— Кариночка, с наступающим! Мы к вам! — раздался бодрый голос свекрови из домофона.
Карина замерла с салфеткой в руках. Часы показывали 18:00, до Нового года оставалось всего шесть часов.
— Кто это "мы"? — спросила она, чувствуя, как внутри всё холодеет.
— Я и мальчики! Софийке надо отдохнуть, она же в положении. Открывай скорее, метель на улице!
Карина медленно нажала на кнопку домофона. В голове пронеслось: "Только не это. Только не сегодня". Она посмотрела на идеально накрытый стол, на котором красовались изысканные закуски для романтического вечера вдвоём с мужем. На новенькую скатерть, купленную специально для первого Нового года в их новом доме.
Входная дверь распахнулась, впуская Марию Венедиктовну и двух раскрасневшихся от мороза мальчишек — Петю и Сашу.
— Ой, как у вас тепло! — воскликнула свекровь, стряхивая снег с шубы. — Петенька, Сашенька, разувайтесь аккуратно, видите, какая тут красота.
Карина смотрела, как восьмилетний Петя и пятилетний Саша стаскивают заснеженные ботинки, оставляя мокрые следы на её новом ковре.
— Мария Венедиктовна, вы надолго к нам? — осторожно спросила Карина.
— До утра, конечно! Как же иначе встречать Новый год? Софии нужно отдохнуть, она так намучилась с токсикозом. А у вас тут места много, пять комнат — это не наши двушки!
Карина почувствовала, как краска приливает к щекам. Очередной укол. Да, у них с Димой просторный дом. Дом, на который она копила годами, работая на двух работах. Дом, в который вложила душу, где продумала каждую деталь интерьера.
— Митя знает, что вы приехали в мой дом? — Карина старалась говорить спокойно.
— Это дом Мити, а не твой! И вообще, я мать, имею право навестить сына в праздник. Петенька, не трогай статуэтку!
Поздно. Дорогая хрустальная фигурка, привезённая из последней командировки в Прагу, со звоном разлетелась по полу.
— Ой, — только и сказал Петя, — она сама упала.
— Ничего страшного, — поспешила вставить Мария Венедиктовна, — подумаешь, статуэтка. Вы себе ещё купите, с вашими-то заработками.
Карина сжала кулаки. Опять этот тон. Будто их с Димой достаток — что-то постыдное, будто они не заработали его честным трудом.
— Мальчики, идите в гостиную, там телевизор, — произнесла она. — Мария Венедиктовна, давайте поговорим на кухне.
Свекровь, не снимая шубы, прошла за Кариной. В безупречно чистой кухне всё было готово к празднику: в духовке томилась утка с яблоками, на столе ждали своего часа ингредиенты для любимого Диминого салата.
— Я вижу, ты тут навертела своих новомодных блюд, — окинула взглядом кухню свекровь. — А традиционного оливье и селёдки под шубой нет? Эх, Карина, Карина. Не так надо мужа кормить.
"Дыши глубже", — напомнила себе Карина. За пять лет брака она уже привыкла к подобным комментариям. Но сегодня всё было иначе. Сегодня должен был быть их с Димой вечер.
Из гостиной донёсся грохот и детский смех.
— Мария Венедиктовна, может, вы присмотрите за внуками? — как можно мягче попросила Карина.
— Ой, да что с ними случится? Пусть побегают, дети же! Не всё им с няней сидеть, как Софии. Кстати, о Софии...
Карина приготовилась слушать очередную историю о том, как тяжело живётся её золовке. София, младшая сестра Димы, была любимой темой для разговоров Марии Венедиктовны. Особенно в контексте сравнения с Кариной.
Новый грохот прервал начало рассказа. На этот раз звук был другим — звенящим, с характерным бульканьем разливающейся жидкости.
— Бабуль, а мы случайно уронили это... ну, это... — донёсся голос Пети.
Карина бросилась в гостиную. На полу растекалась лужа оливкового масла из разбитой бутылки, осколки стекла поблёскивали в свете новогодней гирлянды. Саша, испугавшись, забился в угол дивана, а Петя стоял с виноватым видом.
— Я хотел достать конфету с верхней полки.
— Мария Венедиктовна! — Карина уже не скрывала раздражения. — Пожалуйста, займитесь внуками! Они разбомбят мой дом!
— Что ты кричишь? — свекровь наконец сняла шубу. — Подумаешь, масло разлили. У тебя же есть ещё? С твоей-то зарплатой. И вообще! Это не твой дом, а Митин! А то заладила: мой дом, мой дом.
В этот момент входная дверь открылась, и появился Дима.
— О, мама! Какими судьбами? — он выглядел удивлённым, но не расстроенным.
— Митенька! — Мария Венедиктовна расцвела. — А мы вот решили к вам приехать, Новый год встретить по-семейному. София себя плохо чувствует, я забрала мальчиков.
Дима снял куртку и прошёл в гостиную. Увидев лужу масла, он тяжело вздохнул.
— Мам, почему ты не предупредила, что приедешь?
— А что такого? Разве плохо собраться всей семьёй? Вот у людей как бывает: все вместе, весело, душевно. А вы с Кариной вечно отдельно. То работа у неё, то командировки, то ещё что-то.
Карина, вытиравшая масло с пола, замерла. Вот оно. Очередной упрёк, завёрнутый в заботу о семейных ценностях.
— Мария Венедиктовна, мы с Димой тоже семья, — твёрдо сказала она, выпрямляясь. — И иногда нам хочется побыть вдвоём.
— Ой, да будете вы ещё вдвоём! Всю жизнь впереди. А София... Вы знаете, что у неё с Никитой творится?
— Бабуль, мы кушать хотим! — заявил Саша, спрыгивая с дивана.
— Сейчас, солнышко, сейчас что-нибудь приготовим, — засуетилась Мария Венедиктовна. — Карина, у тебя есть пельмени? Детей надо покормить.
— В морозилке, — коротко ответила Карина. — Дима, поможешь мне убрать осколки?
Когда они остались вдвоём в гостиной, Карина прошептала:
— Почему ты не сказал ничего? Это наш первый Новый год в новом доме. Я готовилась, планировала. У меня даже подарок для тебя особенный.
— Милая, но это же мама. И мальчишки. Они же не со зла.
— Дело не в мальчишках. Дело в отношении. "С вашими-то заработками", "С твоей-то зарплатой". Ты слышишь эти постоянные шпильки? И почему она не следит за детьми?
На кухне что-то загремело. Раздался возглас Марии Венедиктовны:
— Петенька, положи это! Это острое!
Карина метнулась на кухню. Пятилетний Саша сидел на столе, болтая ногами, а Петя держал в руках её любимый японский нож.
— Я только хотел помочь бабушке пельмени разделить, — обиженно протянул мальчик.
— Так, всё, — Карина забрала нож. — Мария Венедиктовна, давайте я сама займусь готовкой. А вы пока посмотрите с внуками мультики.
— Вот ещё! Я прекрасно справляюсь. Между прочим, я троих детей вырастила, и ничего, все живы-здоровы. А ты всё командуешь. Может, потому и детей у вас до сих пор нет, что ты только о работе думаешь?
В кухне повисла тяжёлая тишина. Дима, застывший в дверях, побледнел.
— Мам, не надо.
— А что не надо? Правду говорю! Вон, София уже третьим беременна, хоть и живут небогато. А вы всё в своё удовольствие. Дом себе отгрохали, машины меняете. А о продолжении рода подумали?
Карина почувствовала, как к горлу подступает ком. Два года попыток, бесконечные обследования, и заключение врачей: "Нужно ждать и пробовать". Она не говорила об этом свекрови. Не хотела давать ещё один повод для обсуждения.
— София, кстати, звонила, — как ни в чём не бывало продолжала Мария Венедиктовна. — Говорит, Никита опять всё деньги с карты снял и куда-то уехал. Вечно он так. Хорошо хоть квартира на неё записана.
— Которую вы ей подарили, — не выдержала Карина. — Квартира от бабушки, машина от вас, деньги вы постоянно даёте. А потом попрекаете нас тем, что мы сами всего добились.
— Ну вот, началось! — нахмурилась свекровь. — Митя, ты слышишь, как твоя жена с матерью разговаривает? А я ведь только помочь хочу. Думала, порадую вас, приеду, пирог испеку. У меня и продукты с собой.
Она принялась выкладывать из необъятной сумки муку, яйца, банки с вареньем. Карина смотрела, как мука рассыпается по её идеально чистой столешнице, как Саша тянется к банке с вареньем, как Петя пытается поймать катящееся яйцо.
— Мария Венедиктовна, у нас всё готово к празднику. Не нужно ничего печь.
— Это твои модные закуски готовы. А я хочу порадовать сына его любимым пирогом. Митя, помнишь, как я тебе в детстве пекла с яблоками и корицей?
Дима замялся, переводя взгляд с матери на жену.
— Мам, может не сегодня? Карина правда всё приготовила.
— Ах вот как! — в голосе свекрови зазвенели слёзы. — Значит, мать уже и пирог испечь не может? Всё ваша Карина, Карина. А я что, чужой человек? Между прочим, если бы не я, не видать бы тебе, Митенька, образования. Кто ночами подрабатывал, чтобы ты в институте учился? А теперь родную мать даже на Новый год принять не хотите!
В этот момент зазвонил телефон Марии Венедиктовны. На экране высветилось имя Софии.
— Доченька! Как ты? Отдыхаешь?
Карина видела, как меняется лицо свекрови во время разговора.
— Что значит приехал пьяный? А дети где? Ах да, у Карины с Митей. Господи, София, да что ж такое! Нет, сиди дома, я сейчас приеду.
Мария Венедиктовна опустила телефон.
— Никита заявился. Говорит, друзья позвали Новый год встречать, а дома скучно. Представляете? У жены токсикоз, третья беременность, а ему скучно!
Карина встретилась взглядом с Димой. В его глазах читалось понимание: вот она, настоящая причина визита. Свекровь не просто так привезла внуков – она спасала их от очередного скандала.
— Ладно, дети, собирайтесь, поедем домой, — вздохнула Мария Венедиктовна.
— Не надо, — неожиданно для себя сказала Карина. — Оставайтесь. София пусть разберётся с Никитой, а мы присмотрим за мальчиками.
Дима благодарно сжал её руку.
— Правда? — Мария Венедиктовна растерянно заморгала. — Но ты же хотела провести вечер вдвоём.
— Хотела. Но это же семья. Давайте только договоримся: вы занимаетесь внуками, а я – праздничным столом. Идёт?
Свекровь кивнула, впервые за вечер глядя на невестку без привычной колкости во взгляде.
— Мальчики, идите сюда, — позвала она. — Кто хочет сделать бумажные снежинки?
— Я! Я! — наперебой закричали Петя и Саша.
Карина достала бумагу и ножницы. Вскоре кухонный стол превратился в творческую мастерскую. Мария Венедиктовна, увлечённая процессом, рассказывала внукам, как делала такие же снежинки для их папы и тёти Софии.
— А почему папа никогда с нами не делает снежинки? — спросил вдруг Петя.
Мария Венедиктовна замерла.
— Папа занят, милый. У него работа.
— Он всегда занят, — пробурчал Саша. — Даже на мой день рождения не пришёл. Сказал, что дела важные.
Карина, раскладывавшая салаты, замедлила движения. Она часто замечала, как Никита избегает проводить время с детьми, но никогда не вмешивалась.
— Зато у вас есть бабушка! — бодро сказала Мария Венедиктовна. — И тётя Карина с дядей Митей. Правда, Карина?
В этих словах впервые за долгое время не было ни яда, ни упрёка – только просьба о поддержке.
— Конечно, — улыбнулась Карина. — И знаете что? У меня есть отличная идея. Дима, достань, пожалуйста, коробку с ёлочными игрушками из кладовой.
Через полчаса они вчетвером наряжали ёлку. Мария Венедиктовна, забыв о своих претензиях, учила внуков правильно развешивать гирлянды. Дима доставал игрушки, а Карина руководила процессом.
— Ой, смотрите! — воскликнула вдруг свекровь, достав старый стеклянный шар. — Это ещё от моей мамы осталось. Такой же был у нас на ёлке, когда Митя первый раз пошёл в школу.
— Давайте повесим его на самое видное место, — предложила Карина.
Телефон Марии Венедиктовны снова зазвонил. София сообщила, что Никита уснул, даже не дождавшись её возвращения.
— Может, заберёте детей? — неуверенно спросила она.
Мария Венедиктовна посмотрела на внуков, увлечённо развешивающих самодельные снежинки.
— Нет, доченька. Отдыхай. Мы тут... хорошо устроились.
Карина поймала её взгляд и впервые за вечер почувствовала что-то похожее на понимание. Может быть, свекровь не так уж не права насчёт семейных праздников?
До Нового года оставалось два часа. Карина накрывала на стол, когда услышала восхищенный возглас Пети:
— Тётя Карина, а что там в коробке под ёлкой? Это подарки?
— Не трогай! — воскликнула она. — Это сюрприз для дяди Димы.
— А нам подарки будут? — с надеждой спросил Саша.
Карина замерла. О подарках для мальчиков она, конечно, не подумала – не ждала гостей. Мария Венедиктовна поджала губы, явно готовясь выдать очередное замечание о невнимательности невестки к семье.
— Будут, — быстро сказал Дима. — Мы с тётей Кариной припрятали кое-что особенное. Правда, милая?
Он подмигнул жене. Карина поняла намёк – в кабинете хранились подарки для будущих детей, которые они начали покупать, когда узнали о своих проблемах с зачатием. Может, пришло время их распаковать?
— Конечно, — улыбнулась она. — Подождите немного, я сейчас.
В кабинете Карина достала аккуратно упакованный конструктор и набор для творчества. Год назад, покупая их, она представляла, как будет дарить эти подарки своим детям. Но, возможно, сейчас эти игрушки принесут радость Пете и Саше.
Вернувшись в гостиную, она увидела, как Мария Венедиктовна рассматривает фотографии на стене.
— Красивый дом у вас получился, — неожиданно сказала свекровь. — Уютный. Я сначала думала – зачем вам столько комнат на двоих? А сейчас вижу – здесь детская может быть, здесь кабинет. Ты всё правильно продумала, Карина.
— Спасибо, — тихо ответила Карина. — Мы очень старались.
— Знаешь, я ведь часто думаю – вот София третьего ждёт, а живут как придётся. Никита... — она осеклась, посмотрев на внуков. — В общем, я за неё переживаю. Может, потому и срываюсь на тебе. Ты такая успешная, независимая. Всё у тебя получается.
— Не всё, — Карина решилась. — Мы с Димой уже два года пытаемся завести ребёнка. Пока не получается.
Мария Венедиктовна охнула:
— А я-то думала... Господи, сколько гадостей тебе наговорила. Прости меня, дочка.
Это "дочка" прозвучало так неожиданно и искренне, что у Карины защипало в глазах.
— Бабуль, мы есть хотим! — напомнил о себе Саша.
— Сейчас-сейчас, — Карина взяла себя в руки. — Дима, помоги мне накрыть на стол. Мария Венедиктовна, присматривайте за мальчиками, пожалуйста.
За праздничным столом они говорили о разном – о работе Димы, о планах на следующий год, о том, как быстро растут дети. Мария Венедиктовна рассказывала истории из Диминого детства, но теперь в них не было попытки уколоть или принизить невестку.
— А помнишь, Митя, как ты в пять лет решил приготовить мне завтрак? — смеялась она. — Вся кухня была в муке!
— Помню, — улыбался Дима. — Ты тогда не ругалась, только обняла меня и сказала: "Молодец, что старался".
— Правда? — удивился Петя. — А папа нас всегда ругает, если мы что-то разольём или испачкаем.
Мария Венедиктовна погладила внука по голове:
— Ничего, солнышко. Бывает, что взрослые ошибаются. Главное – что мы все друг друга любим.
Без пятнадцати двенадцать они собрались у телевизора. Петя и Саша, уставшие от впечатлений, начали зевать, но упорно боролись со сном.
— Мальчики, — позвала Карина. — Под ёлкой есть кое-что для вас.
Дети бросились разворачивать подарки. Их радостные возгласы заглушили бой курантов.
— С Новым годом! — провозгласила Мария Венедиктовна, обнимая сына. Потом повернулась к Карине: — Спасибо тебе. За всё.
Через год Карина с Димой встречали Новый год в роддоме – их дочка решила появиться на свет именно в праздничную ночь. Мария Венедиктовна привезла в больницу корзину фруктов и самодельные снежинки, которые они вырезали вместе с Петей и Сашей. София к тому времени родила третьего сына, подала на развод с Никитой и начала новую жизнь – устроилась на работу, записала старших мальчиков в спортивную секцию. А Карина, глядя на свою новорожденную дочь, думала о том, что иногда судьба преподносит неожиданные подарки. И пусть прошлый Новый год пошёл не по плану, именно он помог ей обрести настоящую семью – не идеальную, со своими сложностями и проблемами, но родную и любящую.