- А кувалда нам зачем? - спросил Васильев, спускаясь по тоннелю вслед за Паштетом.
- На всякий пожарный, - не оглядываясь, отозвался Паштет, - ты это… держись на пару шагов подальше, на. А то Сурен свет заметит, спалимся раньше времени…
Ступеньки заканчивались. Впереди уже можно было разглядеть очертания ворот.
- Главное, Вася, на иероглифы эти не смотри, - Паштет перешел на шепот, - если опять зависнешь, двину так…
Он резко остановился, оборвав фразу на полуслове. Васильев чуть не врезался ему в спину, свет фонаря задрожал, заметался по стенам тоннеля.
- Какого хрена? - недовольно прошипел Васильев.
- Скелета нет, - ответил Паштет, - того, который с лопатой…
- Сука… - побледнел Васильев, - пошли наверх, Паштет. Нахер это все. Доделаем дело и свалим, а завтра с утра вместе с Кабаном…
- Завтра с утра поздно будет, - прервал его Паштет, - ты че не понимаешь, что ему это и надо. Киноман, мля… Напугать нас пытается…Стопудово ща за дверью стоит и скелета этого держит, чтобы толкнуть на нас как полезем. Лязга давно уже не слышно. Притаился, падла. Ждет.
Лязга действительно не было слышно уже больше минуты.
- Вылазь, Сурен! - крикнул Паштет, больше не скрываясь, - не прокатят твои фокусы киношные.
Ответа не последовало.
- Последний раз по-хорошему предлагаю порешать. Вылазь, показывай че нашел, и поделим на троих.
Паштет выждал еще пару секунд, затем обернулся к Васильеву и шепнул:
- Не хочет по-хорошему, гандон. Ну ничо, жадность фраера погубит.
Паштет решительно двинулся к двери.
- Ну-ка, Вася, дай-ка света…
Васильев послушно шагнул следом. Поднял фонарь над отверстием в воротах, отвел взгляд, стараясь не смотреть на покрывающие старую древесину символы.
Паштет осторожно просунул в дыру кувалду, помахал ей в разные стороны, проверяя нет ли кого рядом с дверью, а затем набрал воздуха в грудь и нырнул в проем.
Вопреки ожиданиям никто не толкнул на него скелета, внутри Паштета встретили лишь тишина и холод.
- Заныкался, скотина, - сквозь зубы процедил Паштет, вглядываясь в темноту. Света налобного фонаря не хватало, чтобы рассеять мрак.
- Вася, давай в темпе! Без “фары” мы его тут хрен найдем.
Васильев, обливаясь холодным потом, шагнул внутрь, фонарь в его дрожащих руках осветил пол древней темницы.
- Оп-па! - воскликнул Паштет, указав на тянущиеся от входа свежие отметины, - вот здесь он че-то тащил за собой, весь пол зацарапал.
Поудобнее перехватив кувалду он уверенно зашагал по “следу”. Васильев, стараясь не отставать, двинулся за ним.
Отметины привели Паштета к тому самому мертвецу, с шеи которого он снял амулет во время прошлого визита. Фляга, оставленная покойнику взамен, лежала на полу.
- Твою ж бабушку,- выругался Паштет, подняв флягу и убедившись, что она пуста, - еще и воду выпил, сучара.
- А нахера ты здесь флягу оставил? - спросил Васильев.
Паштет не успел ответить- откуда-то справа раздался странный скрип.
Васильев направил свет фонаря в сторону звука. Оба мужчины замерли, напряженно вслушиваясь в тишину, теперь нарушаемую только их тяжелым дыханием.
- Ну и где ты, епт? - громко спросил Паштет, - вылазь, Сурен, задолбал уже…
Откуда-то из угла темницы снова послышались звуки - на этот раз это было ритмичное чередование зловещего хруста, будто кто-то идет по сухим веткам, и противного скрежета, будто кто-то водит ржавым гвоздем по стеклу:
Крак…Шрии-и… Крак…Шрии-и…Крак…Шрии-и...Крак…
Васильев сглотнул, чувствуя, как в животе неприятно закручивает. Паштет, криво ухмыльнулся и, покрепче сжав рукоять кувалды, шагнул навстречу приближающемуся звуку.
Крак…Шрии-и…
В темноте начала вырисовываться фигура. Высокий, худощавый силуэт медленно двигался к Паштету.
- Скелет, сука, - Васильев задрожал и стиснул фонарь так сильно, что костяшки побелели, - живой скелет, на….с лопатой…
Крак…Шрии-и…
При каждом шаге скелета череп слегка покачивался из стороны в сторону, будто он пытался лучше разглядеть стоящих перед ним людей пустыми черными глазницами.
Крак…Шрии-и…
Паштет внимательно вглядывался в темноту позади скелета, ожидая увидеть там очертания Сурена. Но Сурена не было.
Крак…Шрии-и…
Костяные руки неуклюжим рывком вскинули ржавую лопату вверх.
Васильев попятился к выходу. Паштет замахнулся кувалдой, целясь в голову ожившего мертвеца.
Скелет с неожиданным проворством отшатнулся назад. Кувалда описала дугу, просвистела в паре миллиметров от его черепа и ударила в пол, выбивая искры.
Ржавая лопата резко опустилась вниз, прямо на рукоять кувалды, в том месте где ее сжимали пальцы Паштета.. Паштет еле успел отдернуть руки и испуганно отскочил назад. Кувалда с глухим звоном упала на пол.
Скелет продолжал напирать, ритмично орудуя лопатой как мечом.
— Вася, мля!— заорал Паштет, беспомощно отступая к стене с клетками, пыточным столом и печью,- выручай, епт!
Но Васильев замер на месте, парализованный паническим страхом.
Скелет все сильнее теснил Паштета к стене. Осознав, что надеяться на помощь бессмысленно, Паштет улучил момент и, когда лопата в руках скелета взлетела вверх, резко выбросил правый кулак вперед.
Раздался громкий хруст. Мощный удар Паштета попросту снес череп вместе парой шейных позвонков. Оставшись без головы, скелет пошатнулся, сделал два шага назад, и… снова, как ни в чем не бывало замахал лопатой. Правда теперь взмахи стали хаотичными и часто приходились мимо. Судя по всему, видел скелет именно с помощью черепушки.
Увернувшись от очередной атаки, Паштет сделал рывок в сторону - к стене, на которой висели на цепях мертвецы. Скелет продолжил рубить лопатой воздух, и Паштет облегченно выдохнул, прислонившись спиной к стене.
И тут же сдавленно захрипел - шею плотно обвили костлявые ноги одного из мертвых узников.
Услышав хрипение Паштета, безголовый скелет перестал воевать с воздухом, бросил лопату и, резко развернувшись, зашагал к своему черепу. Подойдя к нему, он неуклюже наклонился, зашарил костлявыми пальцами по полу. Нащупав череп, скелет, выпрямился и начал пытаться водрузить его на место.
Паштет в это время тщетно боролся со стискивающими горло костяными ногами. Как он ни старался, пальцы соскальзывали с холодных костей, дышать становилось все тяжелее, пространство перед глазами мутнело и начинало плыть.
Потерявший голову скелет, ломая собственные позвонки с жутким скрежетом зафиксировал череп над грудной клеткой и принялся озираться по сторонам в поисках брошенного оружия.
Паштет в последней надежде потянулся к поясу, пальцы нащупали украденную из пыточной двухстороннюю вилку.
— Чтоб тебя… чтоб тебя… гниль… — просипел Паштет и, обхватив вилку посередине, с силой ударил ей по костлявой ноге.
Острые зубцы скользнули по холодным костям и вилка глубоко вошла в плечо Паштета.
Кровь сочилась из раны, заливая ладонь. С диким криком Паштет рванулся вперед всем телом. Лопнули ремешки, удерживающие на голове каску, заскрипели мениски прикованного к стене костяного душителя, а затем раздался противный хруст - берцовые и бедренные кости скелета отделились друг от друга, ломаясь как сухие ветки.
- Суки! Твари поганые! - яростно рычал Паштет, мотая головой и сбрасывая с себя остатки костей вместе с каской, - врешь, не возьмешь, нежить сраная!
Скелет с неестественно наклоненным в бок черепом взмахнул кувалдой и голова Паштета раскололась на куски. Осколки костей, брызги крови и клочья мокрых волос разлетелись по полу древнего склепа. Кусок чего-то липкого и розового пролетел перед лицом Васильева, шлепнул по носу, и приземлился под ногами.
И тогда Васильев наконец вышел из ступора, развернулся и бросился прочь.
#тотсамыйбессмертный, #темноефэнтези, #мистика, #хоррор, #ужасы, #подземелья, #нежить