Найти в Дзене

Дожить бы до пенсии, а там что-нибудь придумаем! Потеря здоровья, как преграда к долголетию. Зачем люди ставят себе рамки

Если бы 99% россиян знали законы активного долголетия, то, вполне возможно, прожили бы, как и мечтали, до 150, 200 лет! Надо не уставать жить, а наполнять жизнь новыми делами, планами, проектами… Думать о пенсии, «а там посмотрим, что-нибудь придумаем» – опасно и несовместимо с активным и здоровым долголетием. Хотя во многих своих трудах они разделили всю жизнь человека («онтогенез») на периоды по 10–15 лет каждый. Самое интересное, что эти возрастные классификации заканчиваются где-то на возрасте 80–90 лет. Дальше, видимо, смелости не хватило у ученых-физиологов, как правило, больных людей, не думающих об активном, да еще здоровом долголетии. Эта закономерность гласит: чем больше лет, тем больше жить хочется, а жить-то нечем. Осталась одна труха. Но я это увидел у своих пациентов, а Сенека, видимо, почувствовал сам. Часто можно услышать, особенно от бабушек (я слышал от своей): «Умру скоро. Похороните меня там-то, так-то. Вот мой узелок посмертный…» От своей бабушки, не болеющей н

Если бы 99% россиян знали законы активного долголетия, то, вполне возможно, прожили бы, как и мечтали, до 150, 200 лет!

Надо не уставать жить, а наполнять жизнь новыми делами, планами, проектами… Думать о пенсии, «а там посмотрим, что-нибудь придумаем» – опасно и несовместимо с активным и здоровым долголетием.

  • И тут, работая с пожилыми людьми, или, как я люблю говорить, людьми старшей возрастной группы, я приметил еще одну закономерность. Физиологи еще не определили, когда она – старость – начинается.

Хотя во многих своих трудах они разделили всю жизнь человека («онтогенез») на периоды по 10–15 лет каждый. Самое интересное, что эти возрастные классификации заканчиваются где-то на возрасте 80–90 лет.

Дальше, видимо, смелости не хватило у ученых-физиологов, как правило, больных людей, не думающих об активном, да еще здоровом долголетии.

Эта закономерность гласит: чем больше лет, тем больше жить хочется, а жить-то нечем. Осталась одна труха. Но я это увидел у своих пациентов, а Сенека, видимо, почувствовал сам.

Часто можно услышать, особенно от бабушек (я слышал от своей): «Умру скоро. Похороните меня там-то, так-то. Вот мой узелок посмертный…»

От своей бабушки, не болеющей ничем, но любящей глотать таблетки («токсикомания»), я это выслушивал от 70 до 90 лет. Все умирала, и… никак!

-2

Люди старшей возрастной группы, не понимая возможностей своего организма (а кто научит?), ставят сами себе какие-то рамки. Вот 70 или 80 лет. Дальше не помышляют…

  • Кто-то может дожить до того времени, чтобы увидеть и покачать на коленях своих внуков, кто-то заняться садиком, огородом, кроликами и проч.
  • Кто-то ждет, когда умрут одногодки, потом и самому можно. Я не встречал таких, кто хочет жить долго потому, что это должно быть интересно!
  • Для этого надо быть, конечно, здоровым и смелым! А человек, как я говорю, не только ленив, но еще и труслив.

И эта трусость или страх относится не только к возможному инфаркту или инсульту (поэтому и таблетки глотают), но и к долгой жизни, ибо долгая жизнь у подавляющего большинства людей ассоциируется с болезнями и дряхлостью…

Помните, профилактика важнее и эффективнее лечения!

Получи индивидуальные рекомендации по упражнениям, пройдя консультацию в Центре доктора Бубновского.