В практической психологии большое внимание уделяется особенностям реакций человека, пережившим травматическое событие. Прежде всего, это связано с высоким уровнем социально-экономического напряжения в обществе, наличием сильно меняющихся условий жизни, высоким уровнем неопределенности. Наличие различных стрессов в жизни является одним из компонентов, управление которым является чрезвычайно сложным, именно поэтому, мы - специалисты помогающих профессий все чаще обращаемся к способам, технологиям, средствам, позволяющих повысить адаптационные резервы личности. В этой статье я хочу рассмотреть (очень кратко), как психологи и психотерапевты, разрабатывая понятие психологическая травма рассматривали данный феномен в различных аспектах:
Баженов Н.Н. - «Аффект ужаса»,
Бегоян А.Н. - Осознанный концептуальный диссонанс,
Ганушкин П.Г. - «Приобретение психической инвалидности»,
Падун М.А. - Разрушение «картины мира»,
Пирогов Н.И. - Травматическая эпидемия,
Ушаков Г.К. - Внутренний конфликт,
Мазур Е.С. - «Реакция личности на происходящий стресс в процессе жизни»,
Винникота Д., Кохута Х., Ференци Ш. - «Психология дефицита»
Хайдеггер М. - «Теория страха»
Трубицына Л.В. «Травма происходит, когда человек подвергается воздействию подавляющего события, которое делает его беспомощным перед лицом невыносимой опасности, тревоги и инстинктивного возбуждения».Менделевич В.Д. «Ситуация в жизни, которая оказала влияние на значимые стороны жизни человека».
Решетников М.М. - Проявление алкоголизма, наркомании, игровой зависимости является формой избегания воспоминаний о психотравмирующих событиях.
Немировский К.Е. - Панические атаки, пограничные расстройства личности, тяжелые неврозы, развитие шизофрении, деперсонализация и другие различные проявления, что уже не является редким явлением в современном обществе.
Колк Б.в.д. - Психотравмирующее событие приводит к реальным физиологическим сдвигам, нарушая работу областей мозга – отсутствует передача физических ощущений и внутреннего понимания у личности, что она жива. Увеличивается выработка различных гормонов стресса, а также происходит перестройка системы: человек становится замкнутый, но при этом контролирующий, видя везде потенциальную угрозу.
Венгерская школа психологии в лице таких исследователей, как Винникота Д., Кохута Х. Ференци Ш. («Психология дефицита»), придерживалась взгляд на травму, как на недостаточный адекватный отклик от объекта в момент бессилия. Немецкий философ-экзистенциалист Хайдеггер М. ввёл свое понятие о травме - теория страха.
Понятие «травма» сравнительно позднее понятие. Оно появилось в научной литературе в до-фрейдовских работах Шарко Ж.М. и Брейер Й. Они показали, что большинство психопатологических симптомов пациентов имеют связь с травмирующими ситуациями, которые вытеснены.
З. Фрейд, изначально базируясь на взглядах Ж.М. Шарко и Й. Брейер, разработал первую психоаналитическую теорию травмы. Затем, претерпевая изменения на протяжении развития психоанализа, он дал ей определение, как неожиданному чрезмерному воздействию, из-за гротескности которого привычные способы функционирования психического аппарата оказываются бессильными и Эго (от лат. “ego” - “Я” - это компонент психического аппарата, ответственный за принятие решений) становится абсолютно беспомощным. При увеличении стимуляции, психический аппарат под нагрузкой прибывающего объема раздражителей в единице времени не может справиться с ними, происходит напряжение внутри организма, такой опыт можно назвать травматическим.
Юнг К. продолжил в своих многочисленных трудах изучать травматогенный эффект бессознательных фантазий, предпосылки их возникновения и воздействия на индивида. Психоаналитик считал, что определённые периоды жизни, в том числе и детство и особенности воспитания в нем, могут оставлять в психике глубокий след, который впоследствии может стать триггером психических заболеваний и патологии. И З. Фрейд, и К. Юнг рассматривали травматические переживания как результат расщепленного переживания Я, предпосылкой которого является тревога, вызванная травмой. В основе невроза находится аффект, связанный с травматическими событиями.
Позже Калшед Д. продолжил изучение данной дефиниции. Из предпринятых исследований Юнга К. автор сделал вывод о множественности травмы. В своей работе психоаналитик столкнулся с очень интересным феноменом: люди, проходившие у него психотерапию, достигали предела своего личностного развития, а дальше, вместо прогресса в терапии, погружались в «компульсивное повторение» прежних паттернов поведения. При этом клиенты испытывали такие чувства как меланхолия, тоска, неудача и отчаяние. Такие пациенты «поделены» внутри себя: одна половина хочет изменений, а другая, более сильная, протестует изменениям. Калшед Д. связывает их поведение с эмоциональной травмой, которую они испытали на себе в детстве.
Профессор Мичиганского университета Блюм Дж. в своей научной работе указывает, что
«…одно время казалось вызывающим предположение, что опыт детства играет решающую роль в формировании личности. Следующим этапом стало изучение психологического воздействия собственно процесса рождения. В настоящее время растет интерес к влиянию на личность внутриутробного периода».
Свою исследовательскую работу, которая основана на нескольких десятках психологических исследований и наблюдений, таких ученых, как Адлер А., Ранк О., Фрейд З., Хорни К. и других, он начинает с представления нескольких психологических теорий, рассматривающих самое начало жизни человека.
Современные зарубежные исследователи, говоря о психотравме, уделяют особое внимание психологическим особенностям детства, тем самым рассматривая весь жизненный цикл личности. Так, представитель иммунологии и нейронауки Наказава Д.Д., изучая вопросы взаимосвязи данных научных категорий в своём научном труде «Осколки детских травм. Почему мы болеем и как это остановить» раскрывает взаимосвязь между негативным детским опытом и соматическим здоровьем во взрослой жизни.
Наказава Д.Д., опираясь на результаты исследований, проведенных Adverse Childhood Experiences Study, ACE, которые доказали, что 64 % взрослых имели негативный детский опыт, а 40 % сталкивались с двумя или более видами травмирующих ситуаций, автор приходит к выводу, что хронический негативный опыт приводит к изменению архитектуры мозга ребенка. При этом искажается экспрессия генов, которые отвечают за контроль выработки гормонов стресса. Происходит запуск гиперактивной стрессовой ситуации на жизнь, которая прокладывает путь к заболеваниям во взрослой жизни.
Все эти данные говорят о масштабной распространенности психологических травм среди детей, а также что, скорее всего, процесс проживания психотравмы у детей часто принимает неблагоприятное течение. Похожий взгляд и у Миллер А., которая считает, что
«…общество пока далеко от принятия и осознания следующего факта: всё происходящее с малышом в первые годы его жизни отразится на среде, в которой он рос и развивался. Рост преступности, наркомании и психические расстройства, по мнению Миллер А., являются проявлением «скрытого в глубинах подсознания опыта первых лет жизни ребенка».
В настоящее время и в отечественной психологии активное внимание уделяется проблеме аномалии личностного развития ребенка. Авторы в данном контексте рассматривают особенности девиантного и делинквентного поведения, обосновывая это с позиции психотравмы.
В трудах Дозорцевой Е.Г. ставится акцент на психической травматизации подростков. Автор приходит к выводу, что девиантные подростки подвержены психологическим травмам. При работе с травматическими переживаниями таких детей должна быть разработана комплексная терапия, так как последствия психологической травмы, как правило, идут в сцепке с органическими поражениями головного мозга. В обществе до сих пор существует мнение, что предпосылки девиантного поведения детей лежат в основе неправильного воспитания и асоциального окружения, а также часто говорят про гены человека. Мало того, что это «своеобразный миф» с одной стороны, так и с другой стороны поведение взрослых, чтобы не брать ответственность за «свой вклад» воспитания детей.
Дети, проходя стадии развития, неизбежно сталкиваются с рисками и опасностями, к которым можно отнести жесткое обращение, смерть близких, развод родителей. Они аккумулирует не пережитые чувства в себе, которые могут вызвать травматические события. У детей нет (недостаточно) опыта и знаний, чтобы выразить заблокированные эмоции, а опора внутри себя не сформирована. Ничего не остается, как выработать свою форму существования и адаптивные способы поведения, чтобы справиться с трудностями и выживать, при этом развиваться и удовлетворять свои потребности. Или, у взрослых, переживших травматическое событие в детстве, может наблюдаться ещё один интересный феномен. В своих трудах о нем говорит швейцарский психолог, психоаналитик, философ - Миллер А.: «Есть мнение, что люди, которые добились успеха и являются гордостью своих родителей должны быть счастливы, и уверены в себе. Правда заключается в том, что действительно, что они легко добиваются успеха, ими восхищаются, но для них самих пользы от всего этого нет никакой, они подвержены депрессиям, часто испытывают чувство душевной пустоты и самоотчуждения, а также ощущение полной бессмысленности своей жизни».
В 1963 г. венгерский врач-психиатр Малер М.С., обратилась в Национальный институт психического здоровья с целью исследовать корни детского психоза. В своих выводах она указала, что предпосылки возникновения нужно искать во «второй середине первого и в начале второго года жизни». Этот период жизни, в котором развивается ребенок получил название «фаза сепарации-индивидуации». Исследователем была поставлена цель приобрести расширенные знания об этом малоизученном периоде развития человека, что в дальнейшем могло бы быть профилактикой тяжелых эмоциональных состояний у индивида.
Маллер М.С. описывала предстоящую опасность психологической травматизации во время процесса сепарации-индивидуации, которая, как и эмоциональная устойчивость, осуществляется под защитой матери. Мать вмешивается в ситуацию и спасает ребенка, если ему угрожает подавлением инфантильный аффект своей интенсивностью. Если ей не удается это сделать, ребенка будут переполнять соматические и недифференцированные аффекты - состояния, лежащие в основе инфантильной травмы.
Психоаналитик Ромашкевич М.В. делает акцент на разнице между естественным, условно нормальным развитием младенца и «насильственно (травматически) гиперстимулированным развитием». Также он отметил, что
«…о младенческом скрытом насилии мы мало владеем информацией, и думаю, пока что боимся узнавать».
Юнгианский аналитик Якоби М. в своём научном исследовании «Стыд и истоки самоуважения» высказывает мнение, что большинство травматических событий с личностью происходит в детстве, последствия которых будут проявляться у человека на протяжении всей жизни. Такие чувства, как стыд и страх стыда не возникают беспричинно и по его мнению – это проявления от пережитых психотравмирующих событий в детстве. Исследовав предпосылки возникновения психологической травмы, М. Якоби сделал заключение, что, если у личности не хватает обычных механизмов защиты психики и возникают переживания, которые вызывают непереносимые душевные страдания, появляется такое понятие как травма...
А как вы думаете, есть ли у вас психологическая травма?
Автор: Родионова Елена Борисовна
Психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru