Они прошли в новый и уже функционирующий салон Левы со служебного входа. Заметили, что садовод во дворе, у каждого подъезда подсевал траву, потом укатывал её небольшим катком. Маленькие детишки получили от дворника ленточки, и они вместе с ними расставляли вдоль восстанавливаемых газончиков палочки с шелестящими ленточками.
Саша подсел к одной из наслаждающейся преображенным двором бабушке и спросил:
– Здравствуйте, сударыня! Зачем эти шуршалки?
– Здравствуйте, молодой человек! Вы правильно сказали, шуршалки. Газонную траву, чтобы они быстро росла, глубоко не закапывают. Птицы прилетят и все склюют. Это я вам, как бывший агроном, говорю
Все остальные присели рядом, слушая их разговор, да и прийти в себя было надо от бессонной ночи. Они смотрели, как ребятишки с маленькими лейками полили засеянные проплешины, а потом уселись играть в песочницу-ракушку.
– Молодец! Дети теперь не будут топтать газон до времени, – заметил Арсений.
– Будут! – возразил Ион. – Что за кайф в жизни, если не потоптаться по траве.
Старушка улыбнулась.
– У нас некоторые мамочки было возмутились, а когда увидели, что наш садовод им такие маленькие леечки дал, успокоились. Теперь смотрят и молчат. Подростки наши с утра, как вороны, кто на дереве сидит, кто на развалинах трансформаторной будки что-то обсуждают.
– А мне показалось, или действительно кирпичи у башни блестят?
– Ага! Блестят. Это вчера, какие-то пацаны из соседнего двора притащили лак и покрасили, теперь они там сидят и в какие-то компьютерные игры режутся. Хорошо хоть не дома! – Старушка покивала им.
– Скоро им надоест, и они бросят, – печально проговорил Ион.
– Может и так, но ведь это – начало. По началу-то все спотыкаются. Уж сколько их в школе отучали от духа коллективизма. А ведь люди-то стайные существа! Есть и такие подростки, которые гундят: «Вот мы в Таиланде…» Такие уходят сразу, однако приходят другие… Были которые с сигаретами пришли. Но… – Старушка улыбнулась. – Наш садовод, предложил им курить около мусорок, у него там даже табуреточки стоят в уголке. Можно посидеть и понюхать мусор. Ну, и покурить…
– Ругались? – улыбнулся Ион.
– Когда увидели, как мы к ним все идём, то ушли. Больше не приходят. Есть и другие места, где можно делать, что им хочется. Выбирай, не хочу! Знаете, это, как с розами, – Старушка улыбнулась. – На дачах-то у всех разные розы. Все ведь думают, что люди выбирают цвет, а ведь часто наоборот. Розы выбирают, где цвести. Есть такие упёртые дачники, что растят только один сорт. А хоть тресни, не растут и все! Роза – это ведь не знамя, а цветок для радости. Ну не растут эти, посади другие. Вот и подростки, если они не сорняки, найдут место, где цвести будут. Он знаете похожи на черенки роз, сами выбирают хозяев и место, где им расти.
Ион покачал головой.
– В этом-то и проблема подростков. Родители им объясняют, а они не понимают. Сколько их влипают во всякое.
Старушка ухмыльнулась.
– Вот они и должны отличать сорняки от газонной травы.
Саша, который рассматривал посеянную траву, заметил:
– Сорняки… Иногда даже и не знаешь, что по весне вырастет. Некоторые-то травы – сорняки в саду, а на лугу – цветы.
– Это точно! – Старушка кивнула ему. – Нельзя из детей газон делать.
Саша качнул головой.
– Тем не менее все любят газон и школьных классах тоже. Только ваш садовник странный газон растит. Посмотрите, семена-то разные!
– Так он сажает пастбищный газон! Чтобы такой прижился нужны разные травы, а не один райграс, – Старушка от неожиданности ахнула, потому что все её собеседники вскочили и уставились на неё. – Что это вы, молодые люди?
Ион дрожащим голосом пролепетал:
– Это что такое райграс?
– Трава! Это – название травы! В газон добавляют не только райграс, но и мятлик, и овсяницу, особенно в городской. Здесь же на газоне полдня тень, нельзя один райграс сажать.
Ион поцеловал растерянную Старушку в щеку.
– Спасибо! Мы ведь совершенно забыли про райграс! – он развернулся. – Я к своим, а вы к Лёве. Арсения приведите в божий вид, а то он на алакаша похож.
Старушка подмигнула покрасневшему Арсению.
– Нет, ты больше поход на дворнягу, а не на алкаша.
– Спасибо, утешили! – окончательно расстроился Арсений.
У Лёвы салон, как всегда, благоухал синтетическими ароматами. Они прошли в его кабинет и сразу направились к холодильнику. Лёва, заглянув к ним, покачал головой и тут же позвонил:
– Севочка, привет! Мне срочно, четыре свиные отбивные с отварным рисом. Ваши горячие бутерброды с ветчиной и сыром. Пять салатиков, ну знаешь те, с уточкой и авокадо. Булочки пять штук, творожок со сгущенкой. Целый тортик медовый и профитроли с мороженным шесть штук.
Он положил трубку. Кон с изумлением пробормотал:
– Ты же держишь форму!
– Отвали, я не ел со вчерашнего дня, да и Диночку надо порадовать. Она вчера с вашим телефоном возилась, теперь злая, как баба Яга.
В кабинет скользнула красавица-блондинка осмотрела Арсения.
– Где вы такого барбоса откопали?
Арсений надулся.
– Точно баба Яга! Я, между прочим, на даче жил, а они ночью…
Дина кивнула и повернулась к Лёве.
– Что из него делать будем?
– Возраст убрать, тоску тоже. Значит так! Нужен нагловато-уверенный тип в загородном стиле. Дина, засунь его в наш отдельный кабинет. Обмерь его и закажи всё у Раечки. Он журналист, осененный великой целью. Детка, на него охота, а из него боец, как песка торт.
Арсений ахнул.
– Издеваетесь да? Вы хотя бы знаете, что мы нашли?
– Не издеваюсь и знаю, – отрезал Лёва. – Дина, сейчас для нас завтрак принесут, для тебя профитроли. Чай и кофе ставь, будем думать и есть. Значит так, что вы узнали, мне рассказывать не надо. Что думаете делать?
Арсений вцепился себе в космы.
– Меня не покидает мысль, что тот, кого мы ищем, вылечился у Вукович и убил её. Она что-то рассказала ему про розы. Может он узнал, как выбирают розы?
Вася вдруг встал и уставился на всех.
– А если не убивал? Почему мы не подумали, что последняя из рода Вукович убила себя сама?! Сама! Так же, как и её предок. Я уверен, что она не знала действительного положения дел об Рае и Аде. А он, когда лежал у нее на кресте и слушал её рассказы, что-то себе придумал. Она использовала много стимуляторов, и мы не знаем каких. Возможно, это она включила у него блокированные гены. Вот он свои идеи и объединил с цветом роз.
Звонок из воздуха заставил всех нахмурится. Знакомый голос Хранительницы, раздавшийся в воздухе, был взволнован.
– Привет, Лева! Узнала очень важное!
– Привет, Марта! Рассказывай!
– Все плохо! Я нашла проклятье. Род Вуковича не найдет покоя и не будет прощен, пока адский воин не покажет миру красоту и власть смерти для грешников, и не начнёт победное шествие. Поняли? Кто-то решил устроить массовую отправку грешников с Земле в Ад. Отправка предполагает какие-то обряды, потому что, обратите внимание, использовали не привычные термины, демоны Ада и не демоны тьмы, характерные для того времени, а Адский воин. Если кто-то себя сочтет таковым, то вот вам и готовый маньяк.
– Марта Карловна, мы знаем, кто это. Даже имя знаем. Пробовали сканировать его сознание – бесполезно, да и город большой. Вот и ищем его по старинке, – проговорил Кон. – Скажите, а в проклятье нет описания адского воина?
– Все просто, – Хранительница вздохнула. – Это – кровосмеситель, испытавший унижения, потери, смерть, сам унижавший, убивавший, осознавший привязанность, любовь и красоту мира. Ненавидящий себя и готовый умереть за мир.
– Это – Павел! – хором проговорили мужчины. – Он как-то скрывает себя, а нам редко разрешают пользоваться нашими возможностями.
– Глупости, вам никто ничего не запрещает! Просто учитывайте обстоятельства, – Хранительница усмехнулась
– Он из творцов[1] и умеет скрывать себя, значит, – Кон покачал головой. – Так вот что! Не он осознал свою силу, его научили. Арсений, ты прав! Его научила последняя из рода Вукович. Он скорее всего трансформер. Хочет изменить реальность, а у него не получается. Ой, как всё плохо, мерзавец, ненавидящий всех и желающий всё сделать прекрасным под свою гребенку. Только причём тут розы, если он убийца?
– Удачи вам, воины! Не завидую я вам, – Хранительница вздохнула. – Вижу, что вы узнаете еще не мало печального, но пусть знания вас сделают сильнее. А розы… Он не хочет, но для него годятся только пунцовые.
Дина, представшая перед ними с ноутбуком, скептически усмехнулась.
– Ну, чайники, кто секёт в современных СМС? – Саша фыркнул и стал рассматривать свои ногти, Кон с Васей грозно сдвинули брови, рассчитывая, что она, как-то испарится. Диана презрительно выпятила нижнюю губу. – Ну а ты Лохматый, тоже чайник?
Арсений смерил её с ног до головы и также состроил надменное лицо
– Слабо с телефоном справиться? Бог мой! Одна ведьма всё растрепала про проклятье и розы, вторая… – он презрительно фыркнул. – Мышцы накачала, и забыла про гармонию. А туда же, чайниками всех называет, пароварка накачанная.
Саша перестал интересоваться состоянием ногтей, а Кон, и Вася уселись поудобнее. После всех пережитых ужасов намечалось что-то веселое и возможно даже весеннее. Их железная Дина вместо того, чтобы вкатить Арсению оплеуху, гневно засопела.
– Ах, ты Буратино!
– Да! Мы скромные Буратины и готовы помочь, в расшифровке того, что некоторые с трудом выудили из личной переписки.
– Ты что, не понимаешь, что там почти всё стерли, но… Кое-что я прочла...
Как только Дина перестала смотреть на него, как на второгодника, Арсений перестал нападать на неё.
– Давай!
– Вот смотри! Написано: «Вали!», он ответил: «Всё ок», ему пишут: «Имхо. ХЗ». Он: «ВТФ, он норм чел», ему ответили: ТД
– Ему посоветовали свалить, он ответил, что у него всё хорошо. Тот написал, что, по его мнению, это – xpeн знает что. Он ответил: "Какого черта, он нормальный человек?" Ему ответили: "Твоё дело".
– Дина, а почему всё уничтожено, а последнее сохранилось?
– Сеня, ты не поверишь! Из-за того, что у того, кто отсылал СМС, глюканул телефон и сообщение пришло с повтором.
Саша взял под руку Дину.
– Давай сходим, промнемся по подъезду, в месте, где они жили, как … – он повернулся. – Арсений, что ты придумал?
– Только посмейте меня не взять! – тот стал поход на ребенка, у которого из рук выдернули конфету. – Пожалуйста! Я последнее время, как спал. Дина, уговори его взять меня! Подождите возражать! Да, я ничего не умею по сравнению с тобой, Саша, и не умею драться, как Вы, Дина. Однако я умею смотреть, но я полагаюсь только на глаза, а не на суперспособности. Я со школы развивал в себе умение видеть!
Саша мягко проговорил:
– Тогда нам всем надо переодеться.
Арсений затряс головой
– Нет не надо! Я такое придумал! – сказал и ощетинился, став похожим, как ни смешно, на встрепанного щенка, загнанного в угол. Саша немедленно остановил Дину, пытавшуюся что-то сказать. Арсений, не заметив этого продолжил. – Слушайте! Мы будем искать попугая!
Дина нервно хихикнула.
– Почему попугая?
– А потому что я Ваш, простите, с сегодняшнего дня твой муж, и мы разводимся. У нас опёка над попугаем, которому уже пятьдесят лет. Саша, Вы новый бойфренд, мой жены. Попугай удрал, и мы его ищем.
– Арсений, мы же на ты, – Саша засиял, приключение должно было быть таким весёлым, что облегчило бы пережитое в этом следствии.
– Дина, тебе будет легко смотреть на меня с сожалением и презрением. Я же никто, подрабатываю кое-как. Дина, не забывайте! Вы такая восхитительная и великолепная. Вы женщина мечты, а я не смог забоится о вас, такой нежной и хрупкой.
Арсений горько всхлипнул, а Дина чуть прикусила губу. Уж кто-кто, а женщины знают, когда мужчины искренни. Этот мальчик, которого она была старше на пятьдесят лет, но не знал этого, смотрел на неё с такой тоской, что не досталась ему такая жар-птица! Дина поежилась, испытывая волнение. Этот лохматый парень смог заставил ожить давным-давно замороженное ледяное сердце.
Со школы Дина была кособокой дохлячкой. Её одноклассники так и звали её в лицо – Кособокой. Она влюбилась в восьмом классе в Виталика, лучшего спортсмена школы. Тосковала. По ночам плакала перед зеркалом, а мать ей всё время говорила:
– Забудь про него! Не пара ты ему. Надо окончить восемь классов и идти учиться на штукатура. Мы же с отцом работаем строителями, вот и тебя возьмём в бригаду. Ты, Динка, должна посматривать на своих. Вон Юрка, он пока разнорабочий, но рукастый.
Динка терпеть не могла прыщавого Юрки, да и руки он распускал. На двадцать третье февраля, она сделала, как все девчонки подарок, для Виталика. Сама сплела ему ремень и принесла маленькую розу, купила на последние деньги. Тот, получив подарок, наступил на розу, а ей бросил через плечо:
– Не смей ко мне подходить, Кособокая! Не позорь меня. Подарок я твой выброшу, чтобы никто не узнал, что такая моль бледная ко мне липла.
– Спасибо! – Дина всхлипнула. – Ну, и не надо! Ничего у тебя больше не будет от меня. Хотя списывать ты не стеснялся.
– Иди-иди! Сама навязывалась, Кособокая. Мне даже списывать было противно.
Она прибежала домой, захлебываясь от рыданий, а там Юрка сидит за столом с родителями, празднуют. Отец закричал:
– Поздравляй, дочь!
Дина бросила:
– Поздравляю! Всё! Отучилась.
Взяла сетку, положила туда сменное белье, в портфель сунула метрики, натянула пальто и оправилась к выходу. Мать сердито крикнула:
– Ты куда? Кому нужна такая, как ты? Не позорь нас!
Её вытащил из-под машины Лёва. Нет, она не бросалась под машину, а поскользнулась. Лёва осмотрел её и сердито проворчал:
– Отправлю тебя к своему коллеге, в Подмосковье. Если ты через десять лет не станешь красавицей, то я тебя сам под машину суну. Мне нужен массажист, а для этого тебе буду нужны мышцы. Меня Лёвой зовут.
Дина дерзко прошептала:
– А тебе, Лёва, не стыдно стоять с такой уродиной кособокой?
– А тебе не стыдно себя не любить? Могу выполнить твое сокровенное желание, – она растерялась, а Лёва, усмехнулся, полагая, что знает, что она попросит.
– Заморозь моё сердце! – Дина сжала кулаки. – Не спорь! Я видела, как ты перелетел улицу, чтобы спасти меня. Видела и крылья. Значит, ты ангел. Я не прошу ничего, кроме этого. Я сама напомню моим обидчикам, какими должны быть комсомольцы.
– Ты комсомолка и веришь в ангелов? – в голосе Лёвы звучал смех.
– Нет, и никогда ей не стану! Должны были принять в этом году. В прошлом голу не приняли, потому что я не активная, а сами меня никуда не берут с собой, только макулатуру собирать.
– Хочешь им отомстить? – опечалился Лёва.
– Нет, хочу стать сильной!
– Значит, заморозить? – Лёва улыбнулся.
– Да! Пусть только истинно моя вторая половина разморозит его.
Дина полностью изменила свою жизнь в клинике их отдела, потом были долгие и мучительные тренировки, обучение самбо. Скупые письма домой, и только открытки на праздники от матери, с напоминанием, что она опозорила их. Потом похороны родителей они погибли из-за нарушения техники безопасности на стройке.
Спустя десять лет на вечере встречи выпускников, её одноклассники, погрузневшие и мало чему научившиеся в жизни, увидели, как в актовый зал вошла яркая незнакомка с гривой светлых волос. Красавица тигриной походкой прошла к сцене. Дина вручила букет их старому учителю рисования, единственному не третирующему её окриками: «Дина выпрямись» во время уроков, и заняла место в первом ряду.
Одноклассники шушукались в недоумении, никто не мог её вспомнить. Располневший Виталик владелец нескольких ларьков, толкнул её в бок.
– Слышь, а ты точно к нам? Не перепутала?
Алые, дивной красоты губы изогнулись в улыбке, и она поднялась.
– Десять лет прошло! Неужели никто не хочет рассказать, кем мы стали?
Началась демонстрация нарядов и перешептывания. Каждое высказывание сопровождалось аплодисментами.
– Слышь, ты что, игнорируешь меня? Тогда сама вон выйди и представься! – дёрнул её Виталик.
Дина вышла к сцене, но не поднялась на неё. Осмотрела всех.
– Прошло десять лет, а никто их вас не стал лучше, добрее и сильнее. Все вспоминают якобы веселые годы, никто не вспоминает подлые поступки. Ничего не изменилось! Хочу поблагодарить всех, кто смог меня подтолкнуть изменить свою жизнь. Жаль, что вы так и не стали никем. Дамы, кроме вас, вы встали счастливыми матерями.
Виталик, пыхтя от негодования, взвыл:
– Да ты кто?
– Я та, кто стала тем, кем хотела. А ты – кем был всегда. Никем.
Она в полном молчании заскользила к выходу. Учитель рисования, старый Вася-циркуль, задыхаясь от понимания, воскликнул, когда она уже выскользнула за дверь:
– Это же Дина Архипова! Эх! Жаль она ушла, у меня же до сих пор есть её портрет, который я ей нарисовал на день рождения.
Одноклассники ещё долго переговаривались ругались и сердились. Виталик выпячивал губы, но неожиданно вспомнил, как обидел девчонку. На другой день в комнату в коммуналке, где жил Вася-циркуль, постучал весёлый парень с роскошной белокурой челкой.
– Здравствуйте!
Старый учитель нахмурился, он был одинок и всеми забыт, и поэтому растеряно спросил:
– Вы не ошиблись?
– Я хочу у Вас купить портрет ученицы Дины Архиповой. Можно посмотреть на него?
Учитель покачал головой.
– Он вряд ли Вам понравится, – раскрутил небольшой лист ватмана, на котором углём бы сделан рисунок девчонки. Странно сделан. В зависимости от того, как на него смотреть, это была то растерянная девчонка, то надменная красавица-амазонка.
Парень кивнул, забрал ватман и, положив на стол сто тысяч, выскользнул из комнаты. Старый учитель смотрел на деньги и шептал:
– Боже! Первая проданная мной картина! Я теперь и лекарство куплю, и на могилу к родителям съезжу в деревню.
Спустя час к нему опять постучали, и в комнату ввалился Виталик, он комкал в руках пятьсот рублей:
– Здравствуйте, Василий Глебович!
Учитель, понимающе, кивнул ему.
– Ты опоздал, Виталик! – посмотрел на пятьсот рублей в его руках и усмехнулся. – Его уже купили.
Виталик когда-то видел это портрет и посмеялся, считая учителя фантазером, а теперь разозлился на него.
– Я заплачу больше. Сколько? Тысячу, две?
– Тебе не по карману. Его купили очень дорого.
– Кто, я перекуплю.
– Пришёл такой красавец, культурист, наверное, и купил за сто тысяч.
Виталик вышел оглушенный, с осознанием того, что однажды упустил жар-птицу. Увы! Видимо он уже в школе был торговцем сосисками, а тем не дано владеть жар-птицами.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав:
[1] Творцы – обобщённое название генотипов Порядка. Способны менять реальность и изменять будущее. Их несколько типов. Самый высокий уровень – проектировщики, затем ниже по возможностям – созидатели, затем трансформеры, затем инициаторы. Созидатели один из типов творцов, которым интересно менять реальность. Их часто не волнует конечный результат, главное, чтобы процесс изменения был совершенным.