Впервые с "Дуэлью" я познакомилась лет семь назад. Как и положено классике, у данной повести немалый литературоведческий багаж, разбирающий едва ли не каждую строчку вдоль и поперек. А потому с чистой совестью можно анализировать не всю повесть целиком, а лишь то, что особенно зацепило.
А зацепило меня тогда конкретно. Я сначала книгу прочла, потом прослушала, а затем посмотрела и три экранизации: две наших 1961 и 1973 гг. и американскую 2010 г. Бесспорным фаворитом стала первая, от режиссеров Т. Березанцевой и Л. Рудника. Типажи подобраны отлично, отношение к первоисточнику бережное. Лаевский - Стриженов восхитителен. Сначала думала, что не получится у такого красавца сыграть сомнительного достоинства личность. Но нет, местами герой был весьма отвратен! И да, тут были даже туфли!
А вот "Плохой хороший человек" 1973 года режиссера И. Хейфица на душу не лег. У меня вообще со многими фильмами 70-х не складывается. Какие-то они наигранные, что ли... Ища новаторские пути, актеры и режиссеры частенько перегибают палку. Так и тут. Отличная экранизация, но слишком театральная. Да простит меня Олег Даль, Лаевский у него вышел мерзкий даже внешне. Дьячок превратился в откровенного дурачка и шута. В предыдущей версии он тоже смеялся много, но вменяемо, а тут психушка плачет в обнимку с пластическим хирургом (о, эти уши!). Глеб Жеглов... сорри, Высоцкий отлично вписался в роль сухого прагматика фон Корена, но лучше всех был Папанов-Самойленко. Отдельно хочется отметить Кирилина (А. Азо): внешне он достаточно симпатичный, чтобы поверить в мимолетное увлечение Надежды Федоровны.
От фильма США 2010 года режиссера Д. Кошашвили изначально многого не ждала. Много и не получила. Самая неоднозначная экранизация: БДСМ-игры, дремучая борода дьяка, анахронизмы, психопат-Лаевский плюс тема сисек раскрыта чуть более, чем полностью. Хоть геев нет, но это не точно. Зато фильм очень атмосферный, героям веришь. Снят он скорее по мотивам "Дуэли", и с такой оговоркой смотрится нормально. Но все же зря свадьбу в конце не показали. Неясно, была ли она вообще, а это важно для сюжета.
Однако вернемся к первоисточнику. Можно много говорить о противостоянии Лаевского и фон Корена, между которыми оказалось куда больше общего, чем они думали. Оба, теоретизируя, заблуждались, и оба сумели измениться в финале к лучшему. Действие без чувств фон Корена оказалось ошибочным не менее, чем чувства без действия Лаевского. Ну и энергию героям пришлось научиться направлять в мирное русло, а не истрачивать почем зря на бесполезную и бессмысленную ненависть друг к другу. Показательны тут размышления дьячка:
"Если бы они с детства знали такую нужду, как дьякон, если бы они воспитывались в среде невежественных, черствых сердцем, алчных до наживы, попрекающих куском хлеба, грубых и неотесанных в обращении, плюющих на пол и отрыгивающих за обедом и во время молитвы, если бы они с детства не были избалованы хорошей обстановкой жизни и избранным кругом людей, то как бы они ухватились друг за друга, как бы охотно прощали взаимно недостатки и ценили бы то, что есть в каждом из них. Ведь даже внешне порядочных людей так мало на свете! Правда, Лаевский шалый, распущенный, странный, но ведь он не украдет, не плюнет громко на пол, не попрекнет жену: «Лопаешь, а работать не хочешь», — не станет бить ребенка вожжами или кормить своих слуг вонючей солониной, — неужели этого недостаточно, чтобы относиться к нему снисходительно? К тому же ведь он первый страдает от своих недостатков, как больной от своих ран. Вместо того чтобы от скуки и по какому-то недоразумению искать друг в друге вырождения, вымирания, наследственности и прочего, что мало понятно, не лучше ли им спуститься пониже и направить ненависть и гнев туда, где стоном гудят целые улицы от грубого невежества, алчности, попреков, нечистоты, ругани, женского визга…"
Отдельное удовольствие - читать, как едко Чехов прохаживается по любителям блеснуть начитанностью и любой свой грех оправдать примерами из истории и литературы. Вот отрывок из монолога фон Корена:
"В качестве друга я журил его, зачем он много пьет, зачем живет не по средствам и делает долги, зачем ничего не делает и не читает, зачем он так мало культурен и мало знает, — и в ответ на все мои вопросы он горько улыбался, вздыхал и говорил: "Я неудачник, лишний человек", или: "Что вы хотите, батенька, от нас, осколков крепостничества?", или "Мы вырождаемся…" Или начинал нести длинную галиматью об Онегине, Печорине, байроновском Каине, Базарове, про которых говорил: "Это наши отцы по плоти и духу". Понимайте так, мол, что не он виноват в том, что казенные пакеты по неделям лежат нераспечатанными и что сам он пьет и других спаивает, а виноваты в этом Онегин, Печорин и Тургенев, выдумавший неудачника и лишнего человека. Причина крайней распущенности и безобразия, видите ли, лежит не в нем самом, а где-то вне, в пространстве. И притом — ловкая штука! — распутен, лжив и гадок не он один, а мы… "мы люди восьмидесятых годов", "мы вялое, нервное отродье крепостного права", "нас искалечила цивилизация"…
Однако больше всего меня заинтересовал психологический аспект повести. Узнавала себя и знакомых в главном герое, Лаевском. Что мешает нам быть счастливыми, жить насыщенной жизнью, дышать полной грудью? Сколько разных вариантов можно услышать в ответ: неудачный брак, ленивый муж, сварливая жена, нелюбимая работа, непослушные дети, плохое здоровье, нищий городок, продажная власть... Список можно продолжать бесконечно.
Однако смотрите: Лаевский и Надежда Федоровна совершили очень смелый поступок в стремлении к новой жизни: ради любви и идеалов пожертвовали семейными узами, уехали в далекие и чуждые края, собираясь начать всё с чистого листа. И... привезли все свои проблемы и комплексы с собой. Лишь перед лицом смерти окончательно запутавшейся Лаевский открывает главную истину: "...кто ищет спасения в перемене места..., тот ничего не найдет, так как для него земля везде одинакова. Искать спасения в людях? В ком искать и как? Доброта и великодушие Самойленка так же мало спасительны, как смешливость дьякона или ненависть фон Корена. Спасения надо искать только в себе самом..."
Это - ключевой абзац повести. Понимая, что некому даже написать предсмертное письмо, что ничего стоящего в жизни не сделано, Лаевский наконец смог увидеть себя со стороны, таким, какой он есть, без прикрас. Реальным, смешным и жалким. И понял, что некого винить в своих бедах, кроме себя. А значит, и решение - в себе самом. И тогда не нужна ни новая женщина, ни новый город, ни деньги либо одобрение окружающих. Всего за три месяца жизнь кардинально переменилась: и городок стал сносен, и женщина вновь дорога, и долги потихоньку выплачиваются, и окружающие зауважали...
Чудо, неправдоподобно? Не думаю. Угроза смерти - достаточно мощный стимул, чтобы вся жизнь пронеслась перед глазами. Самый яркий пример в моей жизни - молодой наркоман, которому поставили диагноз ВИЧ. Повторный анализ показал ошибку, парень оказался здоров. Но две недели, проведенные с мыслью, что осталось совсем немного (тогда еще не было антиретровирусной терапии), кардинально изменили его жизнь. Он навсегда отказался от иглы (прошло уж ...дцать лет), изменил место жительства и круг общения. Вновь сошелся с девушкой, которую в свое время бросил беременной, они поженились и нарожали еще кучу ребятишек. У него сегодня все хорошо. А ведь некогда окружающие считали, что человек совсем конченный, и жить ему в любом случае недолго...
Так что я верю Чехову, верю во внезапное преображение Лаевского (за якобы неправдоподобность которого автору до сих пор достается). Один из самых трогательных моментов повести - примирение с Надеждой Федоровной после осознания, что и сам Лаевский немало виноват в том, что с ней произошло, что "эта несчастная, порочная женщина для него единственный близкий, родной и незаменимый человек".
"— У меня нет никого, кроме тебя…"
Финал у повести реалистичный и одновременно оптимистичный. Нет ни победителей, ни побежденных. Зато есть надежда, что никогда не поздно изменить жизнь, вернуться на верный путь. Как говорит фон Корен: "Спотыкаются и на ровной дороге, и такова уж человеческая судьба: если не ошибаешься в главном, то будешь ошибаться в частностях. Никто не знает настоящей правды". И чуть позже Лаевский вторит: "В поисках за правдой люди делают два шага вперед, шаг назад. Страдания, ошибки и скука жизни бросают их назад, но жажда правды и упрямая воля гонят вперед и вперед. И кто знает? Быть может, доплывут до настоящей правды…"
P.S.: Прочитано в рамках марафона чтения произведений А.П. Чехова на канале БиблиоЮлия: