Найти в Дзене
Британские шиншиллы

Зоозащитники vs размноженцы

Никогда такого не было, и вот опять. Несколько недель наблюдала за историей, развернувшейся вокруг одной старой размноженки. Интерес к кошкам появился у нее давно - к моменту начала событий она занималась кошками уже лет так-этак двадцать, а может и больше. Успехов не было - питомник ее по большому счету никому не известен и название его не уникально, более того, - в точности повторяет чужое, не имеющее никакого отношения к данной истории. Конкретного направления работы тоже не было: одновременно размноженка занималась манчкинами, фолдами, ориенталами, персами, экзотами, селкирк-рексами и бог знает кем еще. Из недвижимости, где можно было разместить кошек, располагала городской квартирой и участком в СНТ - традиционными шестью сотками с почерневшим от времени деревянным домишком. Деревенские кошки, находящиеся в свободном выгуле, часто имеют цветущий и ухоженный вид, даже если их хозяева не прикладывают к этому особых усилий. Совсем другое дело, когда целый кошачий прайд заперт в небо

(история очередного скандала)

Никогда такого не было, и вот опять. Несколько недель наблюдала за историей, развернувшейся вокруг одной старой размноженки.

Интерес к кошкам появился у нее давно - к моменту начала событий она занималась кошками уже лет так-этак двадцать, а может и больше. Успехов не было - питомник ее по большому счету никому не известен и название его не уникально, более того, - в точности повторяет чужое, не имеющее никакого отношения к данной истории.

Конкретного направления работы тоже не было: одновременно размноженка занималась манчкинами, фолдами, ориенталами, персами, экзотами, селкирк-рексами и бог знает кем еще. Из недвижимости, где можно было разместить кошек, располагала городской квартирой и участком в СНТ - традиционными шестью сотками с почерневшим от времени деревянным домишком.

Деревенские кошки, находящиеся в свободном выгуле, часто имеют цветущий и ухоженный вид, даже если их хозяева не прикладывают к этому особых усилий. Совсем другое дело, когда целый кошачий прайд заперт в небольшом закрытом помещении и предоставлен самому себе. Спустя считанные дни там станет невозможно находиться из-за сильнейшей вони и грязи. Это не считая болезней и несчастных случаев, которые могут произойти с кошками в любой момент: неудачный прыжок, застрявший коготь, поврежденный глаз и т.д. Поэтому профессиональные заводчики кошек чаще всего вынуждены забыть про отпуска и никуда не уезжают, если им не на кого оставить питомник.

Иное дело размноженцы, особенно размноженцы со стажем.

Последние еще успели застать то время, когда никакого породного разведения в России не было - оно только зарождалось. Породистых кошек были единицы; стоили они очень дорого и купить их можно было только за границей, причем в Россию продавали крайне неохотно. Поэтому работать приходилось с тем, что есть. Было так: кто-нибудь выездной приобретал по цене автомобиля породистого кота, привозил его в Россию и открывал для вязок (не бесплатных, но стоивших по крайней мере разумную, доступную большинству цену). Вскоре к этому редчайшему, единственному на весь регион породистому коту начинали обращаться многочисленные владельцы домашних кошек, желающих повязать свою любимицу "не простым" котом. Некоторые из рожденных этими кошками метисов по своему фенотипу оказывались достаточно схожи с породистым отцом; их оставляли для дальнейшего разведения и так постепенно нарабатывали отечественное племенное поголовье.

-2

Начать заниматься породным разведением в те годы мог кто угодно. Абсолютно бесплатных домашних кошек было полным-полно даже в крупных городах. Современная культура содержания отсутствовала как класс. Кошек вязали все, котят раздавали все. Все, кто слышал что-то о породистых кошках или имел счастье одним глазком увидеть одну такую у богатых соседей, мечтал завести хотя бы похожую, но не имел возможности. И вдруг возможность появилась.

В одночасье выяснилось, что новых, невиданных ранее пород столько, что у котолюбителей буквально глаза разбежались. Немногие остались до конца верны только одной породе, - в особенности те, кто не ограничивался бридерской работой, а становился руководителем клуба, экспертом-фелинологом, организатором выставок. Кто-то со временем отдавал предпочтение именно на этой работе и сворачивал бридинг, поскольку на него попросту не оставалось времени. Кто-то все же сохранял небольшой питомник, обращаясь при необходимости за помощью к родственникам. Лишь немногие, имеющие не связанный с кошками значительный основной доход и свободное время, могли позволить себе большое поголовье. Но даже и в этом случае не все оказывались готовы заниматься племенной работой долгие годы.

Трудно сказать, в какой момент начинающая заводчица стала размноженкой. Возможно и сразу: для этого, в сущности, достаточно было просто оставаться на том же уровне культуры содержания, какой имел место в дофелинологическую эпоху, когда ни свободный выгул, ни случайные вязки, ни раздача котят в месячном возрасте не считались чем-то предосудительным. Очевидно, что одной породы ей оказалось мало, и она занялась сразу несколькими, очень разными и далеко не простыми, а кроме того, стала еще и клубным функционером: курировала начинающих, принимала участие в организации выставок. Также сохранила за собой основную работу, причем отнюдь не удаленную и весьма ответственную. Такая ситуация никак не располагала к успешному занятию бридингом в масштабах крупного питомника, однако вовремя понять это размноженка не смогла или не захотела.

Может быть, она не учла, что первоначальный спрос на породистых кошек упадет так быстро. Если поначалу лишь единицы располагали редкими и ценными животными, то вскоре привезенными из-за границы производителями уже не хвастался только ленивый. Стремительное развитие отечественной фелинологии привело к тому, что большой приток иностранных кошек вскоре стал не нужен. Наоборот, возникла необходимость в новых рынках сбыта, поскольку старые насытились. Плодились кошки быстро, но разлетаться как горячие пирожки совсем не спешили. Поголовье у размноженки росло и начало превышать допустимые пределы, позволяющие обеспечить всем достойный уход.

Возможно, тогда-то она и вспомнила о существовании заброшенного участка на территории СНТ, с домом, куда можно было вывезти часть кошек из квартиры. Хотя очевидно, что проблема избыточного поголовья не решается одним лишь увеличением площадей - где бы ни находились животные, они продолжают нуждаться в каждодневном уходе, обеспечить который размноженке оказалось не по силам. В итоге, согласно показаниям соседей по СНТ, вывезенные из квартиры кошки оставались полностью предоставленными самим себе по полторы-две недели. Еды и воды им, по-видимому, оставляли достаточно, но во что они превращали свое жилище спустя даже одну неделю без уборки, полностью представить себе, наверно, может только заводчик. Вот такая благостная картина, которую можно встретить в интернете, сохранится максимум пять минут после тотального клининга, если у кошек не будет возможности в любой момент покинуть помещение:

-3

В закрытой же комнате, еще не успеет завершиться фотосессия, как весь пол будет уделан: рассыпанный корм, разлитая вода, клочья шерсти, следы рвоты, а также моча и кал разной степени сформированности и - при таком количестве кошек на единицу площади - абсолютно в любом месте, даже на столе.

Кошкам размноженки, которые остались в квартире, пришлось не лучше, чем вывезенным. Перенаселение никуда не делось; в конце концов там возник пожар и порядка 20 животных сгорело. О причинах пожара точно не известно, но можно вспомнить несколько случаев пожаров в питомниках, когда фактически виноваты оказывались кошки и особенно - котята, имеющие возможность свободно перемещаться по квартире, забираться в укромные уголки, делать там лужи, а потом, сидя в этих лужах, играть проводами электроприборов, перегрызая изоляцию.

Участок в СНТ долгое время никого не волновал, хотя с годами он все больше становился похож на свалку и рассадник крыс. Однако волею судеб неподалеку от него поселилась зоозащитница, специализирующаяся на спасении (никак иначе) животных с дач. Кошек, благополучно переданных ею новым хозяевам, к моменту начала истории было уже прилично за 700. Спасательница вела им строгий учет.

Итак, ей сообщили о кошках, находящихся в старом доме. Злые языки даже уверяли, будто бы лично видели, как во время одного из своих нечастых посещений хозяйка закапывала на участке трупы погибших животных.

-4

Конечно, зоозащитница не могла не отреагировать на поступивший сигнал и совместно с руководством СНТ прибыла на место происшествия с целью изъятия кошек. В этом ей, как и всегда в таких случаях, поначалу было отказано, но в конце концов она сумела договориться с размноженкой об обмене одиннадцати животных из числа находящихся в доме на... мешок корма. Аналогичным образом она готова была разом выменять всех (а было их, по ее оценкам, несколько десятков). И конечно, размноженку, в памяти которой, вероятно, все еще были живы воспоминания о совершенных когда-то удачных продажах, такая цена за всех кошек не устроила.

Это характерно не только для размноженцев, но и для заводчиков, которые относятся к своим кошкам вполне ответственно до тех пор, пока не попадают в какую-нибудь "тяжелую жизненную ситуацию". Понимая, что больше не в состоянии адекватно заботиться о своих кошках, они не представляют, как можно просто взять и раздать их "кому попало". Между тем времени на неспешную вдумчивую раздачу у них нет, а на продажу тем более. Таким заводчикам часто помогают коллеги-породники. А вот у размноженки коллег, готовых помочь с пристройством, почему-то не обнаружилось вовсе.

Бывают ситуации, когда раздать кошек не только можно, но и необходимо. Если неспособность заводчика продать их уже привела питомник к катастрофе, не стоит, подобно азартному игроку, надеяться, что еще есть шанс "отыграться". Однако в нашей стране кошки считаются имуществом, и заставить владельца раздарить их никто не имеет законного права. К тому же всегда есть вероятность, что одаряемый окажется куда лучшим продажником, нежели даритель, и успешно продаст полученных "на халяву" породистых кошек, а полученным доходом, естественно, не поделится. Потенциальному дарителю обидно. Его, что называется, "душит жаба".

Первое время зоозащитница, казалось, понимала все это. К размноженке она отнеслась как к одному из множества безответственных котовладельцев, с которыми ей уже приходилось иметь дело, поэтому разговаривала, убеждала, предлагала помощь в надежде, что рано или поздно та по доброй воле согласится передать ей своих кошек на пристройство.

Но все изменилось, как только стали известны некоторые детали размноженкиной деятельности, а именно: работа в клубе любителей кошек, организация выставок, наличие питомника, хотя и непонятно, где зарегистрированного, но самое главное - то, что размноженка не только плодила, но и продавала котят, причем, о господи, по 50-80 тысяч рублей и даже за границу, аж в целых три зарубежные страны!..

-5

Это заводчикам смешно читать, а для людей, далеких от бридинга, включая зоозащитницу, выглядит и правда впечатляюще: тем более, что речь о кошках, которых надеялись забрать условно-бесплатно для бесплатного же пристройства в добрые руки.

Продолжение 👇

Не забывайте ставить лайки и подписываться на наш канал. Предлагайте в комментариях темы, которые хотели бы обсудить, фотографии, которые хотели бы увидеть.