- Аленька, мама совсем плоха, - говорил папа, утирая слезы. – Не знаю, сколько протянет, она в больнице находится.
Дочка обняла отца, было больно, страшно.
- Папочка, мы с мужем поможем с сиделкой.
- А ты сама не поухаживаешь?
- Папа, у меня ребенка не с кем оставить, ей 4 года, и я работаю, с малышом в больнице находиться нельзя, ты же с малышкой посидеть не хочешь, даже вечерами.
Отец поджал губы:
— Это же мать.
- Она уже никого не узнает, сиделке мы деньги заплатили, и дальше платить будем. Приезжать – приезжаем, каждый день я там. А вот ты у мамы уже неделю не был.
- Я не могу ее в таком состоянии видеть.
- Папа, то есть я должна видеть, ездить, бросив маленького ребенка, отдавать почти всю зарплату на сиделку, а ты даже не заглядываешь туда. Совесть тоже имей.
Мамы не стало через месяц. А вскоре они решили приватизировать квартиру. Они с отцом оформили приватизацию на праве общей долевой собственности, на троих: Алю, отца и ребенка. Шел 1997 год.
- Вот и славно, - улыбнулась Аля, - мы, папа, пока в квартире поживем, не снимать же, муж мой уехал к новому месту службы. Денег особо нет, все накопления на больницу ушли.
Отец набычился:
- Я что, самостоятельно пожить не могу.
- Папа, квартира приватизирована и на нас с дочкой, мы там прописаны, и будем жить. А что значит -самостоятельно? А как ты до этого жил? Несамостоятельно?
Аля вскоре поняла возмущение отца, когда в доме появилась Галина: хабалистая и разбитная бабёнка.
- А че бы вам отдельно не пожить, у меня вот тоже дочка.
- И что? Я должна выехать из своей квартиры, чтобы очистить вам угол? Нет уж, комната моя, и я буду тут жить.
- Я тебе дочку подселю.
- А я органы опеки вызову, вещи выкину, и скажу, что ребенок в коридоре или на улице живет.
Галина зло прищурилась:
- Да ты тут никто, и звать никак.
- Я дочь, и тут прописана, это вы тут никто. И да, у нас с малышкой 2/3 квартиры в собственности, мы приватизировали, и в БТИ зарегистрировали.
- Я – жена твоего отца.
- Быстро же ты, папочка, маму забыл. Наверное, поэтому и приезжать не хотел – чужие подушки обтирал.
Они ссорились, но Аля твердо решила – будет тут жить. Муж уехал к новому месту службы и пока ему никакое жилье не предоставили, а ехать с маленьким ребенком в неизвестность, без жилья, Аля не хотела.
Наконец-то муж сообщил, что жилье дали, и она уехала, на радость отцу и Галине.
В родной город она приезжала регулярно, но отец сказал:
- Это… у меня Галенька против, чтобы мы виделись, так что не звони, и не приходи больше.
- То есть ни дочки, ни внучки у тебя нет?
- Ну это… живу-то я с ней, а ты далеко, так что не ходи.
Аля останавливались с мужем у свекрови, виделись со всеми родными, кроме отца. Те качали головой:
- Галька вообще к нему никого не подпускает, все в свои руки взяла. Он доверенность на нее сделал, она и бегает по инстанциям, по судам. Смотри, будь осторожнее.
Аля на всякий случай взяла справку о регистрации по месту жительства.
- Выписываться не буду, мало ли что.
Она уехала, отец с дочкой прекратил общение. Шли годы.
Галина говорила:
- Надо квартиру только на тебя оформить, в Росреестре об Альке с ее отпрыском, никаких данных нет. Случись что с тобой, мы с Машенькой на улицу пойдем.
- Так тут Аля с внучкой прописана, и доля у них.
- Давай я их выпишу по суду. Только ты об этом молчи. Потом приватизируем на тебя по-тихому, через суд, меня научили как это делать, да и все.
Галя сходила в суд, и Алю с дочкой выписали. Аля в суде не была: жила далеко, приезжала редко, да и справка ей с места жительства не нужна была все эти годы. О том, где она живет, Галя не сообщила:
- Откуда же я знаю, у меня адреса нет, уехала и уехала. Мы не общаемся.
Суд какие-то запросы сделал, данные не нашел, вызвать в суд Алю не удалось, и признал суд Алю с дочкой утратившими права пользования квартирой, сняли их с регистрационного учета.
В 2020 году в суде Галина признала за отцом Али право собственности на квартиру, как уж она это сделала, история умалчивает.
- Вот и все, судебное решение в силу вступило.
- Мама, отчим совсем плох, - говорила Маша, - болеет, рак у него. Дарственную уже нотариус не заверит, не то состояние.
- Тогда делаем так: у меня доверенность. Сама себе я не могу продать или подарить, так что оформляем договор купли-продажи с тобой.
Маша с Галиной подписали договор купли-продажи квартиры, Галина от имени мужа его подписала, Маша отнесла на регистрацию.
И тут умер отец, квартира была зарегистрирована в собственность Маши уже после его смерти.
Аля приехала. Про отца она узнавала, от посторонних, родных, соседей. Но напрямую отец так с дочкой общаться и не стал, а когда она ему несколько раз звонила, просто бросал трубку, узнав голос дочки.
- Вот что тут поделать, - вздыхала Аля. – Не хочет, не надо.
У нотариуса она узнала, что имущества у отца нет. Она взяла выписку по квартире, и удивилась – собственник – отец, продал квартиру падчерице, Маше. Договор подписывала по доверенности Галина, то есть мать покупателя.
- Интересно, а где наши доли?
И пошла Аля в суд. Сначала она обжаловала признание права собственности за отцом в 2020 году, и суд отменил решение суда,
…поскольку при вынесении обжалуемого решения суд не учел, что согласно договора о передаче в собственность жилого помещения (квартиры) от 27 февраля 1997 года Администрация города …. передала квартиру в совместную собственность троих человек- отца, дочки и внучки. Указанный договор прошел регистрацию, БТИ 18 марта 1997 года внесена запись регистрации № №. Поскольку между сторонами соглашение об определении долей в праве общей долевой собственности на квартиру не заключалось, то доли всех участников долевой собственности являются равными. Таким образом, размеры долей составляют: отец - 1/3 доля, дочь - 1/3 доля, внучка - 1/3 доля.
Одновременно Аля подала иск об оспаривании договора купли-продажи:
- Отец не имел права распоряжаться 2/3 долями в праве общей долевой собственности. Прошу признать договор купли-продажи недействительным в части. Мне и дочке принадлежат на праве собственности по 1/3 доли в квартире, у нас была общая собственность на троих, Договор о приватизации подписан в 1997 году. Поэтому прошу истребовать из чужого незаконного владения 2/3 квартиры: мою долю и долю дочки.
Галина с дочкой Машей возражали против иска:
- Мы договор законно заключили, и у нотариуса заверили. Квартира была отца, и деньги Маша передала, она добросовестной приобретатель. Аля с дочкой зарегистрированными в квартире на момент сделки не значились. Право собственности на момент сделки было подтверждено решением суда.
- Суд отмени это решение, так как твоя мама – аферистка, провернула все незаконно.
- А вы сняты с регистрации по решению суда.
- Так какая разница – зарегистрированы мы там или нет. Это наша собственность – 2/3 квартиры.
- Вы злоупотребляете своими правами, не содержали имущество, не интересовались его судьбой. Препятствий к получению информации из ЕГРН у вас не было. Надо было смотреть и узнавать. А то 27 лет ждали.
- А чего интересоваться, если мы живем далеко, а тут собственность наша, права нарушены не были. Кто же знал, что вы такой финт начнете устраивать в сговоре с Галиной.
Суд иск Али удовлетворил:
- Не состоятельны доводы покупателя, что она не знала о правах Али и ее дочки на квартиру. Решение суда о признании единоличного права собственности отца на квартиру вступило в силу в октябре 2020 года, право собственности зарегистрировано за ним 3 ноября, 7 ноября подписан договор купли-продажи на квартиру, а 8 ноября отец Али умер. Маша с Галиной находились в доверительных отношениях. Основание возникновения права собственности за отцом – решение суда – было ей известно, и там было упомянуты и Аля, и ее дочка, так что Маша была в курсе о наличии иных собственников на квартиру. Галина не имела права продавать 2/3 квартиры, принадлежащих иным собственникам, они ей на это доверенность не давали.
поскольку ответчик приобрел 2/3 долей спорной квартиры по сделке у лица, которое не могло это имущество отчуждать, 2/3 доли спорной квартиры выбыли из владения истцов помимо их воли, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истцов об истребовании из незаконного владения ответчика 2/3 доли спорной квартиры, аннулировании записи о регистрации права собственности ответчика…
- А деньги мне кто вернет? – возмутилась Маша.
- Галина и вернет.
- Нет у меня, я все потратила.
- Сами разберетесь.
Маша с Галиной обжаловали это решение, и апелляционная инстанция встала на их сторону, отменила решение суда первой инстанции:
- Так отец имел право оформить на себя и продать. Общая же собственность, согласие всех собственников в таком случае презюмируется.
То есть, когда участник совместной собственности совершает сделку, считается, что остальные согласны, пока не будет доказано обратное.
Аля обжаловала это и дошла до Верховного суда РФ, который сказал:
- Апелляция ошиблась, суд противоречит собственным выводам, все верно решил суд первой инстанции
…. суд апелляционной инстанции, указывая на неправильность решения суда первой инстанции в части определении долей в праве общей собственности на спорную квартиру, в противоречие своим же выводам признал Машу добросовестным приобретателем не всей квартиры, а только 2/3 доли в ней.
- То есть суд фактически признал собственниками Алю и дочку, и тут же говорит, что единоличный собственник – отец.
К тому же суд не учел другие важные обстоятельства спорной сделки:
*наличия родственных отношений между Машей и её матерью Галиной, действующей по доверенности,
*относительно факта их совместного длительного проживания и регистрации в спорной квартире,
*факта заключения спорной сделки между близкими лицами через четыре дня после регистрации права собственности за отцом, который страдал онкологическим заболеванием, за один день до его смерти по цене ниже рыночной стоимости.
Дело было вновь направлено в апелляционную инстанцию, которая согласилась:
- С учетом замечаний теперь видим, что суд первой инстанции – молодец, и 2/3 квартиры принадлежат Але и ее дочке, а вот Маше – только одна треть.
Галина злилась:
- Столько сил вложили, столько лет в этой квартире, и что делать? Алька уже уведомление прислала на выкуп долей, точно продаст.
- Может, мы свою продадим, и купим отдельное? Деньги те же, а квартирку можно и получше присмотреть, или дом. Кстати, у бабушки дом плохонький, оформим на тебя или меня, продадим долю, да и построим нормальный. Там и жить будем.
- Ты предложи этой Але, и подороже.
- Если подороже, можно переборщить, и она все продаст.
В результате договорились квартиру продать целиком, деньги поделить, все дороже будет, чем по долям продавать.
*имена взяты произвольно, совпадения событий случайны. Юридическая часть взята из:
Определение Верховного суда РФ от 18.06.2024 по делу №18-КГ24-21-К4
Берегите себя и своих близких. И не забывайте подписываться на автора.