Наглый рыжий кот развалился на невысоком круглом столике антикварного магазинчика. Его шерсть, местами свалянная, длинным мягким облаком окутывала его тело. Уши и лапы кота подергивались во сне. Ему снился странный парень, с которым он недавно познакомился. У парня были черные волосы, которые ему совершенно не подходили. И немного дикий нрав, тоже скрывавший что-то совсем другое. Рыжему коту снилось, что юноша стал рыжим и светился, точно большое доброе рыжее солнышко. Кот улыбался, подергивал ушами и торопился побыть с этим теплым человеком, перебирая лапами и там, во сне, изящно вспрыгивая мальчику на руки.
В магазинчике был легкий полумрак. Солнце еще не взошло, небо за окнами и витринами было закрыто серой хмарью, а освещение в этом странном месте составляли лишь торшеры и настольные лампы, то тут, то там стоявшие по всему магазину. На многих из них были ценники, написанные четким, каллиграфическим почерком.
Хозяйка магазина, старая миссис Ходжкин, устроилась в своем любимом кресле с высокой спинкой. В руках у нее были спицы, но она мирно дремала, склонив голову так, что очки сползли на самый краешек носа, грозя упасть.
И кот, и его хозяйка проснулись одновременно от звука дверного колокольчика. В магазине появился крепкий темноволосый юноша, который теребил в руках шапку.
– Миссис Ходжкин, можно?
– Это магазин, мой дорогой, сюда можно заходить всем. Ты пришел за сумкой своего друга?
– За сумкой? Э-э-э… нет.
– Вот как… – старая миссис переглянулась с котом и женщина вдруг весело подмигнула рыжему.
– Ну что, котик, ты проиграл! С тебя мыши. Они мешают мне спать, когда скребутся по ночам.
– Мяу! – коротко мяукнул лохматый наглец, принимая позу египетской кошки. – Мяу!
– Ну хорошо, подождем.
Юноша взирал на этих двоих с недоумением, однако молчал и внимательно слушал.
– Мистер Джек О’Нил, я все правильно помню?
Молодой человек кивнул.
– Лучше просто Джек, миссис…
– Тетушка Элла. Раз так, называй меня тетушка Элла. Полагаю, пришло время чая. Присядь пока.
Хозяйка скрылась за конторкой, и вскоре вышла, неся поднос с чашками, чайничком, сахарницей и молочником. Она аккуратно поставила поднос на стол, откуда с недовольным бурчанием спрыгнул кот. Казалось, поднос был изготовлен специально для этого столика – так точно совпали их размеры. Кот устроился на диване, в дальнем углу от посетителя, и уставился на него своими огромными зелеными глазами.
– Итак, чем обязана, молодой человек? – спросила тетушка, когда чай был разлит по чашкам.
– Понимаете, я… Я… Я вчера у вас в подсобке разбирал коробки, и…
– И?
– Я не хотел, честно. Так вышло. Совершенно случайно. Я вообще-то никогда не читаю чужие бумаги, но тут было так крупно, так бросалось в глаза… У вас там объявление было… О том, что требуется человек с определенными способностями. Понимаете, я… Я давно ищу работу. Я хочу делать то, что у меня получается лучше всего, а вместо этого работаю то курьером, то грузчиком, то укладываю товары в магазине. Я еще не закончил учиться, но я знаю, что даже по профессии я не найду нужной мне работы. А в вашем объявлении… Знаете, я искал такую работу очень давно.
– Вот как. И на кого вы учитесь, юный мистер?
– Я… я еще в школе. Но понимаете, я ее закончу в этом году. И я буду экономистом. Ну, потом. Когда выучусь в колледже.
– Вот как. А сейчас, стало быть, вы в самом начале пути.
– Да.
– А почему вы решили стать экономистом, Джек?
– Ну, потому что с цифрами у меня получается лучше всего. Родители говорят, это надо использовать. Если честно, считаю я пока что довольно плохо. Но зато я помню все, что когда-либо решал. Или прочел чье-то решение. Поэтому я часто не считаю, а просто вспоминаю такой же пример. Я даже как-то перед тестами просидел три часа, считая на калькуляторе все возможные примеры и задачи. И в итоге сдал очень быстро на сто баллов. Меня потом наградили, а мне стыдно было…
– Отчего же?
– Ну ведь на самом деле я не решал.
– Решали. Дома, на калькуляторе, вы же сами сказали.
– Ну, так бы я никогда не посчитал сам. Там числа большие.
– А вы сказали учителям, что вы не считали?
– Я сказал.
– Вот даже как. И что в ответ?
– Меня проверили, ну, задали мне считать устно много примеров.
– Дайте угадаю. Вы все их до этого видели.
– Да! Именно так и было!
Миссис Ходжкин поставила на поднос свою чашку и взглянула на рыжего. Тот продолжал гипнотизировать юношу.
– Кто еще знает о вашем даре?
– Да все знают, в школе, друзья, родители… Но никто не верит. Им проще поверить, что я гениально считаю, чем то, что я помню все-все числа. Они у меня в голове как огромные кубики, у которых на гранях цифры, цифры, цифры, я будто захожу в этот куб и они разворачиваются ко мне нужными сторонами, и я вижу число. Но я правда не умею с ними ничего в голове делать. Эти кубики нельзя трогать, иначе все рассыпется. Поэтому я их записываю, потом считаю на телефоне, и запоминаю.
– Интересно. Да, люди не склонны верить в то, что не могут себе представить.
– А вы, вы мне верите?
– Я верю. Почему не поверить.
– Вы это представляете?
– Знаете, вы хорошо описали… Но все равно – нет. Не представляю. Но верю. Вообще, верить в то, что не можешь себе даже представить – очень даже полезно. И это первое, что вам следует осознать, если вы хотите здесь работать.
– О-о-о, я это точно могу осознать.
– Посмотрим. Я пока не очень уверена. Но, полагаю, вы действительно уникальны. Простите, я могу задать вам несколько личных вопросов?
– Да, конечно.
– Мы ведь рассматриваем это как собеседование, вы понимаете? А у меня особенный магазин, здесь все должны полностью доверять друг другу и понимать друг друга. Мне нужно знать, сможем ли мы к этому прийти. Вы, кстати, потом тоже можете задать мне три самых волнующих вас вопроса. Ну так как?
– Задавайте, конечно.
Тетушка Элла развернула свою цветную шаль, и повела полными плечами, вдруг сделавшись будто бы выше и крепче.
– Пэт или Кейт?
– Простите, что?
– Вы слышали вопрос.
– Кейт.
– Почему вы брюнет?
– Какой странный вопрос. Ну, потому что я таким родился.
– Вы должны быть рыжим.
– Наверное, так и есть. Тем более, я из Ирландии, как вы, наверное, заметили. Но вот так вышло, таким уродился.
– Вы бы хотели стать рыжим?
– Покраситься? Нет.
– Стать, я сказала. Я всегда формулирую точно. Это второе, что вы должны запомнить.
– Я есть тот кто я есть. Если природа решит, что мне пора порыжеть – буду рыжим. Если я брюнет – то брюнет.
– Отличный ответ, юноша!
– Вы готовы работать здесь всю жизнь?
– Я не знаю, какой будет жизнь!
– Я не прошу дать клятву. Я спрашиваю о готовности. Помните про второе правило.
– Я не могу сказать. Я готов всю жизнь работать там, где будут нужны именно мои способности. Если это будет здесь – значит, да.
– Что ж, свои вопросы я задала. Можете спрашивать.
Джек снял куртку, в которой он так и сидел с тех пор как пришел. Щеки его покраснели, глаза блестели. Он был напряжен и задумчив.
– Вы вчера видели, как Ник… как мы украли статуэтку?
– Да, видела.
– Значит, вы все знали… и знали, как все будет?
– Нет, я не знала, как именно все будет. Но в целом обычно все приходит к равновесию. Это был уже второй вопрос, будьте аккуратнее.
Юноша судорожно выдохнул, сцепив руки, лежащие на коленях, но паузу делать не стал.
– Почему на некоторых товарах нет ценника?
– Вы удивили меня, мистер Джек О’Нил. Браво. Этот вопрос требует сложного ответа, но пока что я дам вам простой. Потому что некоторые вещи бесценны. Некоторые – стоят больше чем деньги. И некоторые можно оскорбить ценой. Именно поэтому мне нужен на работу человек с абсолютной памятью на числа.
– Я не очень понял, если честно…
– Вы поймете со временем, если останетесь. Ну что, мы договорились? Ах да, про оплату… Скажем так, вам будет хватать на жизнь, если ваш характер не изменится.
– Товар без ценника?
– Вы быстро схватываете. Вы мне определенно нравитесь.
– Когда мне выходить на работу?
– Приходите завтра после своих уроков. А сейчас нам пора прощаться. Полагаю, скоро придут покупатели.
Джек удивленно взглянул на старую хозяйку, но ничего не сказал. А кот, коротко мурлыкнув, вспрыгнул на стол, с которого тетушка только что сняла поднос.
– Мяу!
– Ах, да… Ладно, дорогой, с меня телятина всю неделю. Уговор есть уговор.
Кот вновь уселся в позу египетской кошки, довольно щуря глаза. Он коротко махнул хвостом и мельком взглянул на Джека. За спиной юноши мягко светил торшер, и волосы молодого человека явным образом отливали рыжиной. Кот довольно мурлыкнул и принялся вылизывать переднюю лапу.
– До свидания, тетушка Элла!
– До свидания, Джек. До свидания! – из подсобки донесся звон посуды.
Джек понял, что пора, и вышел из магазина. Прощально звякнул колокольчик. Миссис Ходжкин вышла из подсобки, уселась в свое уютное кресло, надела очки-полукружья и взяла в руки спицы.