Виктор Рубцов, специально для: Григорий И. Дзен
Кто всё-таки сказал первым? Владимир Ильич Ленин многократно повторял (смею вас заверить, читал) слова «учиться, учиться и учиться», позаимствовав полюбившееся выражение в «Рассказе провинциала» Антона Павловича Чехова. Однако Виссарион Григорьевич Белинский ещё 7 августа 1837 года в Пятигорске писал родственнику, школьному товарищу и другу Д.П. Иванову: «Итак, учиться, учиться, и еще таки учиться! К черту политику, да здравствует наука!»
В спор великих вмешался ещё один интеллектуал, политик и генерал Александр Иванович Лебедь, выдвинувший лозунг: "Работать, работать и ещё раз работать". Правда, его тут же обвинили, что он одолжил цитату из немецких концлагерей: «Arbeit macht frei» - «Труд делает свободным». Лебедь за словом в карман не полез и, говорят, тут же оправдался, напомнив умникам, что он немецкий знает так же, как и английский или китайский, то есть - ни слова.
«Легче одурачить людей, чем убедить их в том, что они одурачены», - писал шутник Марк Твен. Составители новой российской конституции были очень начитанными людьми и хорошо знали не только американского писателя Марка Твена, но и всё американское законодательство. Думаю, они не решились влезать в спор великих, выяснявших, что важнее - учиться или трудиться. Видимо, поэтому статья 12 «Сталинской конституции» о том, что труд является обязанностью и делом чести каждого, в нашей сегодняшней конституции не прозвучала, а суть изложена коротко: «Труд свободен».
Ежегодно в России получают высшее образование около 4,5 млн человек, далеко не все из которых вливаются в свободный труд. Одна из самых престижных «Альма-матер» — Московский Государственный Университет им. М.В. Ломоносова, второй по численности после частного университета «Синергия». «Альма-матер» - это по-латыни, знают все, «мать-кормилица».
А кто у нас лучше всех владеют латынью? Конечно, медики. Они и шутники почти все как на подбор. Это они в студенческие годы сознательно путали слова в красивом выражении «Per aspera ad astra» (Через тернии к звёздам), меняя «per aspera» на «per rectum» (спасибо, мой друг, доктор Валерий Карпович Перелыгин, ты меня образовал по латыни). Переводить не буду, потому что и так многие наслышаны. А кто не знает - запишитесь на приём к врачу. Врачи любят шутить, но к своему делу относятся очень серьёзно.
Я же хочу спросить у студентов и выпускников МГУ. Кто был ректором Московского университета с 1826 по 1833 год? И благодаря кому (в числе других учёных) российская наука обрела собственный язык? когда долго изъяснявшееся на классической латыни российское естествознание обогатилось русскими терминами. Таких вопросов нет, наверное, в ЕГЭ, поэтому подскажу ответ: это Иван Алексеевич Двигубский. Уроженец маленького уездного города Короча Белгородской губернии. Я ведь уже говорил в рассказе о другом уроженце города, что знаменитых земляков здесь немало.
Иван Двигубский родился 24 февраля 1771 года в семье священника. Отец поощрял тягу сына к знаниям. Первым делом мальчик стал учить латинский язык, потому что тогда невозможно было стать учёным без знания латыни. Но и в других науках проявлялись способности мальчика. Только получить полноценное образование в Короче было нельзя. И губернский Белгород по населению был тогда ещё меньше, чем уездная Короча. Ивана отправляют учиться в Харьковский коллегиум, один из главных центров просвещения на юге империи. Разумеется, Российской империи, и город Харьков тогда был российским городом, как это ни прискорбно для копателей Чёрного моря.
Большинство лекций в коллегиуме читалось на латинском языке. «Обучать правилам российского языка по российской грамматике господина Михайла Ломоносова» тоже предписывалось по инструкции Белгородского епископа Самуила Миславского. Но всё же основа всего курса - это латынь. После окончания коллегиума Иван Двигубский решается продолжить образование в Москве. Задолго до Чеховских «Трёх сестёр» тяга выбраться в Москву преобладала у имевших виды провинциалов. Хоть столица была в Петербурге, но Москва осталась православным центром страны. И именно там был Императорский Московский университет, что сейчас один из старейших и крупнейших в России.
Бронзовый бюст И.А. Двигубского в сквере у краеведческого музея в Кашире. Фото Ольги Тихоновой (ВКонтакте)
Студент Иван Двигубский, прекрасно зная латынь и иностранные языки, взялся за переводы новинок научной литературы. В частности, перевёл работы австрийца Йозефа Пленка. Всем известно, что австрийцы говорят на немецком языке. Но книги австрийского медика Пленка Двигубский переводил с латыни. Все медики писали только на латыни. И не только они в науке. Один перевод Двигубского назывался «Повивальное искусство». После защиты докторской диссертации в зарубежной поездке для усовершенствования он был избран членом повивального (акушерского) научного общества Гёттингена и получил лестные отзывы от главы гёттингенских медиков (медик - слово латинское).
Но на медицинский факультет Московского университета Двигубский поступал не для медицины, а ради изучения естествознания. Работы по защите диссертаций писал по-латыни, таковы были требования. Заслугой Двигубского было то, что он активно добивался преподавания в университете на русском. Все свои научные труды и учебные пособия он писал на русском языке и призывал русских учёных к тому же. И потом, уже будучи авторитетным учёным, он приложит немало усилий, чтобы «латинские» правила изменить. Понадобилось преподавание студентам физики - и он написал первый учебник физики на русском языке.
Первый русский учебник по физике, написанный для пансиона Императорского Московского университета И.А. Двигубским
Два главных интереса учёного - фауна и флора. И сколько нужно было преодолевать закостенелых препятствий, чтобы растения и животные обрели в литературе русские названия. Это сейчас срочно понадобившиеся переводы, чтобы избавиться от русского, не вызывают трудностей у наших соседей с берегов Днепра. Появилась целая россыпь новых слов. Например, вертульнык - вертолет, летовисько - аэродром, милициянт - милиционер, штрыкавка - шприц, мацяльця - щупальца, дрибноживець - микроб, псыця - самка собаки.
Учебники и преподавание на русском - это было новаторством, из-за чего Двигубский имел немало неприятностей от руководства. При Двигубском процветали цензоры, запрещавшие любое подозрительное слово. Например, надо было указать «царство растений» или «царство животных», а цензор исправлял первое слово на «королевство», чтобы не бросать тень на российский престол.
Много нужного для науки и просвещения сделал на посту ректора Московского университета Иван Алексеевич Двигубский. Его вклад не умаляется в науке, в естествознании. Его историю восхождения от сына корочанского священника до ректора всемирно известного университета «через тернии к звёздам» не забывают и у него на родине в городе Короча.
Ну а мы, время от времени становящиеся пациентами наших мудрых медицинских работников, наверняка и с подачи Двигубского должны быть благодарными за рецепты и медкарты, написанные хоть и не слишком понятным почерком, но всё-таки не сплошь по-латыни.
Портрет И. А. Двигубского в галерее ректоров Московского университета на Моховой
Он тоже из Корочи: https://dzen.ru/a/Z1cdo-iTKVbo9y6B