— Вот представь ситуацию, вырастет твой Давид. Не дай бог, конечно, но вдруг у него в семье случится что-то гадкое… Станешь ты об этом судачить с кем-то, смаковать подробности, как ты выразился?
— Не стану, — чеканю строго.
— Ну вот и я ничего подобного не делал. Чем хочешь поклянусь, ни слова Туманяну про ваши проблемы не говорил, только хорошее рассказывал, гордился тобой!
— Ну допустим, — я все равно не слишком ему верю. — Но тогда откуда он узнал детали про наш с Марией разъезд? Он встретился с ней, распалялся про то, что изменщиков прощать нельзя. Рассказывал ей про сестру, которой изменил муж, оставил племянницу без отца. Проводил параллели между нашими семьями. Откуда бы ему это знать? Из воздуха?
Отец так сильно хмурится, что его морщинистый лоб превращается в гармошку. Неожиданно выдает:
— Сын, у Туманяна нет никакой сестры, и племянницы тоже нет…
— Как это нет? — всплескиваю руками. — Мария видела его с пятилетней девочкой, эта девочка вместе с Лианой занималась английским. Он сказал, что это его племянница, поэтому должна быть сестра.
Отец складывает руки на груди, спрашивает с сердитым видом:
— Хочешь, я тебе расскажу, зачем вообще позвал Туманяна на свой день рождения? Потому что он жаловался, что все вечера сидит работает, даже в гости — и то сходить не к кому. Он один как перст, его слова. Ни одного родственника у него. Мне его жалко стало, понимаешь?
— Что-то тут совсем не то… — качаю головой.
— Не то, — соглашается он. — К дяде Арнаку надо идти. Он у нас большая шишка в органах, пусть проведет расследование, выяснит, что за гнида копает под нашу семью. Может, он вообще на бизнес зарится? А?
— Я уже позвонил дяде Арнаку, — киваю. — Он сегодня возвращается с рыбалки. Завтра утром встречаюсь с ним на работе.
Отец всплескивает руками:
— Ишь ты, занятой какой, по рыбалкам он ездит, когда у нас тут такое… Нет сын, сейчас поедем. Прямо к нему домой!
* * *
Айк
Я до такой степени уработался, что режет глаза, будто туда насыпали песок или даже стекловату. После вчерашней встречи с дядей мы с отцом целый день только и делали, что под микроскопом рассматривали всю отчетность по делам фирмы. Искали любую аномалию, несостыковку, хоть что-то, указывающее на то, что в компании завелся крот.
Результаты пока что нулевые.
Он уже ушел домой, а я все сижу, не могу успокоиться, просматриваю данные, проверяю варианты. Очень уж задела вчерашняя догадка отца про то, что Туманян нацелился на фирму. Ведь мутный тип, и источники дохода у него тоже мутные.
Домой не спешу, нечего мне там делать. Мария в больнице, а дети у тещи. Я мог бы забрать их на ночь, но нянька из меня сегодня никакая… Мысли работают совсем в другом направлении.
Внезапно оживает динамик внутренней связи на рабочем телефоне.
— Айк Барсегович, к вам Арнак Артурович, — вещает мой новый секретарь.
— Пускайте, — прошу.
Очень скоро в кабинет входит дядя. Честно говоря, я очень удивлен его визиту. Он не из тех, кто ездит к кому-то сам, обычно все ездят к нему. Должность, так сказать, располагает.
Подскакиваю с места, спешу навстречу родственнику.
Дядя Арнак до сих пор в форме, на погонах блестят звезды, видно приехал сюда прямиком с работы. Сам понурый, морщины у глаз еще больше обострились.
— Здравствуй, дядя, ты что-то узнал? Поэтому сам пришел? Не обязательно было, я мог приехать…
— Был неподалеку, — гудит он.
— Может, кофе? — предлагаю. — Сейчас попрошу секретаря.
— С кофеином на сегодня перебор, — машет рукой дядя Арнак.
Усаживается в кресло возле моего стола. Я устраиваюсь напротив, вопросительно на него смотрю.
— Куда ж ты вляпался, племянник… — тянет он совсем невесело.
От его слов у меня мороз по коже.
— Не томи, рассказывай, с чем пришел.
Дядя Арнак откидывается на спинку стула, заводит неспешный рассказ:
— После нашей встречи я дал задание своим людям разузнать, что к чему. Сегодня утром мой человек наведался в детский центр, куда Мария водила дочку заниматься английским. Была цель раздобыть данные по девочке, которую приводит Туманян… Так вот, того детского центра больше нет.
— Как нет? — моя левая бровь ползет вверх.
— Вот так, — пожимает плечами дядя Арнак. — Он был ликвидирован ровно в тот же день, когда твоя жена попала в больницу. Скажу больше, этот центр был открыт совсем недавно, сразу после того, как твоя жена съехала к матери. Все сходится по датам. Мне удалось выяснить, что главным инвестором центра был небезызвестный Туманян. Разумеется, он действовал через подставных лиц, но мои умельцы выяснили, что именно он финансировал открытие. И, разумеется, никакой его племянницы в числе учеников там не значилось.
— На кой черт ему понадобилось водить в центр какую-то левую девочку, да к тому же открывать предприятие всего на месяц с небольшим? Бред! — развожу руками.
— Да, он капитально потратился, — кивает дядя Арнак. — Но он может себе это позволить, учитывая его капиталы. На самом деле беспроигрышный вариант: открыть бесплатные курсы для детей возраста Лианы, раскидать в ее подъезде рекламу этого центра. Думаю, был расчет на то, что твоя жена клюнет, поведет дочь туда. Вот и повод периодически видеться с Марией. А подставная племянница и рассказ про несчастную сестру — средства, чтобы втереться в доверие.
— Зачем? — все равно не понимаю. — Я видел, что он на нее запал, но чтобы решиться на такое ради коротких, ничего не значащих встреч…
— У тебя очень красивая жена, Айк, — подмечает дядя и хмурится еще сильнее.
Это бесспорно, Мария у меня — эталон. Для меня, так уж точно. Ради нее я бы кучу центров открыл. Но чтобы другой вот так заморочился, лишь бы иметь повод видеться с девушкой…
— Что ты хочешь этим сказать? — угрюмо смотрю на дядю.
— Давай, я тебе кое-что покажу, и ты сразу все поймешь. — С этими словами он тянется к черному кожаному дипломату, достает планшет.
Дядя листает файлы, находит нужный и показывает мне фото.
Вижу и буквально столбенею.
С экрана планшета на меня смотрит девушка возрастом примерно, как Мария. А еще у нее глаза, как у моей Маши, нос, сочные губы, цвет волос. Это не она, чуть другое выражение лица, волосы подстрижены под каре, родинка над верхней губой. Но очень сильно похожа.
— Это почившая жена Геворга Туманяна, — поясняет дядя Арнак. — Вижу, тебя пробрало?
— Пробрало, — киваю. — Что с ней стало?
— Умерла пять лет назад, рак.
— Ясно… — киваю.
— Ни хрена тебе еще не ясно, — качает головой дядя. — На другое фото глянь.
С этими словами он показывает мне еще одно изображение.
Снова вижу девушку, очень похожую на Марию. Цвет волос чуть другой, скулы шире, но в целом весьма похожа.
— Это Анна Клементьева, — продолжает дядя Арнак. — Мать двоих детей, бывшая жена Антона Клементьева. Пропала без вести три года назад. Отвела детей в садик и не вернулась за ними, никто ее больше не видел.
Слышу это и бледнею.
— Она как-то связана с Туманяном? — спрашиваю резким тоном.
— О да, — кивает дядя. — Я связался с человеком, который занимался ее поисками. Он рассказал чудную историю ее жизни. Муж изменил, она ушла, развелась, скромно жила с двумя детьми, работала продавцом. Само собой, следствие первым делом стало подозревать мужа. Вот только он оказался ни при чем. После ее исчезновения он клялся следователю, что жену любил, а ту прошмандовку, что нашли в его постели, ему подложили пьяному. Просил прощения у жены, но она не простила, ушла от него. А после он видел, как за ней ухлестывал Туманян. Ничего не напоминает?
В этот момент я сразу вспоминаю свою командировку в Анапу. В каком я был состоянии, когда у нас с Верой случилось.
— Очень походит на мою историю… — цежу сквозь зубы. — Но, если в деле всплыл Туманян, отчего подозрения не пали на него?
— О, его проверили, но никаких улик не нашли. Он также сокрушался, что Анна пропала, обвинял во всем мужа.— Обалдеть история, — тяну на выдохе. — Волосы дыбом.
— А то, — дядя Арнак щурит глаза. — Я дотошно расспросил следователя о том деле. Так вот, коллеги Анны утверждают, что она ухаживания Туманяна не поощряла. Даже после развода не захотела с ним встречаться. Подозреваю, что такой расклад его не устроил, и вот результат — женщина пропала. Так что не думаю, что этот тип нацелен на вашу фирму, Айк. Его интересует исключительно Мария.
Я уже и сам это понял. Неужели он видит в ней свою умершую жену? Как в той девушке, Анне…
— Это всего лишь догадка, — тянет дядя задумчиво. — Но я не удивлюсь, если именно Туманян нанял твою секретаршу, чтобы тебя соблазнить, опорочить перед женой, дать ей повод тебя бросить. Потом появился он, попытался ухаживать, получил от ворот поворот. Тебе надо рассказывать, какой пункт в его плане следующий?
— И от ребенка он поэтому пытался ее избавить! — стучу кулаком по столу. — Потому что ему нужна моя жена, и только, без моего плода внутри. Он забрать ее хочет! Его надо искать…
— Уже, — кивает дядя. — Он объявлен в розыск. По всем возможным адресам, где он мог находиться, отправлены мои люди. Ищут.
— Отец говорил, он ездил в Армению, может быть, до сих пор там? — спешу предположить.
— Туманян не покидал страну, — качает головой дядя. — Береги жену, Айк. Пока мы его не найдем, будь крайне осторожен.
— Я нанял Марии телохранителей, — тут же поясняю. — Она сейчас в больнице, под их надзором.
— Пусть там и остается, — говорит дядя со значением.
Когда он уходит, мне только и остается, что скрежетать зубами от злости.
Похоже, Туманян давно приметил мою Марию…
Кружил вокруг нее, как коршун! Может, и вправду спонсировал Веру, чтобы она легла ко мне в постель… Отличный способ развести меня с женой. Каков подонок!
Ладно, с Верой я разберусь позже, сейчас для меня главное — Мария.
***
Мария
Я просыпаюсь, уже по привычке проверяю телефон. Мессенджер меня не разочаровывает, там значатся целых три сообщения от Айка, отправленные ночью.
«Надеюсь, ты сейчас сладко спишь».
«Очень тебя люблю, моя хорошая».
«Ты у меня самая прекрасная!»
Улыбаюсь, приятно.
Отвечаю ему, несмотря на ранний час: «Спасибо тебе за нежность, доброе утро».
И вот вроде бы все хорошо, а не покидает чувство, что нет, совсем не хорошо.
К тому же Айк вчера вечером был какой-то странный, когда меня навещал. Задумчивый, угрюмый, а каким цепким взглядом осмотрел мою палату… Будто тут скрывается пара скорпионов, с десяток смертельно опасных пауков, ну или как минимум дюжина злоумышленников. И все, видимо, прячутся за шторой, ибо в моей крошечной палате больше нет укромных мест.
Я спросила вчера у Айка, чем вызвана его угрюмость, но вытянуть информацию не удалось. Закрылся от меня, как это с ним часто бывает. Отделался фразой: «Все нормально, тебе не о чем волноваться», и на этом все. Подозреваю, что у него что-то стряслось на работе, ведь приехал в таком состоянии прямиком из офиса. Искренне надеюсь, что ничего серьезного.
Иду умываться, а когда возвращаюсь в палату, звонит мой телефон.
Вижу на экране имя врача, у которого наблюдаюсь в этом центре.
— Здравствуйте, Арина Львовна, — сразу отвечаю.
— Мария, вы не могли бы прийти на осмотр прямо сейчас?
Я бросаю взгляд на наручные часы: семь тридцать. А вчера врач назначила мне осмотр на одиннадцать утра. С чего бы ей менять время?
— Мне сегодня нужно будет уйти пораньше, поэтому прошу вас… — поясняет она.
— Конечно, — сразу соглашаюсь.
Мне-то какая разница.
У меня с врачом моментально сложились отличные отношения. Это грамотный и отзывчивый гинеколог, благодаря которой родилось множество детей, и мой ребенок родится. Меньшее, что я могу, — это пойти ей навстречу.
Скидываю больничный халат, надеваю трикотажное синее платье, сую ноги в черные сланцы. Быстренько заплетаю волосы в хвост на затылке и выхожу из палаты.
На входе меня встречают телохранители.
— Доброе утро, я на осмотр, — сообщаю им.
— Я с вами, Мария Ивановна, — кивает тот, что выше ростом, Дмитрий, кажется.
Мы идем на этаж ниже.
Телохранитель сканирует взглядом коридор, пока мы добираемся до нужного кабинета. Норовит зайти со мной!
— Ну нет, — останавливаю его. — Подождите меня здесь, пожалуйста.
Еще он со мной к гинекологу не ходил. Может, и раздеваться я должна при нем?
Дмитрий кивает, занимает пост у двери.
Захожу в просторный кабинет с белыми стенами. Я уже была тут раньше, поэтому сразу замечаю, что произошла перестановка. Белая ширма, что отделяла пространство с гинекологическим креслом от остальной части кабинета, чуть сдвинута и… Стала выше, что ли? Натурально выше человеческого роста. Или я что-то не так запомнила с прошлого раза, что скорее всего.
Но главное — не обстановка кабинета. С удивлением вижу, что на месте моего врача, Арины Львовны, почему-то сидит коротко стриженная брюнетка в белом халате, а медсестры нет вообще.
— Проходите, Мария Ивановна, — незнакомка радужно мне улыбается.
— Прошу прощения, а где Арина Львовна? — сразу настораживаюсь.
— Она вынуждена была уйти. Понимаете, у нее заболел ребенок, что-то серьезное.
— Вы новый врач? Но Арина Львовна звонила мне, я так поняла, что дождется… — говорю это и подмечаю, как она встает из-за стола, идет ко мне.
— Присаживайтесь, — тянет незнакомка со странной улыбкой.
В этот момент я отчетливо слышу какое-то мычание из-за ширмы.
— Что там? — указываю в направлении звука.
— Не обращайте внимания, — говорит врач.
Она подходит совсем близко. Я замечаю, как ее рука ныряет в карман. Оп — и она достает какой-то шприц. Зачем он ей? Мне никаких уколов не назначали…
Что-то тут совсем не то.
Меня изнутри ошпаривает адреналином.
Хочу позвать телохранителя, но мой маневр моментально угадывают. Я и пикнуть не успеваю, как псевдоврач подносит шприц к моему плечу, тихо шипит:
— Только пикни, и я всажу тебе это в руку. Скинешь своего щенка через пятнадцать минут…
Я бледнею, не знаю, что делать. Лоб моментально покрывается потом от дикого, почти неконтролируемого страха.
В этот момент ширма отодвигается и оттуда показывается… Туманян!
И я сразу все понимаю.
Попалась! Что они задумали?
Бездумно пячусь назад, но подельница Туманяна впивается в мою руку стальной хваткой.
Злобно шепчет мне на ухо:
— Если заорешь и твой телохранитель сюда ворвется, считай, твоему ребенку каюк. Лекарство очень быстро действует. Но если будешь вести себя тихо, не пострадаешь.
Чувствую, как иголка больно царапает кожу и замираю, почти не дыша. Я согласна на что угодно, лишь бы мне ничего не вкалывали.
С гулко бьющимся сердцем наблюдаю за тем, как Туманян приближается.
Выражение лица у него зверское, даже боюсь, что сейчас ударит наотмашь. Но он не делает мне больно, лишь крепко хватает за плечо, забирает шприц у подельницы. Плотно зажимает мне рот рукой, одновременно угрожает острой иголкой.
Командует помощнице:
— Действуй.
Незнакомка быстро подходит к столу, ставит на него какой-то здоровый кожаный ящик, открывает.
Даже примерно не представляю, что они задумали.
Женщина тем временем достает парик, какие-то мази, кисточки. На кой черт? Она макияж собралась делать, что ли?
И снова я слышу чье-то мычание за ширмой. Чье? Уж не Арины Львовны? От осознания этого мне становится еще гаже.
Подельница Туманяна тем временем натягивает парик.
Чувствую, как Туманян крепче прижимает меня к себе одной рукой, почти нестерпимо давит на рот и резким движением сдергивает с волос резинку. Потом швыряет ее подельнице. Та ловит, потом натягивает на голову парик и стягивает пряди моей резинкой!
Тут-то до меня и доходит, что они делают.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Рымарь Диана