Политическая жизнь государств не всегда бывает стабильной и иногда наступают моменты, когда богатому человеку нужно вывезти из Отечества все что нажито непосильным трудом. Кому-то надо бежать в Тель-Авив, кому-то в Тбилиси, Барселону или даже в Ростов…
Своим опытом вывоза денег и золота в мемуарах поделился банкир Владимир Аничков – в годы Гражданской войны – один из богатейших людей Екатеринбурга.
Годовой заработок в банке в канун революции у Аничкова, по его словам, был очень большим — не менее шестидесяти тысяч рублей в год, но жил он широко и откладывал мало.
Ну, как мало?
По мелочи хватило купить пуд золота и заложить его в собственном банке. Прикупали с другим золотопромышленником Ишминецким среди мансийских стойбищ на речках Тошемка и Вижай участки для добычи платины и золота. Геологоразведочные партии, посланные ими, сообщили, что и то, и другое, там есть.
Вместе с инженером Горяиновым он приобрёл на севере богатые залежи асбеста. Пробные жилы асбеста оказались более мощными, чем на приисках Поклевского-Козелла и Алапаевского округов. Первые прииски потребовали больших затрат в тридцать тысяч рублей. За асбест пришлось заплатить пятнадцать тысяч. Ну как больших? Если зарплата честно заработанным трудом 60 тыс. рублей, то прииск за 30 тыс. рублей – тьфу, не деньги.
Кроме того, были у него акции в своем банке, ну и еще разное.
Ну, как разное?
Аничков пишет, что он верил в акции уральских горных заводов, имевших огромные земельные пространства на посессионных правах. Помимо лесных богатств, было и золото, и руды, и платина, и залежи драгоценных камней. К тому же большинство акций этих заводов находилось в иностранных руках, что гарантировало их ценность на случай революции.
Сталь он купил довольно удачно (пуд по сорок рублей) у немецкой фирмы Шмидта и сдал туда же на хранение.
И вот пришли революционеры с лозунгом: «грабь награбленное». И все заработанное непосильным трудом забрали. Ну, как всё?
На руках у Аничкова осталось только около тридцати фунтов золота (примерно 12 кг 285 гр), зарытого в уральских лесах, да сталь, хранившаяся у Шмидта на складе.
Как жестоко отнимали пьяницы и бездельники у трудового капитализма деньги Аничков рассказывает в сюжете с нотариусом Ардашевым.
Если верить Аничкову богатства Ардашева спас блат с самим Владимиром Лениным. Цитата:
«Александр Александрович (Ардашев), был нотариусом и пользовался в городе и в думе большой популярностью. Про него говорили, что, пользуясь родством с Лениным (он приходился ему двоюродным братом), он решился поехать к главе большевиков с целью отстоять золото, около семи пудов, конфискованное у еврея Крумнаса. Как он сам рассказывал кое-кому из своих друзей, Ленин его принял, уговаривал идти к нему на службу, но, получив отказ, был очень рассержен и очень сухо с ним расстался. Однако, как говорят, через мужа сестры Ленина, видного коммуниста, дело с золотом всё же было улажено и Ардашев заработал от Крумнаса около трёхсот тысяч рублей».
Стоит отметить, что сын нотариуса Ардашева сначала служил красным, а потом, когда к Екатеринбургу стали подходить интервенты, естественно перешел к белым.
Когда в Екатеринбурге установилась белая власть - она тоже попытались отнять деньги и золото. Вот как об этом рассказывает Аничков:
«Надо вам сказать, что и меня хотели арестовать за спекуляцию золотом. Узнав об этом, я сам отправился к главноуполномоченному по делам Урала. Военное командование совершенно не знало, что золото имеет свободное хождение, а наш банк скупает и продает его, производя аффинаж, совершенно законно, тогда как закон о монополии был введён большевиками. В этом деле много странности».
После поражения Колчака и бегства от красных Аничков повез с собой на восток слиток золота 20 фунтов (8 кг 190 гр). В Японии он собирался всё это продать «со всеми жениными безделушками» за 25 тыс. иен.
Продал он золото за йены, но не японцам, а чехословакам, которые, итак с трудом умудрялись вывезти все богатства награбленные в России. Аничков пишет:
«Я разыскал в штабе чехословацких войск знакомого мне по Екатеринбургу офицера и спросил у него, покупает ли командование золото в слитках. Он указал адрес войскового банка, где мне удалось продать все мои слитки по шесть с половиной иен за золотник, что было на полторы иены дороже, чем я мог рассчитывать».
Промысел понравился и Аничков принялся золотом спекулировать.
«Я натолкнулся на мысль скупать у беженцев золото. Специальных познаний в этой области у меня было достаточно, и я стал обходить знакомых, которые с радостью продавали мне золото по шесть иен за золотник. Таким образом за два месяца я сумел заработать восемьсот семьдесят иен».
Многим беженцам нечего было есть, нечего одеть и они отдавали Аничкову фамильные ценности за бесценок.
Не всем так везло: удрать с золотом за бугор был тот ещё квест. Всех, кто пытался с золотом и мехами убежать через Владивосток на станциях следования гостеприимно встречали патриоты Родины из отрядов Унгерна, казаки Семенова, верные союзническому долгу белочехи с французами…
Аничков рассказывает был такой в белом деле видный персонаж Сергей Семёнович Постников, бывший Главный начальник Уральского края Омского правительства. Когда красные стали подходить Постников патриотично прихватил золото и меха и рванул в Маньчжурию.
В Даурии их вагон отцепили и перевели на запасной путь. После этого в вагон вошло несколько офицеров, начавшие опрашивать, какие ценности везут с собой пассажиры. Фёдор Георгиевич Бехли сказал, что везёт один миллион кредитных рублей, принадлежащих Николо-Павдинскому горному округу, коего он состоял управляющим. Деньги взяли. Сергей Семёнович Постников начал уверять, что у него ничего запрещённого нет. Начался обыск. Проводник выдал золото, а у Постникова отобрали и меха, и драгоценные камни. Всех троих арестовали и посадили на гауптвахту, а их жёны проехали на станцию Маньчжурия. Арестанты жаловались во всевозможные инстанции.
Наконец к ним пожаловал и сам барон Унгерн. Постников подхалимничал. Это, видимо, не нравилось Унгерну, и он на все его просьбы и протесты отвечал:
— А ля гер ком а ля гер.
Вскоре узникам было сделано предложение поступить на службу к атаману Семёнову, нуждавшемуся в инженерах. Им было предложено перевести с французского правила пользования пушкой. Работа совместными силами была исполнена, после чего их выпустили на свободу.
"Что проделывали над Постниковым, Бехли не знал, но при разговорах со мной он склонялся к мысли, что Его Превосходительство выпороли", - писал Аничков.
Сам же Аничков ещё долго промышлял во Владивостоке. Когда наступила пора бежать дальше, он по его словам, смог увезти с собой около одиннадцати тысяч иен, принадлежавших ему и его семейству.
Поскольку золото он покупал по 6 йен за золотник, то вывез из России он примерно эквивалент 7 кг 822 грамма золота.
По курсу на 11 декабря 2024 года – это более 68 млн. рублей. Свои акции и недвижимость он как настоящий патриот оставил Советской России, а большая часть денег и золота у него растащили чехи, американцы, японцы, и разного рода белогвардейские атаманы…