Сергей пришёл домой ближе к обеду. Вымыл посуду, видя, что Лидия спит. Обойдя весь дом, заглянув за все двери, он не нашёл Омелу. На её кровати мирно спала Феня.
– Куда же ты делась, паразитка? Господи, где она? – шёпотом спрашивал Сергей, глядя на ту же икону Христа, проходя гостиную.
Тем временем, маршрутка привезла учеников начальных классов. Домой зашла Даша и с прихода заявила:
– Я не хочу там учиться! Там две девочки чернилами меня облили, вот, посмотри. – она повернулась задом. Её белая блузка была наполовину в тёмно-синих и красных разводах. – Они из стержней как-то добыли чернила. Они сзади меня сели. То есть, учительница так посадила, меня с Асей за первую. И смеялись целый день.
– А почему это тебя за первую парту посадили? – недоумённо спросил Сергей.
– А это училка наша прошлогодняя, Патимат Газиалиевна, сказала этой нашей нынешней, Юлии Романовне, что "Даша щурится, её за первую парту. Скажи родителям, чтобы сводили её к окулисту". Папа, я хорошо вижу! Она наврала на меня! А эта, хотя и русская, а поверила ей. И никак я не могу ей доказать, что это, просто, ехидный взгляд, а не зрение плохое! – на эмоциях ответила Даша.
– Я завтра с ней поговорю. Ты не беспокойся. Снимай, если не отстирается, выкинем. У тебя есть ещё одёжка, даже лучше этой. – успокоил отец.
– Ладно. Но эти девочки, что с ними делать? Они там всем классом командуют, даже мальчики их боятся. Они сёстры-близняшки, старше нас на два года. Им по 10 лет уже! Просто они из Чечни. Говорят, что им папа запрещал школу посещать, а мама забрала их и перехала с ними сюда. Папа прав у них был, нельзя им учиться со всеми вместе. – раздеваясь, говорила Даша.
– Разберемся. Я Омелу ищу. Пока у Магомеда кофе пил, да про наш с ним магазин в городе разговаривали, мама тут уснула, а эта паразитка куда-то пропала. Дома нет нигде. – сказал отец.
– Пошли в душ, сполосну тебя. – вышла из гостиной проснувшаяся мать, собирая волосы в хвост.
– Да, она права, иди в душ. Так, а я пойду искать Леночку. – улыбнулся Сергей и, посмотрев на Лидию, подмигнул ей. Она хихикнула.
Сергей обошёл всё, что мог, заглянул во все возможные и невозможные места. Омелы нигде не было. Её игрушки были все на месте, что ещё более расстраивало Сергея. Он вышел за ворота и стал спрашивать у людей, не видели ли они Омелу. Никто не видел. Сергея охватила паника. Однако, обращаться в ОВД он не стал. Вернулся домой и сказал:
– Так, значит. Жена и дочь, слушайте сюда! Сейчас пойдём вместе искать эту паразитку. Даша, ты поела уже?
– Да. Пойдём искать! – ответила Даша, выходя из-за стола.
– Ты точно во всех местах посмотрел? А на крыше? На чердаке? – спросила Лидия.
– Везде смотрел! – заметно психуя, ответил Сергей.
Искали её до ночи, прерываясь только на загон коз и овец, вернувшихся с выпаса. К поискам уже подключили и вернувшихся из школы Розу и Алёшку, а так же: Магомеда, Абдуллу и Зайнаб Алиевну, одинокую бабушку, которая была живее всех живых.
– Пошли домой! Вернётся. Спряталась где-то. Вас, родители, проучить. Я всё понял. – сказал Алёшка.
– Почему ты так думаешь? Вдруг, её кто-то украл? – беспокойно спросила Даша.
– Когда я домой из школы пришёл, то не нашёл на столе своём книжку одну. Она же у нас читать умеет, вот. Где-то сидит, и читает, мало чего понимая. Просто, вы меня сразу в оборот взяли, что искать надо, у меня и вылетело из головы, что книжка пропала. – улыбнулся Алёшка.
– Так, Панкратовы, идите все домой. А я ещё поищу. Если не найду, значит она где-то у вас на территории или дома. Она маленькая, куда хочешь спрячется. И вы домой идите, мужики, у вас тоже дети есть, вы своим нужны. – распорядилась бабушка Зайнаб.
И её все послушались.
Однако, Сергей всё ещё не мог успокоиться до самой полуночи, ворочаясь с боку на бок. Лидия вздыхала, охала, а потом сказала мужу:
– Она не твоя дочь. Твоих только трое: Лёша, Роза и Даша. Омела от Димки мента, который тут тогда работал. Ты-то ездил тренироваться, а я не могу без с*кса долго. Да и вообще, ты много всего не знаешь. Может, выгонишь меня? До тебя у меня был Петя, от которого я родила Виталика и оставила его в роддоме, в Москве. Ты первый об этом узнаёшь, даже родители мои не знают. А нынче, я вообще обиделась на тебя, что ты к отцу гонялся. Я и пошла к Умару, тем более, что с женой он развёлся, красота.
– Я догадывался, что у тебя кто-то был до меня, но в голову даже не приходило, что ты от него родила. Это ладно. Думаю, что всё хорошо у Виталика. А насчёт Омелы ты меня прям... ошарашила. Но, знай, дорогая, что не только тот отец, кто поработал биоматериалом, но и тот, кто воспитал. И второй – более отец, нежели первый. Поэтому, она моя дочь. И, даже если, я выгоню тебя, то только с тем, которого ты ещё не родила. Бог над каждым из нас, и дети не виноваты в грехах родителей. Надеюсь, развратность не передаётся по наследству. – спокойно сказал Сергей.
Лидия опять вздохнула и отвернулась.
*****
Наутро, когда Сергей выгонял скотину, к нему подошла Зайнаб Алиевна и сказала:
– Привэ́т! Я нашла твою Омелу. Пойдём, посмотри.
– Где она? – торопясь закрыть ворота, спросил Сергей.
– Пойдём, пойдём! Увидишь! – довольно улыбаясь, говорила бабушка, идя впереди.
Пришли они к старой, полуразрушенной мечети. В ней ещё никто не молился, ибо здание нуждается в капитальном ремонте. Они осторожно зашли внутрь. Зайнаб Алиевна подошла к нише в правом углу здания, где на камнях был, вдвое сложенный, старинный ковёр, на котором мирно спала Омела, прижав к себе книжку.
– Эй, вставай! Папа пришёл! – громко сказала бабушка Зайнаб.
– Леночка! Пошли домой, родная моя, что ты нас так пугаешь? – подойдя ближе, к уже открывшей глаза, Омеле, сказал Сергей.
– А вы с мамой плохо себя ведёте. Воспитайте сначала самих себя, чтобы воспитывать нас. – Омела потянулась и встала.
– Начиталась? Инструктором по воспитательной работе будешь. – с улыбкой, сказал ей отец.
– Нет. Я разведу гусей. И у меня будет птичья ферма. – уверенно сказала Омела.
*****
Когда они пришли домой – остальные дети уже были в школе, а Лидия хлопотала по хозяйству, у неё было хорошее настроение.
– О! Нашлась! Ты где пряталась? – спросила радостная мать.
– Отдыхала от вас. Мама, ты кого-нибудь любишь? – ответила и спросила Омела.
– Да. Я, правда, люблю всех своих детей! И мужа люблю! И родителей своих люблю! – с какой-то внутренней уверенностью в словах, ответила Лидия.
– Надо же! Врёшь-то как, убедительно. – Омела сказала со злостью в голосе и демонстративно прошла между родителями к столу, взяла два персика и ушла в свою комнату.
– Её не проведёшь. Личный обличитель у нас есть. Тебе надо было не в модельеры, а в актрисы. По тебе ревёт кинематограф. – сказал Сергей жене и тоже, взяв персик, ушёл на второй этаж и сел там на балконе.
– А не ты ли режиссёр? Ты меня позвал сюда, в этом горном боевике сниматься! Ты свои грехи, хотя бы нанизывал на канат, чтобы Бог тебе такое ожерелье в Судный День на шею повесил! – поднимаясь следом за мужем, на повышенных тонах, говорила Лидия.
– Ловко ты трансформируешься, оборотень в юбке. – сказал Сергей, откусывая сочный фрукт. – Но, я тебя всё равно уже простил, не волнуйся.
Лидия не знала, что ему на это сказать и ушла обратно, на кухню, готовить обед.
Продолжение следует...