И теперь, в начале XXI века, добраться до Едимонова и многих других деревень, расположенных на левом берегу Волги, не очень просто. Могучая река, как прежде, так и сейчас, ревниво укрывает свои заповедные земли от праздных любопытствующих. Тем не менее в конце XIX века Едимоново пользовалось немалой известностью среди людей, представляющих образованный класс и творческую интеллигенцию.
Как известно, в 1861 году в России было отменено крепостное право. В связи с этим должна была существенно измениться система хозяйствования на земле, в частности экономические принципы производства и реализации продукции сельского хозяйства. Главным образом изменения должны были коснуться жизни крестьян, которые веками занимались земледелием и скотоводством.
Представители наиболее образованной и гуманистически настроенной части русской интеллигенции поняли, что в такой ситуации чрезвычайно важно было научить крестьян зарабатывать деньги. То есть привнести в практику традиционного крестьянского хозяйствования элементы предпринимательства.
Одним из таких прогрессивно настроенных русских интеллигентов был Николай Васильевич Верещагин, брат знаменитого русского художника Василия Верещагина.
Николай Верещагин получил прекрасное образование, в европейских школах и университетах изучал экономику, основы предпринимательства и практику коммерческой деятельности. Он одним из первых понял, какие громадные возможности заключают в себе бескрайние просторы российских зеленых лугов и пастбищ, если оценивать их с точки зрения производства продуктов питания самого высокого европейского качества.
Николай Верещагин не раз посещал Тверскую губернию, оценивал природные условия для земледелия и, самое главное, для разведения скота. Ему было известно, что в Европе производство продукции молочных хозяйств, в частности сыров, поставлено на широкую ногу. Сыры, производимые во Франции, Швейцарии, Австрии и других странах, широко разрекламированы и пользуются огромным спросом во всем мире.
Как человек прекрасно образованный и имеющий талант предпринимателя, Николай Верещагин понял, что молочные продукты, произведенные в северных российских губерниях, легко могут составить конкуренцию продуктам питания, экспортируемым из европейских стран. Наибольший интерес для него представляло создание предприятий по производству сыров.
В середине XIX века у Верещагина уже был опыт организации таких предприятий в Вологодской губернии и в других краях. Дело двигалось успешно, но со временем выяснилось, что для работы на производствах нужны люди, специально обученные, владеющие соответствующими технологиями. Верещагин решил открыть первую в России школу сыроварения.
Земли, расположенные по левому берегу Волги, давно привлекали внимание предпринимателя. Близость реки, бескрайние заливные луга, множество чистейших речек и ручьев, по берегам которых в изобилии росли высокие сочные травы, — все говорило о том, что здесь имеются наилучшие условия для разведения коров и получения от них молока наивысшего качества. Верещагин стал искать землевладельцев, помещиков, которые могли бы дать ему возможность открыть школу сыроварения на своей земле и привлечь к работе и обучению жителей окрестных деревень.
Примерно с середины XIX века и до Октябрьской революции 1917 года земли, на которых стояло село Едимоново, находились в собственности семьи барона Корфа — русского дворянина немецкого происхождения. В центре села, на высоком берегу Волги, располагалось барское имение, принадлежащее семейству барона. Предприниматель предложил барону организовать на его землях школу для подготовки первых русских сыроваров. Предложение было принято. Так во второй половине XIX века в селе Едимонове начала работать первая в России Школа сыроварения.
Наиболее способные ученики под руководством основателя школы быстро освоили основные технологические приемы изготовления сыров. Появилась возможность параллельно с учебным процессом наладить производство разнообразной молочной продукции, которая довольно быстро стала пользоваться большим успехом. На базе Школы сыроварения в Едимонове производили сыры известных европейских марок: швейцарский, «бакштейн», «бри», «камамбер», «невшатель», а также зеленый сыр, сгущенное молоко и сливочное масло.
Для Школы сыроварения в центре села, рядом с церковью, было построено специальное каменное двухэтажное здание. Коренные жители Едимонова между собой всегда называли его просто «сырная».
В Школу сыроварения охотно принимали на обучение девочек из крестьянских семей. Они учились, подрастали, заводили свои семьи, свои хозяйства. Да и не только девочки, многие жители Едимонова работали на производстве сыров, организованном Николаем Верещагиным. Таким образом, говоря современным языком, технология производства сыров стала достоянием местных жителей. И в течение многих лет в едимоновских семьях сохранялась практика варения собственных домашних сыров. Разумеется, до тех пор, пока были живы старушки, которые в свое время, девочками, прошли обучение в «сырной».
Как ни странно, безжалостное время и бурные события, происходившие в России в XX веке, пощадили «сырную».
После революции 1917 года в этом помещении работала сельская школа. Позже некрасивое, но прочное и основательное здание отдали под магазин (в деревне магазин назывался «ларек»). В ларьке в течение многих лет торговали продуктами, хлебом, мукой, подсолнечным маслом (в розлив), керосином (в розлив), а так же водкой и вином. Получается, что «сырная» честно служила жителям Едимонова более сотни лет.
По некоторым сведениям, еще в 90-х годах XX века «сырная» стояла на своем месте. Ее окружали дорогие каменные дома — дачи состоятельных москвичей и жителей Твери, поэтому разыскать старенькое невзрачное здание было трудно. И тогда уже в живых не было никого, кто помнил, что в нем располагалось. Но одна из моих многочисленных двоюродных бабушек, Анна Ивановна Мордаева, которая родилась и всю жизнь прожила в Едимонове, в ранней молодости училась в этой необычной школе. С ее слов я и знаю, что «сырная» — это и есть то самое здание, в котором учились будущие сыровары.
Кстати, в семье моих предков, Мордаевых, традиция домашнего сыроварения сохранялась до тех пор, пока были живы наши бабушки, т. е. до конца 60-х годов XX века.
Нам, детям, родившимся в 1950-х, посчастливилось быть этому свидетелями и даже частенько пробовать этот необыкновенный, всегда свежайший домашний сыр, аналогов которому мне, например, никогда и нигде больше встречать не приходилось. По окончании процесса приготовления сыр был твердый, белого цвета и имел форму шара (неслучайно в старину говорили «головка сыра»).
Когда шар разрезали пополам, было видно, что в его центре концентрируется множество дырочек — мелких и крупных. По вкусу сыр был соленым и чуть-чуть сладким, но ничего общего не имел с соленой болгарской брынзой или широко распространенным адыгейским сыром.
Из книги «Ильин день. Семейные хроники на фоне деревни, города, войны и мира», Л.А. Старостина