Глава 4 / Начало
— Маша, Аня, — позвал я девчонок, когда мы уже закончили завтракать и собирались заняться своими делами. У меня на сегодня были планы: сходить к старой осине, куда раньше коров на дойку гоняли. Там был висельник, а теперь должна начать расти мандрагора. Для полного созревания корня требуется около десяти лет, но я хотел бы увидеть это место, так сказать, застолбить.
Корень мандрагоры, который есть у меня, не бесконечен. Я и так отдал его бабе Ма, Лине и оставил себе совсем немного. Поэтому я хотел показать это место девчонкам и объяснить, как правильно выкапывать корень. Сегодня мы отправляемся в лес, наверное.
Но сначала я хотел отдать им фульгурит, который мне подарили боги. Я протянул камень дочерям.
— Какой красивый! — восхитилась Анюта.
— Что это за булыжник? — спросила Машка.
Мне пришлось рассказать им, что это за камень и для чего он нужен. Я объяснил, что боги решили взять их под свою защиту.
— Только я не знаю, как вы будете его носить? — закончил я свой рассказ.
— Здесь есть дырочки, можно продеть шнурок и носить на шее, — предложила Анюта.
— Но он же колючий! — возмутилась Машка. — И грязный.
— Миш, — вмешалась в наш разговор Агата. — А если они пока положат эти камешки, а когда мы приедем, ты отнесёшь их ювелиру? Он сделает оправу и серебряные цепочки. Получится красивое украшение.
— Когда вы приедете? — спросил я, немного опешив.
— Ты чего? — возмутилась Агата. — Я же тебе говорила: мы с Аней уезжаем ко мне в деревню на недельку. Машка остаётся дома.
— Я не хочу ехать, — вмешалась в разговор Маня. — У меня здесь много дел.
— Деловая моя, ты обряд со следом прочла? — вспомнил я, что призрак рассказал мне о пыли, которую собрала Маня.
— Прочла, — чуть прищурившись, посмотрела она на меня. Так, понятно. Степан получит выговор. Но он же мне про след рассказал, когда Маня о нём и не знала. — Пока проводить не буду. На осень оставлю, — мстительно прошипела дочь.
— Маш, — тихо произнесла Анютка, — а может не надо. Ну, её.
Я молча посмотрел на Агату. Она развела руками и тихо прошептала одними губами: «Поговорю».
Блин, как же, оказывается, тяжело быть отцом двух подрастающих дочерей. Собственно, и с Минькой было не легче, но я хотя бы примерно знал, что делалось в его буйной головушке. А здесь я ведь и понятия не имею. О Боги! Дайте сил!
— Ну, что? Как вы насчёт таких украшений? — сменил я тему.
— Ну, если это будет эстетик. Тогда норм, — выдала Машка. Я только вздохнул.
— Тогда и поход в лес отложим? — поинтересовался я, — или не принципиально, часом раньше, часом позже уедете? — посмотрел я на Агату, и тут же ответ прилетел сам собой. Раздался звонок телефона. Колобок. — Поход в лес отложим, — уверенно произнёс я, нажимая на приём звонка.
— Через полчаса в кафе торгового центра. С мужчиной встретиться надо. Вопрос у него к тебе. По хуторам разъезжать, у него время нет. А потом с Васильчиковым на вокзал. Там непонятка, какая-то нарисовалась. — И как, всегда не убедившись, слушаю я или нет, Колобков отключился. Ну, вот что за манера разговаривать?!
Мужчина в деловом костюме сидел за столиком в кафе, перед ним стоял пластиковый стаканчик с напитком. Он внимательно рассматривал всех проходящих мимо.
—Добрый день, — подошёл я к столику, — вы от Митрий Митрича?
— Допустим, — ответил он, подняв на меня глаза. — Моё время ограничено. Присаживайтесь, — указал он на стул напротив.
— Одну минуту, сейчас возьму мороженое, — улыбнулся я и направился к киоску с лакомством. На самом деле я не очень хотел этого десерта, но мне захотелось потянуть время, так сказать, похулиганить. На лице мужчины отразилось недовольство, но вслух он ничего не сказал.
Как только я сел за столик, мужчина начал говорить: «Ко мне приходит тёща». Я молча уставился на него, не донеся ложечку с мороженым ко рту. И что ему на это ответить? Я рад за вас? Но я промолчал. Надо было дослушать.
— А вчера она стояла в коридоре офиса. Просто стояла и смотрела на меня, — говорил мужчина. — Три месяца назад её похоронили. Я и на похоронах не был. Жена ездила. Да я её и не видел лет двадцать, наверное.
— Я правильно понял, три месяца назад тёща умерла, а сейчас вы видите её? И не только во сне?
— В том-то и дело, — наклонился он через стол ко мне, — я не сошёл с ума. Я часто общаюсь с медиками. Если кто-то так шутит? А смысл? Я не ругался с тёщей. Мне было на неё всё равно. Попросит жена помощи — дам денег. Не попросит — значит, всё хорошо. Я своей охране попробовал сказать. Посмотрели на меня, как на психа. Я не псих!
— Да вполне верю, — успокоил я его. — Что-нибудь говорит?
— Нет, — чуть подумав, ответил он. — Просто стоит и молчит. И во сне. Всегда в одной комнате. Я не трус! — повысил он голос. — Но, знаете ли, не очень приятно. Тем более... — Он умолк, чуть подумал, видимо решая, надо мне рассказывать или нет. — Секретарь моя. Говорит, к смерти это. Зовёт она меня, — наконец выговорил он страшные для себя слова.
— Не стоит так сильно беспокоиться, — произнёс я, стараясь успокоить мужчину. — Это не обязательно. Если она не звала вас, значит, просто хочет предупредить. Вы видели её в офисе? Значит, всё внимание на офис. Она пытается что-то вам сказать.
— Предупредить? — нахмурился он. — О чём? В офисе? Я, конечно, благодарен ей за заботу, но не хотел бы видеть её наяву. А во сне? Пусть приходит во сне.
— Возможно, ваша жена привезла что-то из обуви, что очень любила ваша тёща.
— Тапки! — воскликнул он, подпрыгнув на стуле. — Войлочные тапки! Я помню, жена рассказывала, что тёще кто-то их сделал на ручной катке. Самокатки валяные! Она их привезла! Что с ними нужно сделать? Жечь? Жена мне этого не простит. Может показаться, что я полный подкаблучник, но это не так. Она три года вытаскивала меня с того света. Диеты, судочки… Ой, вспоминать страшно. Всё, что я сейчас имею, нет, не так. Всё, что мы сейчас имеем — это её заслуга. Я не смогу ей подбросить такую свинью. Есть другой способ?
— Ничего жечь не нужно, — успокоил я его. — Найдите дома самую старую обувь, совсем, чтобы стоптанные. Положите в неё птичьи перья, пух и уголь, а сверху поставьте стакан с водкой. Затем эту обувку следует вынести из квартиры и спрятать где-нибудь со словами: "(имя), пейте да уходите отсюда". Желательно бы за околицу, подальше от дома.
— Так я в СНТ, там дом. Там и лес рядом. — Мужчина перестал волноваться. — Я так и сделаю. Вот только разберусь, чего она мне хочет сказать. Я так сейчас подумал. Ведь помочь желает. А я потерплю. Да вроде и не так страшно теперь. А я ведь знаешь, скептически к советам Митьки отнёсся. А оно вон как. Вот, — он протянул мне конверт, — гонорар. А я потом и с Митей рассчитаюсь. — Мужчина встал, хлопнул меня по плечу и поспешил на выход.
Доев мороженое, я позвонил Васильчикову и договорился, где он меня подберёт. Зачем ехать на двух машинах? Вышел на улицу и решил ждать Альфреда у фонтана. Красивый фонтан напротив торгового центра соорудили. Когда я был здесь в последний раз, его ещё только-только собирались делать. А сейчас вон, какое место притяжения получилось.
Заметив свободную лавочку под кустом напротив фонтана, я поспешил туда. Над фонтаном стояла какая-то дымка. Брызги что ли? Уже подходя к лавочке, сильно закружилась голова, зазвенело в ушах, потемнело в глазах. Мне даже показалось, что я сейчас упаду. Но, как накатило, так и откатило. Всё вернулось на свои места. Где-то спазм в голове произошёл. Из прохладного помещения на солнце сразу… ну, главное, что отпустило. Ух, ты! Лебеди в фонтане. А я их сразу и не заметил. Красивая пара чёрных лебедей. Детвора счастливые кормят их хлебом. Действительно, хорошо придумали фонтан. И главное к месту.Продолжение