Настя рыдала уже третий день. Вместо глаз у нее были щелочки, а нос распух и покраснел. Она даже не пошла в университет на торжественное вручение дипломов – всё это казалось ерундой по сравнению с тем, что произошло с ней.
Мать – Нина Петровна – извела все запасы успокоительного, имевшегося в доме, и на третий день вызвала скорую.
Причина для такого горя была, причем серьезная. Настю бросил Толик – ее жених. Бросил неожиданно, подло – за месяц до свадьбы.
Кроме того, Настя была беременна, и срок был приличный, так что вариантов у нее не оставалось.
На четвертый день она уже не плакала, а лежала молча, отвернувшись к стене.
По вызову матери из деревни приехала бабушка – Екатерина Семеновна. Она быстро навела порядок: Настю подняла, отправила умываться, затем накормила и велела все рассказать.
Разобравшись в ситуации, Екатерина Семеновна приняла решение: Настя будет рожать, алименты с Толика следует стребовать в максимальном размере.
– А сейчас собирайся, на лето поедешь ко мне в деревню – подальше от раздражителей и сочувствующих подруг. Тишина, покой, свежий воздух и натуральные продукты – вот что тебе сейчас нужно, – скомандовала она.
Узнав, что родиться должен мальчик, Екатерина Семеновна тяжело вздохнула:
– С одной стороны, хорошо, что пацан – род наш продолжит, фамилию сохранит. А с другой стороны – вы обе такие мямли, что, боюсь, не сможете правильно его воспитать.
Настя родила сына точно в срок. Взяв ребенка на руки в первый раз, увидев, насколько беззащитен этот маленький человечек, она поняла, что именно от нее зависит его жизнь и что она, Настя, должна сделать все, чтобы он был счастлив.
Мать и бабушка удивились переменам, произошедшим с Настей:
– Откуда что взялось? Куда наша мямля делась? Не мать – тигрица, – покачала головой бабушка. – Лишь бы не переусердствовала – от всего ребенка не защитишь.
Мальчика назвали Константином.
– В честь императора Константина Великого, – объяснила матери Настя. – Мой сын обязательно будет знаменитым.
И если Нина Петровна испытывала какую-то неловкость перед знакомыми и соседями из-за того, что ее дочь стала матерью-одиночкой, то сама Настя гордо катала по двору коляску, в которой посапывал ее Костик.
Именно здесь, во дворе, нашел ее бывший жених, который пришел требовать, чтобы она не подавала заявление на алименты.
– Неужели в суд пойдешь, позориться будешь? – спросил ее Толик.
– А с чего ты взял, что быть матерью – это позор? – поинтересовалась Настя. – Обязательно пойду.
Она не стала говорить Анатолию, что еще вчера подала заявление о назначении алиментов.
Константин не разочаровал маму и бабушку. Он был очень способным ребенком: в пять лет уже бойко читал сказки Чуковского и Маршака, а некоторые стихотворные отрывки даже знал наизусть.
С учебой тоже проблем не было. Костя не стал круглым отличником, хотя мог бы им стать, если бы приложил чуть больше старания. Но троек, даже текущих, мальчик не получал – учеба давалась ему легко, учителя были им довольны.
Но одна проблема все-таки была. Если во дворе и в школе Константину быстро «объяснили» правила существования в социуме, то дома он вел себя, словно маленький император.
А мать и бабушка Нина почему-то считали, что он имеет на это право.
– Мальчик воспитывается в неполной семье, но он не должен комплексовать из-за этого, – говорила Настя. – Я обязана компенсировать ему отсутствие отца.
И у Кости всегда были самые интересные игрушки, самые модные вещи, а уж современные гаджеты появлялись у него у первого в классе и во дворе.
Настя работала в бухгалтерии крупного предприятия, получала хорошую зарплату и почти всю ее тратила на сына.
К тому времени, как Костя окончил школу и поступил в университет, ни бабушки Нины, ни прабабушки Кати уже не было. А Настя все так же боялась обделить сына любовью, вниманием и деньгами.
Костя, которому уже было девятнадцать, был уверен не только в том, что мать обязана его обеспечивать, но и в том, что это должно доставлять ей огромное удовольствие, быть ее потребностью.
Он даже подвел под свою точку зрения весьма своеобразную теорию:
– Смысл жизни – продолжение рода, поэтому природа заложила в свои творения родительский инстинкт. Посмотрите, как защищают своих детенышей слонихи или львицы! А самка осьминога, отложив яйца, не отходит от них сорок дней – оберегает от хищников. И все это время не ест, а когда детеныши вылупляются, мать часто погибает от истощения. Поэтому, когда мать заботится о своем ребенке, она делает это для себя. И не надо говорить о каком-то подвиге. Инстинкт – не более! Главное в жизни родителей – спасти детей, сделать их жизнь прекрасной.
Понятно, что, руководствуясь этой теорией, Костя не задумывался, где мама берет деньги, чтобы удовлетворить все его хотелки, и чего ей это стоит.
Он мог спокойно прийти домой и заявить:
– Ма! Мы с ребятами на майские решили в Сочи на три дня слетать. Денежку мне переведи.
Или:
– Мне новый телефон нужен. Сейчас как раз скидка целых семь процентов, так что с тебя всего сто восемьдесят.
Единственная просьба, в которой Настя постоянно отказывала сыну, – это просьба купить ему автомобиль.
– Мама, ну что я, как лox, на метро езжу? Почти у всех моих друзей есть машины! – канючил Костя.
– Сынок, мы с тобой, кажется, договорились: как только ты получаешь права, я покупаю тебе машину, – отвечала Настя.
– Ну, что я виноват, что ли, что этот инструктор такой принципиальный? Теорию я сдал? – Сдал. Причем с первого раза. А на вождении он меня два раза завалил.
Действительно, Костя дважды не смог сдать вождение. Настя, честно говоря, была этому даже рада. Не потому, что ей было жалко денег на машину, просто она очень боялась за сына – на дорогах случается столько происшествий.
В этот день Настя вышла из дома, чтобы забежать в соседний магазин – закончилась сметана. Когда она возвращалась, то увидела, что на стоянке нет ее машины. Она открыла сумочку – ключей от автомобиля не было.
Это означало, что машину взял сын.
Настя схватилась за телефон, хотела позвонить Косте, но передумала: а вдруг он сейчас движется по оживленной магистрали, а телефонный звонок отвлечет его от дороги.
Она пришла домой и весь вечер ждала, когда вернется сын.
Костя пришел около одиннадцати. Он был бледный, через весь лоб протянулась царапина.
– Что с тобой? Ты где был? – бросилась к сыну Настя.
– Мам, у тебя деньги есть? Надо много денег! Я, кажется, человека сбил. Или двоих. Я не понял, потому что выскочил из машины и убежал, – испуганно ответил Костя.
– Господи! Зачем ты убежал? Надо было дождаться полицию! Люди живы?
– Говорю: не знаю. Они сами виноваты – нечего было на дорогу выходить.
– Где это случилось? – натягивая плащ, спросила Настя. – Слушай меня: я сейчас пойду в полицию и скажу, что за рулем была я. А ты сиди дома и не высовывай носа на улицу.
Но взять на себя вину сына Насте не удалось: оказалось, что прямо напротив места ДТП была камера, к тому же двое свидетелей видели парня, который выскочил из машины с водительского места. И анализ крови, оставшейся на внутренней стороне стекла и на руле, тоже подтвердил, что наезд совершил Константин. Два человека, сбитые им на пешеходном переходе, серьезно пострадали. Костю задержали.
На свидании, которое Насте удалось получить, сын требовал от нее заплатить всем, от кого зависит исход дела.
Но больше всего ее поразило то, что почти до конца следствия Костя отказывался признавать вину и утверждал, что за рулем была его мать, что она специально подставила его, своего сына, чтобы самой не оказаться на скамье подсудимых.
Настя уже неделю сидела дома одна. Скоро отпуск закончится, надо будет идти на работу и выполнять рутинные, повседневные дела. Полугодовой отчет, годовой отчет. День аванса, день зарплаты. Зачем? Чтобы получать деньги.
Для кого?
Прошла неделя, а Настя не может ни о чем думать – у нее в голове постоянно крутятся слова, которые бросил ей сын: «Это ты виновата, мама!»
Автор – Татьяна В.