фуражку, его модная прозападная длинноволосая прическа шокировала студентов (прикрепленный к школе армейский офицер всегда был подстрижен почти под ноль). И оказалось на базе много офицеров с прическами. Окончательный удар по сознанию молодых людей нанесло угощение от флота:
На больших деревянных столах были "горы риса, рагу с большим количеством мяса, горы вареной рыбы и овощей и более чем достаточное количество маринованной редьки (дайкон). На десерт мороженное. Все это было "меню-мечта", давно исчезнувшее с гражданских обеденных столов.
Очарованный таким гостеприимством, как и все остальные, Цукуда немедленно заполнил все необходимые документы для поступления в школу офицеров резерва флота.
В середине августа 1943 года Цукуда, после недельной стажировки на заводе, бывшей завершающей частью его дипломной работы, успешно прошел еще одну проверку (висение на канате на одной руке, спирометрия и устный экзамен по математике) в отделении кадров флота в своем родном городе Такамацу (северная оконечность острова Сикоку). 10 сентября 1943 года в Высшую технологическую школу Токусима пришло извещение о его прибытии на курсы подготовки летчиков флотской авиации (называлась Ёкарен - "курсы подготовки флотской авиации для гражданских лиц) на авиабазу Цутиура (находится в префектуре Ибараки в центральной части острова Хонсю, севернее Токио на берегу озера Касумигаура). Именно осенью 1943 года из-за нехватки летчиков, набор был увеличен сразу почти в десять раз, а сроки обучения сокращены.
1 октября 1943 года Цукуда Китаро был зачислен на 13-й курс летчиков военно-морского резерва. Продолжительность начальной подготовки для студентов гуманитарных ВУЗов составляла четыре месяца, для "технарей" (в том числе и Цукуда) - два месяца. Через некоторое время курсанта Цукуда определили в группу будущих летчиков разведывательных гидросамолетов.
В конце ноября 1943 года, после завершения начальной подготовки, 71 курсант, в том числе Цукуда Китаро, на автобусах убыли на берег озера Китаура (входит в группу озер Касумигаура). Курсантов расселили в свежепостроенных деревянных домиках в комнатах на шесть человек с двухярусными деревянными кроватями и выдали полный комплект летной формы. Начальное обучение полетам проходило на учебном гидросамолете Тип 93 (K5Y2).
Инструкторами были опытные летчики-старшины, которые однако должны были выполнять воинское приветствие кандидатам в офицеры первыми, что очень смущало вчерашних студентов. Начальное обучение включало в себя наработку навыков на наземном тренажере и вывозные полеты с летчиком-инструктором. Первый самостоятельный полет по кругу Цукуда совершил через 10,5 часов полетов с инструктором.
После освоения самостоятельных полетов курсанты прошли четырехмесячный курс промежуточного обучения с примерно 100 часами полетов. В конце марта 1944 года группу разделили на два "специализированных потока". Более спокойные стали обучаться на гидросамолет E13A, а умеющие быстрее реагировать на ситуацию (с задатками летчиков-истребителей), в том числе Цукуда были назначены на гидросамолет F1M. Тридцать пять будущих пилотов "Зеро-кана" на автобусе отправились на авиабазу Касима на западном берегу озера Касумигаура. На новом месте курсантов разместили в каменных домах в комнатах по шесть человек, уже с индивидуальными металлическими кроватями, тумбочками и стульями на каждого. Всю работу по уборке помещений выполняли матросы.
Программой подготовки предполагалось сначала освоение более простого двухместного гидросамолета E8N, но для сокращения времени обучения полеты сразу начали на F1M. Цукуда очень опасался первого полета на "Зеро-кане", который был значительно более сложным в управлении, чем учебный гидросамолет. На посадке, при относительно небольшом поперечном крене, велика опасность удариться об воду одним из поддерживающих поплавков, что может привести к переворачиванию машины. На радость Цукуда, его посадки обошлись без аварий.
На F1M проводилась отработка полетов в темное время суток и бомбометание с пикирования по подводным лодкам. Для атаки подводной лодки самолет переходил в пикирование с высоты около 1200 метров под углом около 30 градусов. Сброс учебной бомбы происходил с высоты в 400 метров по макету подводной лодки. По воспоминаниям Цукуда, при первом бомбометании с пикирования он испытал страх - ему казалось, что угол значительно больше 45 градусов, и он не успеет вывести самолет в горизонтальный полет.
Из-за нехватки летчиков на фронте, курс обучения пилотов гидросамолетов-разведчиков был сокращен вдвое - с четырех до двух месяцев. 24 мая 1944 года состоялась церемония выпуска 32 молодых летчиков (пятеро погибли или получили ранения в результате аварий). Семеро из них, в том числе Цукуда, получили назначение в разведывательную эскадрилью 302-го кокутай, на авиабазе Кисарадзу (префектура Тиба в центральной части острова Хонсю). Вот только гидросамолетов-разведчиков не имелось и им предстояло переучиться уже в части на колесную машину. Один из инструкторов, узнав об их распределении сказал: "Это ужасно - ведь летчики базовой разведывательной авиации погибают быстрее всех".
Отпуска после выпуска не предусматривалось и 28 мая 1944 года все семь молодых летчиков прибыли к новому месту службы. Встретил их командир части капитан 2-го ранга Кодзоно Ясуно, пожавший каждому руку, ободривший и пожелавший быстрее освоить колесные самолеты.
31 мая 1944 года молодым летчикам присвоили звания младших лейтенантов. Первое время Цукуда со своими товарищами наблюдал за полетами колесных самолетов на авиабазе Йокосука. Их изумлению не было предела, когда они увидели при каком боковом ветре садятся "Зеро" и "Тензаны". Гидросамолет в таких же условиях был бы сразу перевернут волной.
6 июня 1944 года молодых летчиков направили на авиабазу Ацуги, где им выдали дополнительное имущество, в том числе авиационные карманные часы Лонжин (Longines).
Из семи выпускников двое были назначены для переучивания на истребитель J1N1-S "Гекко", двое - на истребительную версию пикирующего бомбардировщика "Суисей" D4Y2-S и трое, в том числе Цукуда, на разведывательный вариант "Суисей" D4Y1-C. Для знакомства с колесными машинами использовался Учебный самолет начальной подготовки Тип 2 "Момидзи" (K9W1). Однако как штабные офицеры, так и летчики и обслуживающий персонал никогда его так не называли - только по немецкому имени "Юнгман" (очевидно это еще одно проявление "прозападности" флотских).
Как оказалось самое сложное при переучивании на колесный самолет для бывших летчиков гидропланов - это привыкнуть забираться в кабину с левого борта. На гидросамолете посадка всегда осуществлялась по правому борту - слева были брызги от вращающегося винта. Управление "Юнгманом" было очень простое, самолетик "не замечал" ошибки пилотирования, ставшие бы смертельными на "Зеро-кане". Первые полеты Цукуда совершил с опытными старшинами, недавно вернувшимся из Южных морей. Затем тренировочные полеты стали совершаться самостоятельно. Как правило во второй кабине находился либо один из молодых летчиков, либо летчик, восстанавливавший навыки после возвращения с фронта. Следующим этапом стало освоение более сложного Учебного самолета промежуточной подготовки Тип 2 (K10W1).
Полеты на K10W1 проводились также, как и на "Юнгмане" - сначала с опытным летчиком в качестве инструктора, затем вместе с другим обучаемым. Этот самолет Цукуда не понравился - вес его был почти как у истребителя "Зеро", а мощность двигателя вдвое меньше. Да еще и учебные машины заправляли бензином с более низким октановым числом. В одном из полетов Цукуда сразу после взлета в последний момент смог "перетянуть" через линию электропередач, уже крича "Наму Амида Буцу" (мантра "Я принимаю убежище у Будды Амиды" - обретения перерождения в раю). Только после этого инцидента учебные самолеты стали заправлять тем же бензином, что и боевые самолеты.
Следующим этапом обучения перед переходом на "Суисей" стало освоение пикирующего бомбардировщика D3A1. Самолет оказался значительно более прост в управлении чем K10W1. Так как для летчика-разведчика не требовалось навыков бомбардировки с пикирования, обучение сводилось к нескольким полетам. Первый полет на боевом самолете совершался на месте стрелка, в качестве "балласта". Именно в этом полете у бомбардировщика отказал двигатель и Цукуда получил опыт аварийной посадки. Шасси подломилось, но благодаря прочной конструкции самолета экипаж не пострадал.
В середине июля 1944 года в офицерской столовой к Цукуда Ватанабэ подошел командир отряда ночных истребителей "Зеро" капитан-лейтенант Араки Тосиюки и предложил ему перейти в его подразделение. Цукуда очень хотел быть истребителем, его непосредственный начальник командир разведывательной эскадрильи капитан-лейтенант Токиэда Сигэёси не стал противиться. Командир 302-го кокутай капитан 1-го ранга Кодзоно Ясуно одобрил и разрешил использовать для переучивания свой старый истребитель A6M2, иногда используемый как "разъездная" машина (боеспособного учебного A6M2-K на этот момент в 302-м кокутай не было).
Цукуда начал освоение истребителя с рулежки по аэродрому. На следующий день совершил первый полет на A6M2 и вскоре приступил в отработке пилотажа, летая над островом Эносима и заливом Суруга. "Зеро" показался ему самым лучшим самолетом из всех - легкий, маневренный, устойчивый. Еще через неделю он начал полеты на более мощном A6M5 модель 52. По воспоминаниям Цукуда, управление было более сложным, а шум двигателя во время полета был настолько сильный, что "эхом раздавался в ушах и голове". Началась и отработка элементов воздушного боя: "пять минут учебного боя мне показались часом".
Младший лейтенант Цукуда Ватанабэ уже предвкушал как он будет сбивать в японском ночном небе американские "летающие крепости", но "кадры" решили по другому. 25 августа 1944 года из Управления кадров штаба ВМС пришла телеграмма со строгим указанием о назначении летчиков в соответствии с их военно-учетными специальностями. Командир 302-го кокутай капитан 1-го ранга Кодзоно Ясуно не смог, или не захотел перечить распоряжению кадровиков. Командир разведывательной эскадрильи капитан-лейтенант Токиэда Сигэёси только ухмыльнулся приняв рапорт от вернувшегося несостоявшегося истребителя.
После краткой подготовки на разведчике D4Y1-C младший лейтенант Цукуда 16 сентября 1944 года получил приказ прибыть к новому месту службы в 102-й тейсацуки хикотай (см. примечание в конце статьи) на аэродром Давао на филиппинском острове Минданао. 19 сентября 1944 года Цукуда со своим коллегой младшим лейтенантом Сугита Сёити вылетели в качестве пассажиров на летающей лодке H6K из Сасебо через Тайвань на Филиппины.
Во второй половине дня 21 сентября 1944 года лодка приводнилась на базе гидроавиации Кавите (30 км южнее Манилы). Именно в этот день палубные самолеты американского оперативного соединения нанесли первый удар по объектам в районе Манилы. С воздуха были видны пожары в Маниле, рядом горела и тонула такая же летающая лодка Тип 97. Проплывавший мимо на резиновой лодке матрос прокричал: "Нас атаковала вражеская палубная авиация!" Младший лейтенант Цукуда наверно впервые воспользовался своими офицерскими полномочиями и приказал матросу вывести экипаж и пассажиров на берег, предполагая, что американские самолеты потопят и их самолет. Но удар в этот день уже завершился. Цукуда и Сугита выехали в Манилу, где остановились в отеле с живописным видом на залив. Однако на фоне знаменитого манильского заката некоторые корабли продолжали гореть.
На следующее утро 22 сентября 1944 года американская палубная авиация повторила удар по Маниле. Из окон отеля Цукуда увидел только несколько армейских истребителей взлетевших на перехват и пытавшихся выжить в бою против превосходящих американских F6F.
Следующие три дня каждое утро Цукуда начиналось с "похода" в расположенный рядом штаб Южного экспедиционного флота с вопросом о "попутном" самолете для перелета к месту назначения в Давао на острове Минданао. 25 сентября ему сообщили, что 102-й хикотай уже эвакуировался из Давао на аэродром Николс на южной окраине Манилы. Цукуда испытал большое облегчение от того, что отпала необходимость совершать еще один опасный перелет почти на 800 километров. Уже к вечеру оба лейтенанта прибыли к своему месту службы и разместились в офицерском общежитии на аэродроме в Николс. Там Цукуда встретил несколько знакомых из 302-го кокутай и ему рассказали причину передислокации из Давао. Оказывается 9 и 10 сентября 1944 года американская палубная авиация 38-го оперативного соединения нанесла удары по японским объектам на острове Минданао. Днем 10 сентября, во время воздушных ударов противника, с одного из береговых наблюдательных постов прошло сообщение о начавшейся высадке американцев - за устремившиеся к берегу десантные катера были приняты буруны волн. Штаб Базовых сил сразу транслировал это сообщение заявив, что американцы уже высадились на Минданао. Вылетевшей на разведку командир 901-го сенто-хикотай капитан 3-го ранга Минобе Тадаси никаких признаков десанта не обнаружил, но паника в штабе 1-го воздушного флота уже началась. В ожидании появления злых американских морских пехотинцев спешно уничтожались секретные документы и средства связи, отделы штаба начали эвакуацию с острова потеряв управление подчиненными войсками, что привело к дополнительным потерям авиации на аэродромах. По результатам "Инцидента с ложной тревогой в Давао" командующего 1-го воздушного флота вице-адмирала Тераока сняли с должности, но возвращать штаб на остров Минданао не стали, вывели оттуда и основные авиационные части, в том числе 102-й хикотай.
К концу сентября 1944 года в 102-м хикотай оставалось боеспособными три-четыре D4Y1-C и несколько переданных армией Ki-46. По оценке других летчиков управление армейским разведчиком было сложнее чем "Суисей". Цукуда совершил несколько тренировочных полетов на D4Y1-C, но на разведку его, как имеющего мало практики на самолетах этого типа, пока не отправляли.
Через две недели в Николс для 102-го хикотай из Японии прибыл истребитель A6M5 с установленным в заводских условиях аэрофотоаппаратом K-8. Младший лейтенант Цукуда оказался единственным офицером эскадрильи, имевшим опыт полетов на "Зеро", и немедленно занял место в кабине, с ностальгией вспоминая свое обучение на авиабазе Ацуги. Именно он и был назначен на этот самолет (интересно, а когда в штабе распределяли самолеты по частям кто-то думал, чем летчики обучены управлять? А если бы Цукуда не имел практики полетов на "Зеро", что они с истребителем бы делали?).
В условиях увеличивающейся интенсивности налетов американской авиации в середине октября 1944 года силы 1-го воздушного флота было решено сосредоточить на аэроузле Кларк-Филд северо-западнее Манилы. Туда же передислоцировали и 102-й хикотай. 15 октября 1944 года A6M5 Цукуда и D4Y1-C старшины Огава приземлились на аэродроме Бамбан (80 км северо-западнее Манилы) и сразу получили задачу на ведение разведки в Лусонском проливе, где только что состоялся бой базовой авиации с наносившим удар по Тайваню американским 38-м оперативным соединением (12-13 октября). Планировалось, что оба самолета проведут разведку в проливе и сядут на Тайване, заправятся и вернутся обратно. Более опытный старшина Огава проинструктировал Цукуда, но младший лейтенант все равно сильно волновался перед своим первым боевым вылетом. Первым взлетел "Суисей", у уже выруливавшего на взлет "Зеро" внезапно отказал топливный насос. Старшина Огава не стал дожидаться завершения ремонта самолета напарника и отправился на выполнение задачи. Более чем через час следом вылетел и Цукуда, однако погода успела сильно измениться - облака становились все гуще и гуще. Следуя на север Цукуда был вынужден снизить высоту полета с 2000 до 700 метров. В районе Апари при пересечении береговой черты в северной части острова Лусон нижняя граница облаков опустилась до 500 метров, в лобовое стекло стали бить капли дождя, небо прямо по курсу стало темным от дождевых шквалов. Через некоторое время Цукуда, летевший уже на высоте около 150 метров, понял, что фотографирование явно невозможно. Сомневаясь, что сможет самостоятельно добраться до Тайваня при такой погоде он принял решение вернуться. Ближе к Маниле погода стала улучшаться и около 15.00 младший лейтенант совершил посадку на аэродроме Бамбан. Опытный старшина Огава добрался до Тайваня и вернулся на Лусон утром 16 октября 1944 года. Во второй половине этого же дня 102-й хикотай получил приказ вернуться в Николс, ближе к штабу 1-го воздушного флота.
17 октября 1944 года американские войска высадились на небольшом острове Сулуан начав сражение за остров Лейте. После поражения императорского флота в сражении в заливе Лейте (23-26 октября) шансов выиграть войну у Японии уже явно не оставалось никаких. В тщетных попытках нанести максимальные потери американцам японское командование начало применять тактику камикадзе. На фоне ожесточенных боев на острове Лейте американский флот периодически наносил удары и по другим филиппинским островам. 28 октября 1944 года Цукуда было приказано провести разведку на своем "Зеро" в море к востоку от острова Лусон, где ожидалось появление очередных американских авианосцев (тактическая группа 38.2 нанесла удар по району Манилы на следующий день 29 октября). Младшей лейтенант получил карту, тщательно проверил топливо, вооружение и работоспособность камеры, но после взлета не загорелась лампочка об уборке шасси. Цукуда вынужден приземлиться, однако времени на дополнительную проверку не было и ему приказали снова взлететь и "покружиться" над пунктом управления. После нескольких пролетов на высоте 50 метров на земле выложили флаг, обозначающий что шасси убрано и лейтенант отправился на ведение разведки (в книге не указано, но либо у Цукуда вообще не было радиостанции, либо "отстучать" морзянкой вопрос об исправности шасси было дольше чем приземлиться. Самолет-разведчик без радиостанции в конце 1944 года - жесть!).
Пробыв в море около часа, Цукуда заметил на расстоянии около 20 километров приближающийся к нему американский истребитель. "Зеро" имел преимущество по высоте около 500 метров, но младший лейтенант впервые встретил в воздухе противника и не имея опыта воздушного боя растерялся. Американец не заметил японского разведчика между облаков и прошел мимо.
В начале ноября в столовой Цукуда повстречался его товарищ по обучению в Касима, также попавший в 302-й кокутай, но распределенный на ночные истребители J1N1-S младший лейтенант Сато Такаси, сейчас бывший в 804-м сенто-хикотай. Вечером 6 ноября 1944 года, после ужина Сато подошел к Цукуда и попросил взаймы фонарик на ночной вылет - свой перестал включаться. Уже засыпая Цукуда слышал звук взлетающего "Гекко". Обратно истребитель не вернулся. Обломки самолета и останки летчиков нашли через три дня к востоку от Манилы - очевидно машина разбилась из-за технической неисправности.
Утро 13 ноября 1944 года в районе Манилы было тихим, и именно в этот день два имевшихся в эскадрильи D4Y1-C были отремонтированы и готовы к полету. Командование решило использовать свободный от американских налетов и задач на ведение разведки день на совершение тренировочных полетов. На одном самолете вылетел недавно прибывший из 302-го кокутай капитан Дайо Сикидо с младшим лейтенантом Сугита Сёити (прибыл на Филиппины вместе с Цукуда) в качестве наблюдателя. На втором самолете вылетели пара опытных старшин Иха Хадзимэ и Коно Хадзимэ. Ничего не предвещало беды, но около 09.00 послышались серены и громкие крики: "Воздушный налет! Воздушный налет!" Цукуда немедленно бросился в комнату радиотелеграфа и дал команду трижды отправить сообщение: "Пункт назначения тренировочных самолетов: эвакуация к морю западнее Манила!" Ответа не последовало: оба самолета были сбиты палубными "Хеллкэтами".
Во второй половине ноября 1944 года 102-й хикотай был вновь передислоцирован на аэродром Бамбан. При этом транспортного самолета для перевоза "безлошадного" летного состава и офицеров штаба не нашлось, и им пришлось переезжать в грузовике с пулеметом, установленным для защиты от нападения филиппинских партизан. И тут Цукуда получил приказ отправиться в Японию на аэродром Кокубу (префектура Такамацу, остров Сикоку) для получения трех самолетов-разведчиков "Суисей". Радостный от возможности снова побывать в Японии (на что он уже и не рассчитывал) младший лейтенант быстро отобрал пять старшин в состав экипажей и уложил свои вещи в парашютную сумку. С аэродрома Мабалакат (80 км северо-восточнее Манила) их команда вылетела на транспортном самолете L2D и с промежуточной посадкой на Тайване к 20 декабря 1944 года добралась до авиабазы Кагосима на южной оконечности острова Кюсю. На поезде и автобусе к концу года они добрались до Кокубу, где стояли три D4Y2 с облупившейся краской, без какого-либо разведывательного оборудования. Это были два бомбардировщика, замененные в строевой части более совершенными D4Y3.
В течение пяти дней техники проверили и отрегулировал двигатели, после чего была проведена проверка машин в полете. Затем было проведено переоборудование бомбардировщиков в разведчики. Под руководством Цукуда (вот где очень пригодилось его техническое образование!) авиационные техники и мобилизованные студенты по заводским инструкциям сняли бомбовый прицел, установили дополнительные бензобаки в бомбовый отсек, смонтировали аэрофотоаппарат K-8 и заменили антенну радиосвязи. Все работы были завершены, и 30 декабря 1944 года группа из трех самолетов начала перелет обратно на Филиппины. Однако, уже над полуостровом Осуми (южная часть острова Кюсю), при переключении с крыльевых топливных баков на дополнительные баки в бомбоотсеке, в кабине появился резкий запах бензина. Цукуда фонариком передал команду ведомым продолжить полет и сам совершил вынужденную посадку на ближайшем аэродроме в Кагосима. Через два дня лопнувший бензопровод был отремонтирован, и 2 января 1945 года Цукуда продолжил перелет. Уже за Окинавой в районе островов Керама внезапно началась тряска двигателя, пришлось разворачиваться и совершать вынужденную посадку на аэродром Ороку (южная окраина города Наха, главный город на острове Окинава). На следующий день Цукуда наконец-то достиг Тайваня, но при посадке на авиабазе Тайнань, оказалось, что нет сигнала выпуска правой стойки шасси. На земле также выложили соответствующий знак. Цукуда набрал высоту 2000 метров и в пикировании добился выхода стойки. Техники в очередной раз начали ремонтировать самолет, а младший лейтенант отправился в штаб 21-й авиационной флотилии для согласования убытия на следующий день на Филиппины. Однако перелеты были запрещены - американский флот уже входил в залив Лингаен для высадки десанта на остров Лусон. Два самолета старшин успели прибыть раньше на аэродром Бамбан, и оба были сбиты при попытке разведки приближающего флота вторжения.
9 января 1945 года, в день высадки американского десанта на остров Лусон, около 20 человек летного состава 102-го хикотай были эвакуированы с острова на Тайвань и далее в Японию. Большинство наземного персонала приняло участие в боях в качестве пехоты и погибло. Младший лейтенант Цукуда оставался со своим самолетом на авиабазе Тайнань.
Вечером 20 января 1945 года Цукуда получил задачу провести поиск американских кораблей юго-восточнее Тайваня (как раз в это время авианосцы 38-го оперативного формирования приближались к острову, но с юго-запада). Около 06.00 в густом тумане "Комета" взлетела, ориентируюсь только по еле видным огням, зажженным вдоль взлетной полосы. На высоте около 700 метров туман рассеялся, и Цукуда начал полет в юго-восточном направлении. В случае встречи с авианосным соединением шансов не быть сбитым почти не было. Однако через некоторое время Цукуда передали радиограмму с приказом возвращаться.
В конце января 1945 года Цукуда получил задачу провести разведку залива Лингаен, района места высадки американцев на Лусон. К этому времени господство над Филиппинами безраздельно принадлежало американцам и шансов вернуться из этого полета также было немного. После предполетного инструктажа Цукуда занял место в кабине, но оказалось, что старшина-наблюдатель настолько тщательно проверял работоспособность радиостанции и фотоаппарата, что аккумулятор разрядился и не может запустить двигатель (оказывается быстрая разрядка аккумулятора один из типичных недостатков "Суйсея"). Запасных аккумуляторов не было, а для зарядки требовались сутки. Вылет был отменен.
В конце января остатки личного состава всех флотских разведывательных эскадрилий разгромленных на Филиппинах начали выводиться в Японию на переформирование. Соответствующий приказ получил и Цукуда. 10 февраля 1945 года на авиабазу Тайнань прилетел транспортный Дуглас (L2D), чтобы забрать около 20 летчиков-разведчиков из разных подразделений. Цукуда со своим наблюдателем уже сидели на борту, когда к самолету подбежал офицер штаба 21-й воздушной флотилии и сказал: "Один экипаж "Кометы" должен остаться! Кажется на аэродроме Николс остался один самолет и его надо перегнать сюда". Цукуда раздумывал: как они доберутся до Николса, если бои уже в Маниле, а Кларк в руках врага? А исправен ли этот "Суисей" и есть ли он там вообще? Тут поступила команда на вылет, и младший лейтенант решил, что приказ 102-го хикотай имеет приоритет над запросом штаба 21-й авиационной флотилии и со своим наблюдателем покинул Тайвань. Транспортник удачно взлетел перед очередным американским налетом и без происшествий прибыл в Кагосима.
По уже плохо работающей железной дороге добраться на авиабазу Кисарадзу Цукуда смог только к середине февраля 1945 года. После доклада о прибытии младший лейтенант осмотрел аэродром, увидев на нем почти два десятка новеньких, свежеокрашенных разведчиков C6N1 "Сайун". Своим видом они походили на высокоскоростные элитные автомобили.
Цукуда освоение "Сайуна" начал с рулежки по аэродрому, приноравливаясь к управлению мощным двигателем и неудобному обзору из кабины при взлете и посадке из-за длинного носа. Высокие стойки шасси вызывали опасения - казалось что они сразу сломаются при не очень "чистой" посадке. Очень порадовала высокая скорость, но заявленной максимальной скорости в 610 км/ч на серийных самолетах можно было "выжать" от 570 до 580 км/ч в зависимости от состояния машины. Необычным для одномоторного самолета показался автопилот, который поддерживал заданную высоту и курс, однако оказался трудно настраиваемым. Обучение морских разведчиков включало в себя поиск в 400 км юнее Кисарадзу в море маленького рифа Беёнесу (Байоннез) и фотографирование его, как условную оперативную группу противника. Такой полет занимал примерно два с половиной - три часа.
Для Цукуда, имевшего опыт ведения разведки в условиях погоды, найти скалу в открытом море не было сложной задачей и он решил проверить возможности автопилота. Вид самостоятельно плавно двигающейся ручки управления самолетом и педалей ножного управления рулем поворота, да еще и при летящей в заданном направлении машине, вызвало восхищение летчика.
За полчаса до "цели" Цукуда взял управление на себя, одел кислородную маску, поднялся на высоту 8500 метров. Перейдя в горизонтальный полет вновь включил автопилот и испытал другое "специальное оборудование" - мешок для мочеиспускания, крепящийся рядом с сиденьем. Оказалось, что даже без отвлечения на управление самолетом, на большой высоте в условиях низкой температуры использовать этот мешок очень сложно. На обратном пути Цукуда шесть или семь раз поднимался на высоту 9500 метров для проверки способностей "Сайуна". Самолет уверенно поднимался на эту высоту, что было очень важно для ухода от американских палубных истребителей. Однако в разреженном воздухе любой неосторожный крен приводил "проскальзыванию" вниз на 200-300 метров.
1 марта 1945 года Цукуда было присвоено очередное звание - лейтенант. К середине марта 1945 года переподготовка 102-го хикотай на "Сайун" была завершена. С конца марта 1945 года союзники начали непосредственную подготовку к высадке на остров Окинава, и для ведение разведки в районе боев было решено задействовать и 102-ю эскадрилью.
Четыре самолета во главе с лейтенантом Цукуда перелетели на авиабазу Каноя (южная часть острова Кюсю). 31 марта 1945 года (возможно 29 марта) четыре самолета, в том числе Цукуда, вылетели на поиск кораблей противника южнее и юго-восточнее Кюсю. Взлет проходил с сложных условиях, нужно было не только не попасться американским истребителям на взлете, но и не завязнуть колесом в плохо засыпанной воронке от бомбы на ВПП. После взлета Цукуда направился на юго-восток с курсом 130 градусов, остальные три самолета также вылетели по своим направлениям, вместе образовав "веер", который должен был обеспечить обнаружение кораблей противника. Сначала высота полета была около 6000 метров, однако облака заставили снизится до 2500 метров. Американские корабли так и не появились, но на удалении около 650 км от береговой черты была получена радиограмма с приказом о возвращении и предупреждение о появлении крупных сил противника. Цукуда поднялся на 6000 метров над облаками, которые начали сгущаться. Лейтенант доверился штурману-наблюдателю, и в результате самолет снесло боковым ветром более чем на 200 км на восток (по воспоминаниям самого Цукуда - с компасом на приборной панели, опытный пилот сам должен был понять ошибку в курсе). Определиться с местоположением удалось снизившись почти на бреющий полет. Удалось узнать мыс Асидзури - южную оконечность острова Сикоку, а совсем не Кюсю. Совершить посадку на базу в Каноя удалось уже в сумерках. В этот день все четыре самолета-разведчика 102-й хикотай вернулись домой, из двух самолетов 11-го хикотай, также вылетевший на разведку, один пропал без вести. После этого полета все самолеты 102-го хикотай были переброшены в Каноя, но Цукуда приказали вернуться в Кисарадзу для участия в выполнении другой задачи.
К 10 апреля 1945 года на поезде Цукуда вернулся на авиабазу Кисарадзу. К концу апреля три экипажа были назначены для перелета на остров Трук и проведения разведки атолла Улити, одной из основных баз американского флота на Тихом океане. Так как дальность беспосадочный перелета над морем должна была составить не менее 1800 км самолеты тщательно готовились и испытывались.
4 мая 1945 года Цукуда совершал очередной испытательный полет над Токийским заливом. Внезапно самолет попал в полосу плохой погоды и был вынужден возвращаться на аэродром. Однако при посадке на ВПП оказался взлетающий двухмоторный самолет. Цукуда принял решение сесть на расположенный севернее армейский аэродром Симосидзу. Однако при посадке самолет угодил колесом шасси в плохо утрамбованную воронку от бомбы и скапотировал. Штурман-наблюдатель и стрелок-радист отделались испугом, а лейтенант Цукуда, вынужденный из-за плохого обзора высовываться из кабины - чудом остался жив, получив "всего лишь" перелом поясничных позвонков.
Утром летчиков на машине скорой помощи доставили на свой аэродром в Кисарадзу. Благодаря крепкому телосложению и усилиям медиков Цукуда выздоровел. Уже в июне он ограниченно выполнял обязанности на аэродроме, а в августе с него окончательно сняли гипс и допустили к полетам. С разрешения командира разведывательной эскадрильи 302-го кокутай капитана 3-го ранга Сакума Такеши для восстановления навыков он совершал рулежки по аэродрому с мешками с песком для балласта, вместо стрелка и наблюдателя. Затем он начал полеты на старейшем из используемых учебных самолетов Тип 90 (K3M3) для "опробывания способов ведения разведки". Старая машина показалась Цукуда "крытой повозкой". Длинна пробега составила около 200 метров, из-за низкой скорости полет сильно отличался от полетов на D4Y или C6N, но по словам опытного инструктора если расслабиться и потерять бдительность, то можно было и в штопор свалиться.
7 августа 1945 года Цукуда с вышки пункта управления наблюдал через бинокль за буксировкой небольшого самолета без винтов. Это был прототип первого японского реактивного самолета истребителя "Кикка" (известен так же под названиями "Кицука", "Татибана", J8N1, J9N1 и J9Y1) - в этот день он совершил свой первый полет. Через несколько дней война закончилась.
P.S. Я ранее не знал о наличии на "Сайуне" автопилота и специального мешка-туалета, использовании "Зеро" в качестве фоторазведчика (хотя все участники Второй мировой войны применяли истребители в этой роли - абсолютно логичная идея). Интересно, что в воспоминаниях Цукуда нет упоминаний о жесткой муштре, сопровождавшей обучение летчиков по программе Сорэн, для матросов и старшин флота, таких как например знаменитый Сакаи Сабуро.
Ссылка на книгу: 渡辺洋二 決意の一線機: 迎え撃つ人と銀翼)
Примечание:
Отдельные эскадрильи (хотя по штатной численности могли быть эквивалентны полку или звену) в ВМС Японии во второй половине войны как правило входили в состав какого-либо кокутай, имели название и нумерацию:
истребительные - "сентоки хикотай" №№1-400 - истребители ("завоевания господства в воздухе"), №№401-800 - истребители-перехватчики, №801-1000 - ночные истребители;
бомбардировочные - "когекики хикотай" №№1-200 - палубные бомбардировщики, №№201-400 - палубные штурмовики (торпедоносцы), №№401-600 - базовые бомбардировщики, №№ - базовые штурмовики (торпедоносцы);
разведывательные - "тейсацуки хикотай" №№1-200 - корабельные разведывательные самолеты, №№201-300 - базовые разведывательные самолеты, №№301-600 - разведывательные гидросамолеты, №№601-900 - разведывательные летающие лодки;
транспортные - "юсоки хикотай" №№1-100.
Как правило во всех современных англоязычных источниках отдельные эскадрильи называются просто 102nd hikotai - 102-й хикотай, а в более "продвинутых" более точно: Teisatsu Hikotai T.102 - 102-й разведывательный хикотай.