Мне повезло, у меня есть брат.
Его появление - наверное, самый долгожданный и счастливый момент моего детства.
Я долго мечтала о братике или сестренке, потом ждала появления маленького братика и когда он родился, мне казалось, что он самый красивый и самый лучший в мире ребенок!
И я всегда гордилась братом - сначала просто потому что он есть и такой, какой есть, а потом - каждым его умением, достижением и успехом. Это казалось невероятным счастьем - иметь родного брата, и мне хотелось донести его до всех вокруг)
И когда я радовалась, то видела, что другие дети это не особенно понимают - их отношения к сестрам братьям было обыденным, и никто из моих друзей не мечтал о появлении кого-то младшего в семье)
Наверное, в меня тогда уже закалывалось желание иметь большую семью)
Городские дети мечтали скорее о собачке или кошечке дома, ну в крайнем случае, рыбках или черепашке.
Но у меня была своя интересная и наполненная жизнь.
Брата отдали в садик еще маленьким, мама рано вышла на работу и они с папой часто приходили поздно, оба были на руководящих должностях (только разных комбинатов). Так что забирала брата из садика я сама. А в обед после школы бежала к нему в садик покормить и переодеть (памперсов тогда не было, а покормить а обед малышей разрешали).
Когда брату было два-три годика я ходила в детский сад показывать детям спектакли.
Наша мама тогда сильно заскучала.
Мы приехали на Дальний восток на два года, чтобы строить там новый город, а еще посмотреть этот далекий край. Когда уезжали туда, то заехали к папиным родителям в Магнитогорск и помню как бабушка плакала: куда же мы едем, в какую глушь, да еще и с маленьким ребенком. Брату было два года, мне десять, а нашим родителям-авантюристам по 36 лет. Назад пути уже не было: контракты подписаны, билеты куплены, папу ждали.
На тот момент мы и вправду словно уезжали от цивилизации: большого, красивого, щедрого города Душанбе в холодный и дикий край, в «закрытый» город (Благовещенск тогда еще был «закрытым» городом и нужно было получить специальное разрешение, чтобы приехать туда). В край, где на поселении жили зеки (они и работали в угольном разрезе и строили город).
Папа ехал в качестве главного инженера, специалиста на только что начавшееся строительство нового города. Ехал закладывать новый город - строить дома, сады и школы. С ним, собственно, и был заключен контракт.
Маме тоже нашлась работа. Так что я снова занималась с братом - отвозила его в сад в соседнюю деревню, забирала, играла с ним.
Садик в деревне был маленький, но детей много. Новый, первый городской сад, тогда еще только строился.
В деревне под садик отдали какой-то старый деревянный дом с бревенчатыми стенами, как нам говорили - бывшую контору. Но каким же непризентабельным этот дом выглядел!
Топился он, как я понимаю, печкой, потому что внутри было очень жарко, зайдя с улицы казалось, что невозможно дышать. Детей на морозе всегда сильно кутали и я даже не помню, выводили ли маленьких гулять.
Детских групп в садике было всего три, и детей в них условно разделяли по возрасту, наверное так: младшие, старшие и совсем старшие.
Мне было жалко, что малыши в таких стесненных условиях, в этих темных, тесных и душных помещениях. И очень жалко было братика, что он находится там.
Что я придумала.
В городе в садик постоянно приезжали показывать спектакли или какие-то представления: клоуны, артисты с кошечками и собачками, иногда просто привозили показывать мультфильмы. С родителей просто собирали денежки за каждое представление. В деревне таких развлечений в детском саду, конечно, не было.
Поэтому я решила сделать для маленьких детей кукольный театр и порадовать брата. Выпросила у своих подруг старые детские книжки со сказками (своих книг у нас практически не было, мы тогда все вещи оставили в Душанбе) и по ним нарисовала декорации: животных, деревья, лес, теремок, колобка. Какие-то фигуры просто вырезала- большого медведя, лису, петуха. Плоские нарисованные фигурки наклеивала на картон, внизу у них тоже был картон, чтобы ими управлять.
Шторки на веревочке в качестве занавеса и ширму принесла из дома. Воспитатели, уже «взрослые», как мне казалось, женщины, вбили по бокам одного из деревянных проемов небольшие гвозди, устроили «сцену» для кукольного театра в проеме двери.
Участвовать в спектаклях я уговорила свою подругу. Мы распределяли роли, репетировали и потом тащили весь скарб в садик. Отыгрывали свой репертуар из одной или двух сказок на выбор: «Колобок», «Теремок», «Лисичку со скалочкой» или «Маша и медведь». Малышам нравилось. - Их сажали на пол на ковре и они раскрыв глаза смотрели нехитрое действо.
Самодельные декорации, плоские нарисованные фигурки все равно, как ни странно, радовали детей. Но остаться в группе, например, и побыть с братом в этом садике мне уже не разрешали.
(Просто я сама не любила сад и жалела, что брат такой маленький и несчастный там среди детей.)
Мне кажется, что с тех пор как брат родился, то с ним я проводила вообще все свое время. С маленьким играла, гуляла, кормила, укладывала спать.
А когда он стал старше, то уже просто оберегала его и всё время воспитывала и воспитывала. Чтобы донести до него какие-то мысли или эмоции, придумывала для него сказки. И ради него же пошла заниматься в УПК (учебно-профильный комбинат) на помощника воспитателя. И снова просилась на практику именно в его садик и его группу - чтобы быть с ним рядом). Родители, как и у всех, работали, и мне всегда казалось, что воспитание брата - это моя задача и очень старалась как могла участвовать в его жизни, чтобы его не обижали и он сам был бы хорошим и умел отличать что правильно, а что нет.
Так было потом и все школьные годы - на праздники придумывала и шила для брата костюмы, ездила на его концерты от музыкальной школы и принимала участие во всех его школьных мероприятиях. Даже учителя в том числе из музыкалки объясняли именно мне, что надо выучить, подтянуть и над чем дополнительно позаниматься. И мы занимались.
Но на родительские собрания ходила, конечно, мама) Хотя, если бы мне позволили, я пошла бы и туда)
Мне очень нравилось, что у меня есть брат и я, конечно, думала, что когда мы вырастем, то станем настоящими друзьями.
На самом деле, хотя я многому и учила брата, но училась у него, а жизнь в первую очередь воспитывала и меня.
Брат был необычайно одарен -его чистый словно ангельский голос был каким-то божественным чудом. Когда он пел «Аве Мария», то все замирали и всё в душе замирало.
«Робертино Лоретти» «Робертино Лоретти»! Так говорили. Я тогда только читала про этого тенора, сама же никогда не слышала запись его голоса, но учителям в музыкальной школе я верила.
Мне казалось, что у брата будет музыкальное будущее, и я только старалась, чтобы он не заболел «звездной» болезнью)
К сожалению или к счастью, ни певцом, ни музыкантом брат не стал. Когда уже была студенткой, на брата легла вся помощь родителям, в том числе и в их работе. Он невероятно много трудился! Безусловно, и это тоже воспитало в нем такой стойкий и целеустремленный характер. Он не боялся ничего, и старался всегда помогать другим.
И хотя наша мама уверена, что выбор его профессии - это ее выбор, ведь это она ему предложила идти в медицину. Но на самом деле, судьба словно уже была определена заранее и мой талантливый брат, несмотря на все сложности, закончил мед. и стал хирургом.
В декабре моему брату исполнилось 40 лет, и я всегда им восхищалась и гордилась. Мне с братом невероятно повезло: и с тем, что он есть, и с тем, какой он. Мама рисковала своей жизнью, чтобы он появился.
Семья бывает большой или маленькой, но ребенок, если он единственный, может так и не понять, что значит заботиться, любить, помогать и поддерживать или делиться. Душевную щедрость разговорами не воспитать, воспитывается только в детстве и жизнью.
Я люблю многодетные семьи - многодетная семья - это как множитель любви) И счастья много не бывает) Но если кто-то когда-то задумывался, а стоит ли рожать второго ребенка, ведь и с одним непросто, то скажу словами своей прабабушки: «Не оставляйте своего единственного ребенка навсегда одиноким в этом мире!».