Романтичный и пряничный, готический и загадочный, авангардный и странный — сколько лиц у «Щелкунчика»! В прошлой статье Шемякин Дизайн приоткрыл завесу его рождения. А теперь держитесь крепче: мы отправляемся в захватывающее путешествие по лабиринтам времени, где «Щелкунчик» меняет маски, стили и эпохи, оставаясь символом праздника и волшебства.
Авангард, щиты и колёсики
Революционное время – революционные идеи! 1919 году балетмейстер Александр Горский решил поставить «Щелкунчика» на сцене Большого театра. Его версия стала ярким экспериментом — дерзким, как дух времени, но столь же недолговечным.
В 1923 году Петербург представил новую версию балета, на этот раз от Федора Лопухова. От традиционного «Щелкунчика» там не осталось и следа. Его постановка была сущим авангардом: на сцене царили восемь разноцветных щитов на колёсиках. Спектакль шёл всего девять раз, но точно запомнился зрителям.
Обратно в классику
В 1934 году классика вернулась на сцену Мариинского театра. Балетмейстер Василий Вайнонен удачно переработал версию Петипа и Иванова. Он сохранил основу, но добавил актуальности и яркости. Премьеру украсили звёзды того времени: Галина Уланова и Константин Сергеев. На родной сцене «Щелкунчик» Вайнонена идёт до сих пор — уже более 80 лет.
В 1966 году балетмейстер Юрий Григорович привнёс свою магию в «Щелкунчика» Большого театра. Он переработал сценарий Петипа, и обычный дивертисмент второго акта превратился в сказочное путешествие Маши и Щелкунчика по ёлке со свадьбой в финале. В балете Григоровича танцевала главная пара тех лет — Владимир Васильев и Екатерина Максимова. Эта версия «Щелкунчика» до сих пор с нами в Большом театре.
Щелкунчик без сахара
В 2001 году на второй сцене Мариинского театра появился «Щелкунчик», не похожий ни на один из своих предшественников. Художник Михаил Шемякин взялся переработать либретто Мариуса Петипа. Мастер вдохнул в него дух Гофмана и наполнил спектакль фантасмагорией, гротеском и совсем не детскими темами.
Балет показывает историю Маши, одинокой девочки в чуждом и враждебном мире. В интерпретации Шемякина она — нелюбимая дочь, отвергнутая родителями и сверстниками. Реальность для Маши становится слишком тяжёлой, и в финале она становится сахарной фигуркой на праздничном торте, чтобы навсегда укрыться в мире иллюзий — там, где нет ни боли, ни разочарований.
Валерий Гергиев, художественный руководитель Мариинского театра, в одном из своих интервью поделился: «Я считаю, что балет давно нуждался в том, чтобы с него сняли покров нарочитой “детскости” и атмосферы утренника. Музыка Чайковского глубже и философичнее, чем кажется на первый взгляд. Мы открыли забытые купюры, восстановили авторские темпы, и музыка зазвучала по-новому — ломая стереотипы и обнажая новые смыслы».
Балет о каждом из нас
В постановке Шемякина Гофмановская сказка превращается в живой мир, населённый пугающими и прекрасными образами. Почерк мастера угадывается во всём: в загадочных декорациях, в экспрессивном движении танцовщиков и атмосфере ирреальности. Художник не просто рисовал декорации и эскизы костюмов — он хотел предвосхитить, выстроить до мелочей каждую деталь постановки.
«Шемякин — режиссёр, литератор, художник, и он держит под контролем абсолютно всё. Он появляется в балетных классах в своих чёрных сапогах и кепке, требует переделок и, если нужно, сам показывает артистам, как нужно двигаться. Он знает, чего хочет, и не отступает. Его «Щелкунчик» — это он сам. Единственный и единственно возможный», — так говорит о работе художника Махар Вазиев, заведующий балетной труппой Мариинского театра.
Хореограф - постановщик Кирилл Симонов видит вселенную Шемякина как бесконечную фантасмагорию — одновременно жуткую и прекрасную в своей правдивости. «Этот балет — о нас всех: сложных, противоречивых, трогательных и пугающих. Он труден, удивителен и бесконечно интересен».
Чайковский спасёт всё
«Щелкунчик» радует зрителей по всему миру. Впервые за рубежом в 1934 году Николай Сергеев, эмигрант с русской душой и лондонским адресом, поставил «Щелкунчика» на британской сцене.
В 1967 году Рудольф Нуреев представил свою постановку в Королевской шведской опере в Стокгольме, а затем в лондонском Ковент-Гардене. Спустя несколько лет балет увидели зрители миланского театра Ла Скала. Позже, став директором балетной труппы Парижской оперы, Нуреев показал «Щелкунчика» и там.
В 1954 году ученик Мариинского театра Джордж Баланчин показал свою версию балета в Нью-Йорке. Он сохранил сценарий Петипа, добавив несколько своих штрихов. Спектакль идёт с неизменным успехом уже более 50 лет, а в его экранизации 1993 года главную роль исполнил Маколей Калкин — звезда фильма «Один дома».
В 1976 году Михаил Барышников поставил свою интерпретацию «Щелкунчика» в Американском театре балета и сам станцевал главную партию. Премьера прошла на ура, но после ухода Барышникова в 1989 году спектакль тихо ушёл со сцены, словно признавая: нет Барышникова — нет и праздника.
Сегодня только в США насчитывается около 150 версий «Щелкунчика». Одни хореографы воскрешают оригинал, изучая архивы, другие — отчаянно экспериментируют и удивляют публику неожиданными трактовками. Николай Цискаридзе, исполнивший партию принца в самых разных постановках, однажды отметил: «Я видел тысячи версий этого балета — иногда такие чудовищные, что словами не передать. Но музыка Чайковского спасает всё!».
Магия «Щелкунчика» не стареет, а меняет маски, отражая каждый дух времени. В Шемякин Дизайн мы с интересом следим, как балет снова и снова удивляет, вдохновляет, приоткрывает новые смыслы. Времена летят, а «Щелкунчик» остается живым символом праздника, чудес и волшебных мгновений. Пусть будет так всегда!
Автор статьи: Анна Гаврилова, исследователь прекрасного.
Используемый источник: culture.ru, magazine.grey-chic.com, aif.ru.