10 июня 1944 года (через четыре дня после высадки союзников в Нормандии) началось наступление советских войск под Вборгом. Наступление на этом направлении преследовало цели отбросить финские войска от Ленинграда и скорейшего вывода Финляндии из войны. Советские войска, за счёт массового применения артиллерии, авиации и танков, а также при активной поддержке Балтийского флота, взломали одну за другой линии обороны финнов на Карельском перешейке и 20 июня взяли штурмом город Выборг.
Финские войска отошли на третью оборонительную линию Выборг — Купарсаари — Тайпале (известную также как «Линия VKT») и, за счёт переброски всех имеющихся резервов из восточной Карелии, смогли занять там прочную оборону. Это, однако, ослабило финскую группировку в восточной Карелии, где 21 июня войска Карельского фронта также перешли в наступление и 28 июня освободили Петрозаводск.
19 июня маршал Маннергейм обратился к войскам с призывом во что бы то ни стало удержать третью полосу обороны. «Прорыв этой позиции, — подчёркивал он, — может решительным образом ослабить наши возможности к обороне».
На протяжении всего советского наступления Финляндия остро нуждалась в эффективных противотанковых средствах. Такие средства могла предоставить Германия, которая за это, однако, требовала подписания Финляндией обязательства не заключать сепаратный мир с СССР. С этой миссией 22 июня в Хельсинки прибыл министр иностранных дел Германии Риббентроп.
Вечером 23 июня, когда Риббентроп ещё оставался в Хельсинки, финское правительство через Стокгольм получило от советского правительства записку следующего содержания:
Поскольку финны несколько раз обманывали нас, мы хотим, чтобы правительство Финляндии передало подписанное президентом и министром иностранных дел сообщение, что Финляндия готова сдаться и обратиться к советскому правительству с просьбой о мире. Если мы получим от правительства Финляндии эту информацию, Москва готова принять финскую делегацию.
Таким образом, руководство Финляндии встало перед выбором — необходимо было выбрать либо безусловную капитуляцию перед СССР, либо подписание соглашения с Германией, которое, по мнению Густава Маннергейма, увеличило бы возможности для приемлемого мира без условий. Финны предпочли последнее, однако брать на себя обязательства о незаключении сепаратного мира с СССР финны не хотели.
25 августа финны запросили у СССР (через советского посла в Стокгольме) условия прекращения боевых действий. Советское правительство выдвинуло два (согласованных с Великобританией и США) условия:
- немедленный разрыв отношений с Германией;
- вывод немецких войск в срок до 15 сентября, а при отказе — интернирование.
2 сентября Маннергейм направил письмо Гитлеру с официальным предупреждением о выходе Финляндии из войны. Гитлер ещё до его получения серьёзно рассматривал план осуществления военного переворота в Финляндии с заменой Маннергейма на генералов, составлявших основу высшего командного состава финской армии, но из-за стремительного развития событий этот план не был разработан и тем более не осуществлялся.
4 сентября вступил в силу приказ финского главного командования о прекращении боевых действий по всему фронту. Боевые действия между советскими и финскими войсками закончились. Прекращение огня вступило в силу в 7.00 с финской стороны, Советский Союз прекратил военные действия сутки спустя, 5 сентября. Советские войска в течение суток захватывали в плен парламентёров и сложивших оружие. Инцидент был объяснён бюрократической задержкой.
19 сентября в Москве было подписано Соглашение о перемирии с СССР и Великобританией, действовавшими от имени стран, находящихся в состоянии войны с Финляндией. Финляндия приняла следующие условия:
- возврат к границам 1940 года с дополнительной уступкой Советскому Союзу сектора Петсамо;
- сдача СССР в аренду полуострова Порккала (расположенного вблизи Хельсинки) сроком на 50 лет (возвращён в 1956);
- предоставление СССР прав транзита войск через Финляндию;
- репарации в размере 300 млн долларов США, которые должны быть погашены поставками товаров в течение 6 лет;
- снятие запрета на компартию.
В этот период немцы, силы которых в количестве 200 000 человек находились на севере Финляндии, не покинули страну в ультимативно поставленные финнами сроки (до 15 сентября). Ещё 3 сентября финны начали переброску войск с советского фронта на север страны, где были расположены немецкие части, а 7 сентября финны начали эвакуацию населения с севера Финляндии на юг и в Швецию. 15 сентября немцы потребовали от финнов сдать остров Гогланд, а после отказа попытались захватить его силой. Началась так называемая Лапландская война, которая продолжалась до апреля 1945 года. В Лапландии немцы старались удержать никелевые месторождения, поскольку у Германии не хватало цветных металлов.
Начало истории про Степку и его боевых товарищей, начавших воевавать в 192-м мотострелковом батальоне, который входил в состав 192-й танковой бригады (с конца октября 1943 года - 39-й гвардейской танковой бригады), можно прочитать здесь, а её продолжение здесь и здесь, а также в предыдущей публикации.
Виктор потер лицо обеими ладонями и ответил:
- Ящик с какими-то документами, картами и железными крестами... Я только мельком посмотрел. Нас это не касается...
От причала прибежал запыхавшийся телефонист:
- Товарищ майор, вас радист с хутора просит... И там ещё шлюпка с морского охотника причалила.
- Сейчас иду. Морячки как всегда вовремя!..
Виктор повернулся к старшине:
- Соберите здесь всё, товарищ старшина ... Тело эстонца доставить на хутор.
- А как же я?..
- Меня это не интересует. Выполняйте приказ!
- Есть!
Майор кивнул Степке:
- Пошли со мной.
По телефону с лейтенантом-радистом Виктор разговаривал минут пять. Вернее столько времени он слушал, что ему докладывал Алексей, потом задал один вопрос и выдал два распоряжения:
- Ничего не забыл?.. Тогда сворачивайтесь там и быстро к тендеру выдвигайтесь. Возьмите на хуторе подводу. Конец связи.
Степка издалека разглядывал, какие внешние повреждения нанёс "фаустпатрон" рубке тендера. На палубе лежали два тела, укрытые брезентом. По причалу теперь шли два офицера в черных морских шинелях, двое матросов вытаскивали шлюпку на берег. Увидев, что Виктор передал телефонную трубку сержанту, они ускорили шаг. Первым стал представляться незнакомый капитан:
- Капитан береговой службы Ермолов, оперуполномоченный...
Виктор нетерпеливо махнул рукой:
- Я знаю... Почему опоздали. капитан?..
- "Виллис", на котором я ехал в Пярну, столкнулся с самоходкой в темноте, товарищ майор...
- Я не об этом. К бою почему опоздали?
- Это не входит в мои основные обязанности, товарищ майор...
- Какое у вас интересное отношение к войне товарищ капитан береговой службы. Теперь вопрос к вам, товарищ капитан-лейтенант. Сколько отсюда ходу до Хельсинки, вернее, до полуострова Поркала?
- Полуостров Порккала, примерно тридцать миль к западу от Хельсинки. Примерно десять-одиннадцать часов экономичным ходом.
- Ясно. Выходим через час...
- Виноват, товарищ майор. Не получится.
- Причина?
- У меня на борту нет карты минных полей и заграждений в Финском заливе. Заходить будем с запада, так что...
- Сколько времени вам нужно будет на подготовку к выходу?
- Придётся зайти в Таллин за картами.
- Нет. Пусть вышлют самолёт. Он сбросит вам карты по пути на ходу.
- У меня нет таких полномочий...
- У меня есть. Передайте в радиограмме "группа направляется в финскую баню". Надеюсь, точку встречи с самолётов рассчитать сможете?
- Смогу, товарищ майор! Тогда можно будет выйти через полчаса после того, как с базы подтвердят запрос о картах и самолёте.
- Хорошо. И ещё пришлите на тендер нового капитана и пулемётчика. Желательно поопытней. Доложите о готовности к выходу.
- Разрешите выполнять?
- Не задерживаю.
Капитан береговой службы посмотрел вслед торопящемуся к шлюпке капитан-лейтенанту и спросил:
- Товарищ майор, чем я могу быть полезен?
- Выполняйте свои основные обязанности, товарищ капитан...
- О сути вашего задания вы не проинформируйте, товарищ майор?
- А вы бы проинформировали.
- Пожалуй нет. Разрешите быть свободным?
- Не задерживаю.
К причалу подкатила повозка, которой управлял сын хуторянина. К нему бросилась, рыдая, Ленна. По причалу затопали башмаки Марека и Михала. Лейтенант-радист стал осторожно вынимать ящик с рацией из повозки. Через пару минут на берег вышли телефонисты, смытывающие кабель, и сержант со своими бойцами. Вокруг причала стало многолюдно.
Подкатила "полуторка". В неё стали грузить лейтенанта Сергея и других раненых бойцов, пленного морского пехотинца и тяжелый металлический ящик. Уместились там и телефонисты со своими "коробками" и катушками с кабелем. Старшина залез в кабину "полуторки", а сержант начал руководить оставшимися на берегу бойцами комендантского взвода, разметив на вершине одной из прибрежных возвышенностей шагами длину и ширину будущей братской могилы. На берегу в своей последней "шеренге" лежали тела шестерых убитых в перестрелке с немецкими морскими пехотинцами красноармейцев. Степка помог перенести и положить с краю этой "шеренги" тела капитана и кока-пулемётчика тендера. Потом пошёл попрощаться с лейтенантом:
- Подвёл я вас, Степан..
- Схватить осколок от ружейной гранаты - это случайность. Не вини себя. Поправляйся!
- Поправлюсь, буду снова проситься в вашу группу!
На повозку погрузили тело пожилого эстонца. Ленна уселась рядом, поддерживая голову отца и продолжая тихо плакать. Пленный морской пехотинец вдруг громко крикнул из кузова разворачивающейся "полуторки":
- Ленна, форгиб мир!
В ответ на свой порыв он получил прикладом автомата в бок. Шлюпка с морским и полуморским офицером направилась к катеру. Степка взял со щита, висевшего на стене полуразрушенной рубки, лопату и пошёл копать песо на вершине прибрежной возвышенности. Его правый глаз опять стал слезиться. Вслед за "полуторкой" берег покинула повозка.
Через полчаса вернулась шлюпка. Из неё вылезли мичман и краснофлотец. Майор стал о чем-то с ними разговаривать на причале. К этой беседе вскоре присоединился и единственный оставшийся в живых член предыдущего экипажа. Получив какие-то указания от Виктора моторист повел нового капитана знакомиться с кораблём, а краснофлотец занялся проверкой ДШК. Виктор с причала призывно махнул Степке рукой и направился к группе больших амней . Старший лейтенант передал свою лопату пожилому красноармейцу и предупредил:
- Это лопата с тендера. Если мы будем отходить раньше, чем вы тут закончите, то верните обязательно...
- Есть вернуть лопату, товарищ старший лейтенант!
Виктор сидел на камне, похожим на панцирь огромной черепахи. Степка очередной раз вытер глаз, встал спиной к воде и услышал:
- Как ты наверное уже понял, дальше идём через Финляндию.
- Наш штурманфюрер?..
- Да. Его открытка, отправленная из Осло, дошла. Сообщил, что будет ждать нас до десятого ноября и готов переправить дальше...
- А если наврал?
- А для чего у нас собственные головы есть?..
- Что нам будет нужно на этом Порккала?
- Там наши части уже. Полуостров по условиям перемирия передан Советскому Союзу на пятьдесят лет. Перегрузимся, экипируемся и оттуда двинем дальше. Филипп Кондратьевич туда уже отправил транспорт... Тебя опять глаз беспокоит?
- Есть маленько...
С тендера закричал мичман:
- Товарищ майор, с охотника отсемафорили, что они готовы к отплытию...
- Всё, грузимся и отходим. Марек, Михал, Алексей!..
К пожилому сыщику подбежал сержант и протянул лопату, указывая пальцем на Степку. Заработал двигатель тендера. Виктор поднялся и направился к причалу. Старший лейтенант поправил автомат за спиной, оглянулся на группу солдат на возвышенности и двинулся за майором следом.
Вечная Слава и Память бойцам и командирам Красной и Советской армии, участникам Великой отечественной войны!
Берегите себя, уважаемые читатели!
Подпишитесь на канал , тогда вы не пропустите ни одной публикации!Пожалуйста, оставьте комментарии к этой и другим публикациям моего канала. По мотивам сделанных комментариев я готовлю несколько новых публикаций.