Некоторые продавцы магазинов и маркетплейсов усилили контроль над покупателями, приделав на видные места одежды специальные этикетки и пломбы, без которых вернуть товар не представляется возможным. Насколько это популярный тренд и как можно защитить вещи от возвратов?
Менеджеры московских ПВЗ Wildberries рассказали каналу «Shot Проверка», что каждая шестая посетительница в декабре приходит с возвратом праздничного платья. Схема стара как мир — купил дорогую вещь, надел один раз на мероприятие, а через несколько дней сдал в магазин со словами: «Померил дома еще раз — не понравилось, как сидит».
Ряд СМИ обратил внимание, что некоторые бренды начали бороться с этим, приделывая на вещи так называемые антипраздничные бирки. Они отличаются от классических: больше по размеру, выполнены из плотного картона и закреплены на пластиковые пломбы на внешней стороне вещи. Не снять ее, чтобы выйти в свет, не получится — она заметная. А раз снял, значит, вернуть товар нельзя.
Я тоже столкнулась с этой практикой, когда покупала в декабре рубашку недешевого российского бренда Chernim Cherno. В Москве он представлен в одном маленьком бутике. На черной рубашке закреплена пломба красного цвета в районе живота. Сотрудники предупредили, что без нее не примут обратно.
Участники рынка отмечают, что возвраты есть, но нельзя сказать, что они массовые и связаны с новогодними праздниками. Продолжает директор по маркетингу Fashion House Group Константин Анисимов:
— Я не замечал тенденции к тому, чтобы это было постоянно. Вообще, это что-то новенькое, но наверняка будет в будущем расширяться, если такая будет нужда. У нас нет такого тренда именно в аутлетах. Но если взять магазины, торгующие новыми коллекциями, то, я думаю, такое есть.
— Ну а если на один раз — на корпоратив надеть платье, а потом его сдать?
— Нельзя его сдать, потому что оно ношеное. Если на платье есть следы ношения любые, грамотный продавец знает, что это такое, то сдать она его сможет только после проведения экспертизы.
— А зачем тогда пломбы вешают?
— Чтобы перестраховаться. Я думаю, что таким образом производители одежды могут снять дополнительную загрузку персонала, который работает в магазинах.
Понять, что в платье ходили несколько часов, действительно можно и без экспертизы. Но если одежда не испорчена, то закон на стороне потребителя. Это часть рисков, которые должны быть заложены в цене, отмечают эксперты. Но и бренды, которые прибегают к таким методам защиты, можно понять. После носки, пусть даже меньше суток, качество вещи уменьшается.
Основатель Института развития индустрии моды Beinopen, ведущий эксперт Института развития креативных индустрий ВШЭ Алексей Баженов сомневается, что такой способ защиты вещей можно назвать прогрессивным. Это давно распространено в Европе как одна из тысячи бизнес-стратегий отдельных брендов. Прогрессом же является совместное владение одеждой, так называемый co-wearing, продолжает Алексей Баженов:
Алексей Баженов основатель Института развития индустрии моды Beinopen, ведущий эксперт института развития креативных индустрий ВШЭ «Происходит движение в сторону большей экологичности. Европа к этому стремится. Co-wearing — одна из стратегических задач, которые ставят перед собой в том числе международные компании. Чем больше людей владеют одеждой, тем меньше перепроизводство, тем дольше срок службы этой вещи. Если вы посмотрите, кто моднее — Московская неделя моды или ресейлеры, то ресейлеры в 100 раз моднее. Вторичная одежда выведена из негативной истории, что это для бедных. А вот то, что бренды подсматривают друг у друга, как защититься от возврата, — это какие-то бизнес-стратегии. Я не думаю, что она может быть такой тотально общепринятой, потому что все-таки тотальным и общепринятым является закон о том, что можно вернуть в течение двух недель».
По мнению экспертов, больше возвратов фиксируется не у бутиков, а у маркетплейсов. К тому же эта история более проблемна в промышленном масштабе: когда вещь по несколько раз мерят разные люди, а потом сдают, это портит ее серьезнее. А то, что кто-то хитрит, — это не только не ново, но и не запрещено законом.