Записки от безделья

Помнится, раньше в Букстаграме, где я обитала до Дзена, была очень популярна такая литературная развлекуха, как #книжныйтэг. Каких только тем не поднималось! "Десять вопросов об авторах", "Книжные крайности", "Мои книжные лидеры", "Любимые книжные пары"... А вот Дзен оказался любителем всевозможных марафонов. Так что сегодня прямо ностальгию словила, увидев на канале Елены "С книгой в обнимку" вдруг старый добрый опросник: А запустила сей флешмоб Ирина с канала "Книжная аптека": Сначала хотела ответить кратко, в комментариях...

До сей поры я относила себя к поклонникам Наринэ Абгарян. "Манюня", "С неба упали три яблока", "Дальше жить", "Симон", - чудесные вещи. А вот сборник "Молчание цвета" уже слегка расстроил самоповторяемостью. Запомнился лишь одним - самим фактом прочтения. "София возвращалась домой" начинала в надежде, что в крупной форме увижу прежнюю Абгарян. Но увы... Предупреждаю сразу: без лютейших спойлеров не обойтись. Ругаться буду долго, вдохновенно, с оттяжечкой. С первых же страниц книга вызвала странное, некомфортное чувство...

Думала, подостыла к этому жанру. Но нет! Прошло время - и вновь потянуло к дорамам-семечкам. Вот что нащелкалось: Варианты названий: Man Tuo Luo / Mandala / 曼陀罗 Продолжительность: 85 серий по 2 мин. Сюжет: Юная талантливая Чжао Мань мечтает перебраться из провинции в Шанхай, чтобы быть рядом со своим молодым человеком. Благодаря протекции учителя ей удается получить работу мечты. Однако новый босс Чэнь Чанчжи - не просто могущественный бизнесмен, а позабытый девушкой друг из детства, следы которого давно потеряны...

Отношение к классику латвийской литературы Вилису Лацису (1904–1966) на родине нынче двойственное. Даже при всем желании невозможно "отменить" его литературный талант: Лацис до сих пор остаётся самым переводимым латышским писателем. Однако яростное отрицание советского прошлого заставляет многих в Латвии поругивать писателей той эпохи если не за графоманство, то за ложь и пособничество коммунистическому режиму. Дабы не углубляться в эти дрязги, по совету самих латышских читателей обратилась к досоветскому периоду творчества Вилиса Лациса, а именно к самой известной его книге...