Самый русский хит. Образ жизни.

Учительница английского языка Эльвира Эдуардовна Ворд была яркой женщиной, влюбленной в профессию, в английскую культуру и весь тот шарм, который с ее точки зрения эта культура несет. Она наслаждалась временами глаголов, наслаждалась чопорностью ответов на поставленные вопросы, ей был мил англосаксонский образ жизни. Аля в своих образах назвала эту культуру наглосаксонской. Почему-то в ее образ постучался Макар Нагульный, который считал, что эта культура через свой язык на нашу страну шипит. А кто у нас шипит? Правильно – змеи. Напор Эльвиры Эдуардовны в рекламировании образа жизни через преподавание языка осуществлялся навязчивыми методами. Дети решили Ворд спасать, но ей об этом не сказали, но как говорят в некоторых кругах: «За вордс надо отвечать».

Наглосаксонский образ жизни выдавался за истину: как пьют, как едят, во что одеваются, как общаются, как подчиняют себе людей, как врут всему миру, как грабят – все хорошо. Дети в этой школе хрен от редьки отличали: падежи и времена глаголов усваивали, а образ жизни, изучаемой культуры перенимать не собирались. Протест они выражали мирно.

Эльвира Эдуардовна в свойственной ей манере проводила обряд английского чаепития и попросила учеников принести чашки. Обряд сразу не задался, потому что родители не пожалели денег и заказали кружки с надписью: «Я люблю Россию!» И как-то эта простая фраза изменила настрой всей чайной церемонии, а заодно и ход истории. Учащиеся светились от счастья, учительница сникла и холодно заметила, что у нас урок английского языка. Реакция Ворд была предсказуема, прочитана и учтена заранее. На это ученики развернули чашки другой стороной, на которой было написано: «I love Russia!» По пропаганде западного образа жизни был нанесен сокрушительный удар. Эльвире Эдуардовне в мягкой, доступной манере объяснили, что ее восторг не везде и не всегда уместен, и что родители учеников обладают тонким чувством юмора, и не надо просить их чувство юмора становится толще, потому что тогда удары будут с далеко идущими последствиями, как бы от таких последствий все падежи не перепутались. Англичанка обиделась и не хотела этого скрывать. Обряд не состоялся, чай был ароматный, но англичан из учеников сделать не удалось, они вместе с родителями пожелали остаться россиянами. Дети знали, что Ворд всю свою жизнь мечтала эмигрировать в шипящий и кишащий кое-кем мир, но так и не осуществила свою мечту. Здравый смысл удерживал ее от этого шага. Выпячивание небольшого положительного опыта наглосаксов и замалчивание огромного их позора, долгов перед другими народами сквозило в каждом слове Ворд. То окно, которое прорубил Петр Романов было закрыто, и сквозняк прекратился. Двусторонние чашки призывали ее к честности и объективности. На этом уроке нелюбовь Ворд к собственной стране вылезла наружу, села у нее на столе, и как Эльвира не пыталась ее спрятать в потаенные уголки души, все было бесполезно. Нелюбовь больше не хотела скрываться и маскироваться, а наоборот взяла ситуацию в свои руки и делала время, проведенное с английским языком напряженным, неприятным и неинтересным. Эльвира Эдуардовна преподнесла шикарный урок. Аля и ее юные товарищи сделали вывод: «Как не прячь нелюбовь, высокомерие и презрение, рано или поздно, они выйдут из тени и начнут управлять человеком». Этот урок был усвоен, и за демонстрацию ученики были благодарны. История закончилась счастливо, дети не были злопамятны и помогли учителю сохранить лицо. Упоение от наглосаксонской культуры испарилось, и остались просто слова, собранные в предложения, за которые нужно нести ответственность на каком бы языке они не звучали. Пожалуй, это один из самых важных уроков, который необходимо усвоить. И чем раньше он будет выучен, тем лучше.