ч.2 начало
- Па, я устал… - ныл в трубку Богдан. Николай с супругой были на кухне, она вроде что-то готовила, но вертелась около Николая, стараясь ухватить суть их разговора по телефону.
Ирина замахала мужу венчиком перед лицом, губами, беззвучно говоря: какого чёрта? Николай не понимал, чего она хочет. Зато Ирина сразу догадалась, что дальше скажет Богдан.
- Я три месяца не брал выходного, - гнусавил в трубку сын, - я хочу выспаться.
Коля, видя безмолвные танцы жены перед ним, положил ладонь на телефон и убрал от уха.
- А как он хотел? Своё дело – это ещё труднее, чем работать в организации.
- А как ты хотел? Свой бизнес – это куда сложнее работы на дядю, - перефразировал слова жены Николай, вернувшись к разговору с сыном.
- Я просто хочу поехать с пацанами в выходные на шашлыки. И… выспаться. Присмотри за шиномонтажкой, ты же говорил, поможешь, если что. И Вован работает в эти дни.
- Конечно, Богдан, - веселее ответил Коля, ему нетрудно заскочить пару раз на точку сына.
Ира скрещивала руки, жмурилась, качала головой, в конце концов, ударила легонько ладонью по столу. Николай, опять положив ладонь на трубку, прислушался к жене.
- Ты что?! – махала она руками. – Нет! Мы же к маме собирались. Нет! Нет! И нет! Пусть выкручивается. Пусть думает, он же бизнесмен.
- Э-эм, знаешь, Богдан, у меня не получится. Ты не расстраивайся, у тебя человек будет работать, отоспись до обеда, а на шашлыки лучше летом или весной ездить, сейчас куда? Самый сезон по твоей работе.
- Па, я просто заколебался! Я его сожгу на хрен, - чуть смелее, но всё же вяло, гнусавил Богдан. Он сидел в холодном маленьком помещении, около тепловой пушки, в рабочем комбинезоне, объёмной куртке и все равно не мог согреть свое бренное тело. В руке, испачканной машинным маслом или чем-то таким, держал горячую кружку с кофе.
- Богдан, не горячись, просто отдохни, и всё. Бросать шиномонтаж сейчас вообще нельзя, ты за октябрь-ноябрь поднимешь самую выручку. Не забывай у меня налоги, у тебя аренда, Вове твоему надо платить.
Ира опять гримасничала перед мужем.
- Ты и сам справляешься неплохо, зачем посторонний там?
Жена одобрительно кивнула мужу.
- У тебя ещё квартира, помнишь? 28-го платить надо.
- Помню, - болтнул Богдан и отключился, машина подъехала.
Богдан — предприниматель. Отец предложил ему вместо работы заняться своим делом. Послушав все расчёты отца, Ирина тоже поддакивая, объяснила: такой опыт он нигде не приобретёт. Помогли они с жильём Богдану, сняли рядом с мастерской однокомнатную квартиру с ремонтом. Всё предусмотрели, живи, работай, радуйся.
Первый месяц Богдану было интересно, он вникал в работу, но мастерская больше простаивала – несезон. Мудрая Ирина подсказала мужу и пасынку, оказывать дополнительные услуги, брать на хранение колёса. И вроде как небольшое движение началось.
- Не переживай, сынок! Основная работа будет в межсезонье, ну и зима. Сможешь действительно подзаработать.
Богдан верил, хотел верить, не может же отец его обманывать. То, что все договора оформили на Николая, это ничего. Богдану не было 18-ти, когда решили подарить ему этот бизнес. В налогах и бухгалтерии он ничего не смыслил. Повзрослеет, наберётся опыта, подучится и потом всё переоформят на него, а пока выручку забирал отец: налоги, аренду, за оборудование внести платежи. Богдану оставалось нормально. Больше чем на любой работе по его специальности. За квартиру он сам платил, хотя приползал туда уже поздно и только спал в ней. Оставшееся тратить ему было некуда и некогда. Ирина предложила откладывать на машину, а чтобы не было соблазна тратить на глупости, предложила отдавать ей или отцу сумму, которую Богдан считает нужной. Но и здесь всё за него посчитали, продумали и растолковали.
Парню едва хватало за квартиру заплатить и менять жильё, почему-то не разрешали - тут удобно. Вот таким был бизнесменом Богдан – никаким.
***
- Понаберёт дружков, – натирала Ира посуду после мытья, – первых попавшихся пьянчуг, лишь бы самому не работать, а мог бы всё сам. Всё себе.
- Ира, но это невозможно! – зевнув от сытного обеда в тёплой квартире, сказал Коля и подошёл к окну. Снег повалил. И он представил, как очередь из машин выстроилась у Богдана на шиномонтаж. – Отдыхать тоже надо. Богдан не может сидеть там 24/7.
- А ты давай! Давай! Прогибайся под него. Скоро сам там будешь кланяться на колёса, а он… он… - придумывала Ира. – Девок в квартиру водить и с дружками пить.
- Куда ему ещё пить? Ты видела, какой он хлипкий? А девчат тоже надо… - он не осмелился дальше сказать, так и сверлила его взглядом.
- Мы всё дали ему для старта! Другим такое только снится. Вон, мыкаются пачками с дипломами, даже с красными! Работу ищут, на гроши соглашаются. А куда деваться после института? А Богдан сам себе хозяин, не он на кого-то работает, а на него. Хотя из него начальник никакой. Проезжала я раз мимо, Вова или другой мужик, сидит, кофе попивает, курит, а Богдан гайки закручивает. Э-э-эх, нет в нём этого… ну, вот главного… - щёлкала она пальцами.
- Мужского характера?
У Иры брови поднялись от недалёкости мужа.
- Жилки! Жилки предпринимательской. Думал бы, как расшириться, что ещё придумать, а то всё за него решают.
- Ир, а мы не слишком закручиваем болты? – задумался вдруг Коля. У Ирины чуть тарелка не выпала из рук.
- Да он как сыр в масле катается!
***
Пролетел год. И опять первый снег мешался с грязью на городских дорогах, опять прижимались и догоняли друг друга автомобилисты на светофорах, создавая заторы, те, что не успели "переобуться". Николай, осторожно двигаясь на своём новеньком седане, потирал руки, у него чесалась левая ладонь. Он потирал её об руль.
- Об карман надо! – учила его Ира.
- Что?
Девочки на заденем сидении оживились. Что надо тереть о карман?
- Левую руку, надо чесать о карман – к деньгам!
- Да, хорошо.
- Богдан не звонил?
- Нет.
- А ты волновался. Привык, втянулся, и работа пошла.
- Первое время всегда трудно.
Их приятный разговор о старшем сыне прервал звонок Ирине на телефон.
- Да. Ага… Что? Как не платит? И в квартире нет?
Она кивала и оборачивалась на мужа, прикладывая палец к губам.
- Что там? – глядел на неё Коля, стараясь и за дорогой следить.
- Богдан 2 месяца не платит за квартиру. Его там нет, - скороговоркой сообщила Ира.
- Загулял у подружки или у друзей. Главное, работает.
- Его вторую неделю нет на работе.
- Да где же он может быть? – выходил из себя Коля и уже разворачивался к сыну на точку.
Но Богдана там не было – закрыто, без объяснительной бумажки на двери. А машины подъезжают, водители ругаются, что закрыто. Хоть самому берись и делай, - думал Николай. Но Ира подгоняла его.
- Поехали, поехали! Девочек оставим маме и найдём этого…
- Вот я ему задам! В такой день! Везде очереди! Тут надо круглосуточно находиться, а он… бессовестный.
И они отправились на поиски Богдана, кому-то же надо работать, не может же помещение простаивать, у Николая аренда в конце месяца, кредит за оборудование и машину. Налоги. Хотя квартал только начался.
Позвонил Николай даже бывшей жене, но и она не знает, где сын.
- Сто лет его не видела, - недовольно ответила она.
***
- Ну что делать? – ближе к пяти вечера, сидя на кухне, размышляли супруги. – Надо ехать, открывать и работать. А то всех клиентов растеряем.
- Поезжай, Коля. Вот она чёрная неблагодарность! Ты ему всё, на блюдечке, чуть ли не разжевал и в ротик положил, живи, учись, зарабатывай. Но нет, надо вот так… по-свински! – не унималась Ира. Обида подкатывала комом к горлу. Теперь Коля будет неизвестно до скольки торчать в холодном, грязном помещении, работать на улице в такую погоду.
Ира заботливо собрала ему покушать с собой, термос чая налила, шерстяных носков положила с собой про запас, на улице так метёт. Уехал Николай, уже серело за окном, только снег белыми хлопьями лепил в стекло.
Подъезжая к мастерской и открывая помещение, Николай много чего услышал от недовольных водителей и соседей по помещению.
- Который день закрыто!
- Чё разорались? - вышел из другого помещения мужик, тощий, с острым кадыком, не по погоде легко одетый. – Богдан работал вчера после обеда.
- Эта шиномонтажка никогда не работает!
- Точно! Третий раз приезжаю.
Машины уезжали, мужик с кружкой кофе из соседнего помещения ушёл. Николай неумело, непривычно открыл своим ключом помещение, вверенное сыну, и, увидел Богдана. Он спал, скрючившись под грязными тряпками, на диване рваном, прямо в обуви, сам не чище бетона под ногами. Внутри холод, хоть зубами стучи, а он спит.
Отец подошёл и толкнул сына рукой, а так хотелось пнуть хорошенько. Руки и ноги Богдана вдруг выпали из-под его тела и повисли плетями с дивана.
- Богдан! Богдан! – перепугался Николай, стал расталкивать сына, сев перед ним на корточки. Парень мычал, тело отдельно от него, разум где-то далеко.
Мужик с шапкой блинчиком на макушке, тот же с острым кадыком из соседнего помещения, стоял в дверях и звенел ложкой о кружку.
- Не трогайте вы его, он как собака устал. Пусть проспится.
- Так дома! Почему здесь?
- А ты не понимаешь? – косился тощий на Николая, дуя себе в кружку. – Глаза открой ему.
Николай поднял лицо сына и отшатнулся. Это не 19-летний парень, это 30-летний мужик, наркоман или пьяница. Забулдыга самый настоящий.
- Ты кто ему?
- Отец, - стыдливо ответил Николай.
- Папаша! Получите отпрыска. Он давненько тут закрывается с ребятами, ходят тут одни. Забил на всё, а я его понимаю, - указал кружкой на Богдана мужик и послал заодно ещё одного назойливого посетителя. Надо вовремя резину менять, а не бежать сломя голову, чуть снежок падать начнёт. – Пашет и пашет! Без выходных! Замену, говорит, нельзя. Он тут прописался. Я ему говорю, иди домой, а он мне: что мне там делать, зачем? Тут переночевать могу. Я никому не нужен, у меня никого нет. Ну, так я и думал, он сирота. Но объявился папочка, - насмешливо сказал он. – Его уборщица наша подкармливала то пирожками, то блинами, он так кидался на домашнюю еду, смотреть было жалко. Уборщица рассказывала.
- Ему в больницу надо.
- В наркологию.
Николай зыркнул на мужика.
- Ему отдохнуть надо и обращение человеческое. Слабовольный. Сколько раз ему говорил – бросай! Ты молодой найди себе нормальную работу. А он своё: мне доверили, это моё. Что тут скажешь?
Уходя, мужик ещё хмыкнул, взглянув на сияющий глянцем автомобиль папаши, так хотелось спросить, за сколько купил? Но решил, это уже будет лишним.
Николай увёз сына домой, за что и получил от Ирины крепко.
- Ты больной! Привозить его в таком состоянии сюда? У нас девочки растут, что они видят?
- А куда? – недоумевал он.
- Матери надо было отправить как есть. Он же привезла его нам с одним чемоданом, вот теперь пусть забирает. Боже, мы столько для него сделали, а он… он… он просто бессовестный.
- Ира, прекрати. Пусть проспится, потом я с ним поговорю по-мужски.
- Раньше надо было! Проснётся, пусть на работу едет сразу долги отрабатывать.
- Какие долги Ира? Ты не видишь, что с ним? – прикрикнул на неё муж, но быстро затих.
- Вижу, а куда ты смотрел всё это время?
Она ушла к дочкам в комнату, предупредить, что б поменьше выходили и не видели Богдана.
***
- Богдан! – повысил голос отец, едва только вошёл на кухню утром. – Посмотри, на кого ты похож? – и сам отшатнулся, увидев сына в полный рост. Высокий, но высушенный, щеки впали, скулы торчат, кожа сухая, бледно-жёлтая. – На кого же ты похож?..
- Не на тебя точно, - усмехнулся Богдан, вливая в себя воду прямо из чайника. – Я, папа, работать на тебя больше не буду! Ты вон как хорошо устроился, ремонт сделал, а я…
- Ты сам довёл себя до такого состояния. Опустился.
- Я? Ну… может быть, - голова парня поникла, он стоял спиной к отцу, и позвоночник проступил через грязный свитер бугорками. – Да, не надо было, - посмотрел на свои руки Богдан, а руки тряслись. – Я уезжаю, отец.
- Куда?
- Вообще, всё равно.
- Но ты не выживешь, ты такой безвольный, такой слабый. Сам себя довёл…
- Я довёл?! – показал жёлтые зубы Богдан в кривой улыбочке. – Да, надо было питаться лучше, а не платить за квартиру. Ты знал, что квартиру мне сдавала племянница Ирины? Твой жены.
У Николая челюсть отвисла.
- Я тоже не знал. Ну, да бог с ними. Деньги мне мои отдайте, что я накопил, и я уеду.
Николай заметно нервничал.
- У меня больше двух лет не было выходных, в желудке, наверное, дыра размером с кулак. Вы даже не разрешали мне сменщика брать на подмогу. Блин, я просто устал…
- Поэтому стал употреблять и превратился в это?
- Тебе не всё равно? во что я превратился. Шиномонтаж на тебя оформлен, договор аренды тоже – вот и работай теперь сам, нанимай людей. До меня только под кайфом доходить стало, что это не моё, а ваше с Ирой. На вас я работаю! На тебя, на сестру её. Хорошо устроились.
- Выйди и доработай месяц, будь мужиком! Мы пока замену найдём тебе.
- Деньги мои отдай! Туда я не вернусь, иначе сдохну.
- Мы рядом, ты не пропадёшь.
- Хм, - горько усмехнулся Богдан, - вы хоть помните, что я у вас есть? Ты? Мама? Одна Ира помнит, что я есть. Позаботилась, чтобы я отработал каждый кусочек хлеба, съеденный у вас.
- Не говори так! Она…
- Ладно, она молодец. Правда, опыт колоссальный и понял многое. Долго верил, что я сам себе хозяин.
- Богдан… понимаешь…
В другой комнате закашлял кто-то, женщина.
- Па, просто отдай деньги, я всё начну сначала. Сам.
- Ты не сможешь, ты не такой.
- Я попробую, - сел на стул Богдан и закрыл лицо руками, будто плохо ему. - Можно поесть? Я есть хочу.
- Давай ты поправишься немного.
- Ты не понял ещё? Я не болен…
- Поэтому… - кусал сухие губы отец, не зная как сказать. Копили на машину, её и купили, но не Богдану. Ему-то пока не надо, у него и прав нет. Как получит удостоверение, так сразу и возьмут.
- Короче, па, я завтра приду, отдай мне деньги. Мои деньги. Я два года вкалывал на вас бесплатно.
Богдан встал, чтобы идти.
- Куда ты пойдёшь?
В другой комнате что-то упало на пол. Николая обернулся на звук.
- Неважно. Завтра приду за деньгами. Их с расчётного счёта снять надо, я уже кое-что начал понимать, - беззлобно посмотрел Богдан на отца и ушёл. Оставив его в полном смятении.
Продолжение____________