В завершающих год номерах редко бывает начало какой-нибудь крупной прозы: всё появится в следующем году. Поэтому большую часть номера занимают рассказы и стихи.
А открывается номер произведением Галины Николаевны Полынской «Возможно варианты», которое обозначено самим автором как «Житейские истории», но на самом деле это повесть, состоящая из небольших главок-рассказов о совершенно разных людях.
И таких главок в повести около тридцати. Герои их не связаны друг с другом, но есть у них нечто общее: все они попадают в трудные жизненные ситуации. Кто-то ищет из создавшегося положения выход, и автор даёт нам понять, что у этих героев всё сложится хорошо, а большинство впадают в грех уныния, и вот к этим-то людям и является странный персонаж, лица которого не разглядеть, и предлагает своим потенциальным «клиентам» радикальный выход из положения – кому с помощью пистолета, кому – ножа, а кому и просто с помощью собственных рук.
«Одновременно он способен находиться в разных частях города, является в основном тем, кто в беде, отчаянии, в ненависти. Ищет, где тонко, надорвано, где вот-вот совсем разорваться готово. Приходит и помощь предлагает, быстрый, лёгкий выход из ситуации, вот только помощь его страшная – на злодейства смертные людей толкает, да и тот, кто помощь эту примет, тоже считай не жилец: закрутит так, что и не выберешься».
Понятно, кто является людям в трудную минуту - тот самый, кто явился как-то раз на Патриарших прудах двум литераторам.
Но само произведение Галины Полынской, на мой взгляд, это просто набросок к роману. Я всё ждала, когда же истории начнут между собой переплетаться, хотелось узнать, как они закончатся, но ни одна история не получила своего полного развития – все они заканчивались появлением страшного персонажа в чёрном. Так что осталось чувство незавершённости.
Далее в номере – рассказы лауреатов международного детско-юношеского литературного конкурса имени Ивана Шмелёва «Лето Господне», который проводится под патронатом и по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла.
В конкурсе этом принимают участие школьники 6-12-х классов. В номере опубликованы пять рассказов призёров и финалистов конкурса, все, естественно, так или иначе касающиеся религиозно-нравственной тематики.
В разделе публицистики статья Юрия Михайловича Барыкина (р.1965) «Академик Вавилов», которая рассказывает о трагедии советской генетики.
То, что происходило в советской науке в 20-50-х годах ХХ века, автор статьи называет беспрецедентным в истории человеческой культуры феноменом репрессированной науки.
«Под объектом репрессий оказалось научное сообщество в целом, его ментальность, его жизнь во всех её проявлениях. Речь должна идти не только о репрессированных учёных, но и о репрессированных идеях и направлениях, научных учреждениях и центрах, книгах и журналах, засекреченных архивах. Одни дисциплины запрещались: генетика, психотехника, этология, евгеника, педология, кибернетика. Другие – извращались. Например, история. А кто возьмётся определить ущерб, который нанёс сталинский диктат экономической науке? Третьи – деформировались. Вся физиология была сведена к схоластически истолкованному учению И.П. Павлова, а в психологии было наложено вето на изучение бессознательных душевных явлений».
Пусть вас не смущают сомнительные для нашего уха слова «педология» и «евгеника» - на самом деле, в этих науках есть своё рациональное зерно, главное, понимать, в чьих руках эти науки находятся.
В статье рассматривается ситуация, в которой в СССР в 30-е годы развернулась схватка между генетиками, а также рассказано о судьбах таких учёных, как Вавилов, Лысенко, Мичурин.
Статья очень обширная и серьёзная и заслуживает внимательного и вдумчивого прочтения.
В разделе «Культура» - статья Сергея Михайловича Казначеева (р.1958) «Феномен прозрения».
Что такое «прозрение» с точки зрения психологии?
«Психологи так формулируют подобное состояние человеческого ума: переживание внезапного и поразительного осознания. Как правило, этот термин используют для описания научного прорыва, религиозного или философского открытия, но он может применяться в любой ситуации, в которой просветляющее осознание позволяет понять проблему или ситуацию с новой, оригинальной точки зрения… Наиболее показателен евангельский случай превращения из Савла в Павла, когда яростный гонитель Христа внезапно становится одним из вернейших Его адептов».
Если брать русскую историю и культуру, то можно привести пример, как юный Пушкин, повзрослев и возмужав, из вольнодумца превращается в человека, верного православию и консерватизму.
Я бы лично не стала в данном случае большое значение прозрению. Просто повзрослел человек и изменил свои взгляды, и это нормально, такую трансформацию проходят все из нас, а кто на протяжении всей жизни не меняет своих взглядов, тот откровенно смешон.
Перу Анатолия Анатольевича Фарафонова (р.1981) принадлежит очерк «Сила жизни» - о жизни и творчестве художника Василия Ивановича Сурикова.
Очерк этот – довольно подробное изложение жизненного пути художника с описанием его самых известных полотен.
В рубрике «Московская тетрадь» - публикация Александра Васькина «Юрий Трифонов: «Как можно не любить Москву?»
Этот очерк, как и предыдущий, вполне можно использовать как основу для лекции о жизни и творчестве писателя, потому что рассказано всё довольно подробно, и проиллюстрирован очерк архивными фотографиями самого Трифонова и тех уголков Москвы, которые были связаны с его именем.