— Считай, что теперь это наша с тобой квартира, сынок, — сказала Миранда и нажала кнопку звонка. — Привыкай.
— Ты уверена, мама? — ответил Пётр. — Точно знаешь, что делаешь?
— Уверена, — ответила Миранда. — Твоего младшего брата я уже предупредила. Он в курсе наших с тобой планов.
Пётр усмехнулся.
— И когда только ты всё успеваешь, мама? — спросил он.
— А пока мы ехали в поезде, я позвонила твоему младшему брату и всё ему рассказала.
— Стало быть, Павел в курсе?
— Он всё знает.
— А может, напрасно ты ему всё рассказала?
— Его необходимо было посвятить, сынок. Без него это дело мы всё равно не провернём.
— И он одобрил?
— Посмел бы он не одобрить! Я ведь его мать. А ты — брат. Мы оказались в беде. И нас нужно спасать. Как бы ты повёл себя на его месте?
— На его месте, мама, я не поверил бы ни одному твоему слову.
Миранда снова позвонила в дверь.
— Скажешь тоже, сынок, — грустно произнесла она. — Как можно не верить матери?
— Такой, как ты, мама, не то что можно, а нужно не верить.
— Вздор. Словам любой матери нужно верить всегда.
— Нет уж, мама. Уволь. Тебе верить нельзя. Но мне непонятно другое, мама.
— Чего тебе ещё не понятно?
— Вот ты сказала, чтобы я привыкал к этой квартире.
— И что?
— Мы разве здесь надолго? Зачем мне привыкать к этой квартире, если мы собрались её продавать?
— Прежде чем квартиру продавать, мы её оформим на меня. А там видно будет. Может, и продавать не придётся.
Миранда снова позвонила в дверь.
— Почему — на тебя, мама? — возмутился Пётр. — Почему — не на меня?
— Смешной ты, сынок, — ответила Миранда.
— Я, может, и смешной, но не глупый. А вот ты, мама, думаешь про себя, что самая умная?
— Ну хорошо, хорошо, — тяжело вздохнув, ответила Миранда и сердито посмотрела на дверь. — Если ты так хочешь, на тебя мы оформим дачу. Да что они там, уснули все, что ли? — разозлилась Миранда. — Звоню, звоню.
Миранда снова нажала кнопку звонка и на всякий случай постучала по двери ногой.
Дверь открыл Павел.
— Здравствуй, мама, — тихим голосом произнёс он. — Здравствуй, Петя.
— Здравствуй, сынок.
— Здравствуй, брат.
— Проходите.
Миранда и Пётр зашли в квартиру и занесли в неё свои чемоданы.
— Так много вещей? — испуганно произнёс Павел.
— А что тебя удивляет, сынок? — ответила Миранда. — Мы ведь навсегда приехали, я предупреждала.
— Предупреждала, но...
— А где все? Почему, кроме тебя, нас никто не вышел встречать? Где моя любимая невестка? Где мои любимые внуки?
— Дия в магазин пошла, скоро придёт, — ответил Павел. — А твои любимые внуки час назад уехали на выходные к её маме. Вернутся послезавтра.
— Тем лучше, — сказала Миранда. — Успеем ещё раз всё обговорить.
— А ты чего такой грустный, брат? — спросил Пётр.
Павел вздрогнул.
— Да что с тобой? — спросила Миранда.
— Боюсь, — ответил Павел.
— Боишься? — удивился Пётр, с интересом глядя на брата.
Павел жалобно улыбнулся и развёл руками.
— Чего ты боишься, сынок?
— Пять часов назад, мама, ты позвонила мне, — ответил Павел. — И посвятила меня в ваши с Петром хитрые планы. И теперь, мама, я боюсь всего. Даже когда по квартире хожу, оглядываюсь.
— Ну ты даёшь, брат, — весело воскликнул Пётр.
— А если серьёзно, Павел? — спросила Миранда. — Чего ты боишься?
— А если серьёзно, мама, то я боюсь, что Диана, когда узнает, с какой целью вы приехали, рассердится.
— Да плевать на то, что она рассердится, — сказала Миранда. — Сейчас не это главное.
— А что главное? — спросил Иван.
— За нами, можно сказать, стая волков гонится! — ответила Миранда. — Съесть нас хотят. Вот что главное. А ты?
— Сейчас главное — мне помочь, Паша, — сказал Пётр.
— Спасти нужно брата от нехороших людей, Паша, — сказала Миранда. — Вот что сейчас для тебя должно быть главным. Или ты против?
— Я не против. А вот Диана... Думаю, что она не одобрит.
— Я не понял? — разочарованно произнёс Пётр и посмотрел на маму. — Как это всё понимать, мама? Ты же говорила, что всё схвачено, что ты договорилась и Павел на нашей стороне?
— Да я на вашей, на вашей стороне! — воскликнул Павел. — Просто я не знаю, на чью сторону встанет Диана. Вдруг она не поверит, что за вами кто-то гонится?
— Почему не поверит? — удивилась Миранда.
— Да потому что! — воскликнул Павел.
— Ты же поверил, брат? — сказал Пётр. — Значит, и жена твоя тоже поверит.
— Ты что, брат, совсем ничего не понимаешь? — не выдержал и закричал Павел. — Я поверил?! Ты серьёзно думаешь, что я поверил во всю ту галиматью, во всю ту чушь, что говорила мне наша мама?
— А разве нет? — удивился Пётр и посмотрел на Миранду.
— Прекрасно зная её, — ответил Павел, — прекрасно зная тебя, я нисколько не сомневался в том, что всё это выдумано. И выдумано только для того, чтобы напугать Диану и заставить её согласиться на все ваши авантюрные идеи.
Пётр снова строго посмотрел на Миранду.
— Мама? — тихо произнёс он. — Это как понимать?
— Что ты такое говоришь, Павел? — с возмущением произнесла Миранда. — Ты же сам мне по телефону сказал, что веришь каждому моему слову и с радостью нам поможешь.
— Я сказал то, что вы хотели услышать, — ответил Павел. — Но это не значит, что я вам поверил.
— Ну вот я так и знал! — чуть не плача, воскликнул Пётр. — Напрасно только приехали сюда.
— Давай, сын, не будем раньше времени драматизировать, да? — сказала Миранда. — Да, Павел меня раскусил. Но это не значит, что Диана тоже поймёт, что мы вешаем ей лапшу на уши. Она ведь не знает, что мы с тобой ещё те аферисты.
— А вдруг поймёт! — закричал Пётр.
— Вот и я того же опасаюсь, — сказал Павел.
— Ну с чего, — недоумевала Миранда, — с чего она поймёт? Диана ведь не знает нас с Петром, как знаешь ты, Паша. Короче, когда она вернётся, с ней разговаривать буду я. А вы молчите. В крайнем случае, только поддакивайте. Поняли?
— Поняли, — ответили братья.
— Вот и славно, — сказала Миранда. — Да где там Диана-то? Скоро она вернётся?
В это время дверь открылась, и в квартиру вошла Диана.
— О! — радостно воскликнула Миранда. — А вот и Дианочка. Здравствуй, любимая. Здравствуй, доченька. А мы только что приехали и о тебе говорили. Сто лет жить будешь.
Увидев в прихожей гостей, Диана обрадовалась.
— Уже приехали? — весело произнесла она. — А вещей-то сколько! Чемоданов! Надолго, что ли?
— Надолго, — ответила Миранда.
— Ну и хорошо, что надолго, — сказала Диана. — Проходите, устраивайтесь. Павел, покажи гостям их комнаты. Через час ужинать будем. Это хорошо, что вы надолго приехали.
Диана ушла на кухню.
— После ужина поговорим с ней, — сказала Миранда. — А до тех пор ведите себя так, как будто ничего не случилось.
Ужинали на кухне. После ужина прошли в гостиную. И разговор начался.
Говорила в основном Миранда. Пётр и Павел только иногда подтверждали слова матери. Весь разговор длился что-то около часа. И всё это время Диана молчала. Когда всё было сказано, все с интересом посмотрели на Диану.
— Итак, — уверенно произнесла она, когда поняла, что и как нужно говорить. — Подведём итог. Я правильно поняла, Миранда Тимофеевна, что вы и ваш старший сын Пётр решили приехать ко мне навсегда, потому что в вашем родном городе вы оказались в очень затруднительной ситуации?
— Нам угрожают очень серьёзные люди, Дия, — сказала свекровь. — Очень серьёзные.
— Да-да, Миранда Тимофеевна, вы говорили. Пётр начал своё дело на деньги, которые взял у этих людей. Но дело у Петра не пошло. А долги отдавать было нужно. И в результате вы остались ни с чем.
— Эти люди забрали у нас всё! — сказал Пётр. — И квартиру в Питере, и дачу в Комарово.
— Комарово, насколько мне известно, — это ведь Курортный район Петербурга? — уточнила Диана. — И земля там на вес золота.
— Всё так, Диана, — грустно ответила свекровь. — И теперь у нас нет ни квартиры в Питере, ни дачи в Курортном районе. И при этом мы ещё остались должны этим людям.
— Да-да. Вы говорили. Остались должны примерно столько же, сколько у вас уже забрали. И поэтому вы решили приехать ко мне и к Павлу в Москву.
— Ну а куда нам ещё было ехать-то? — спросил Пётр.
— Кроме вас, у нас больше нет родственников, — ответила невестке Миранда.
— Понимаю. А чем вы собираетесь заниматься в Москве?
— Я собираюсь начать в Москве серьёзное дело, — ответил Пётр.
— Такое же серьёзное, как в Питере? — уточнила Диана.
— Нет, Дия, — ответил Пётр. — Всё намного серьёзнее. И поэтому в Москве я собираюсь начать более серьёзное дело.
— А вы, Миранда Тимофеевна? — спросила Диана.
— А что я?
— Чем собираетесь заниматься здесь?
— Видишь ли, в чём дело, Дия, — ответила Миранда, — чтобы Пётр смог здесь начать своё дело, нужны деньги. И деньги немаленькие.
— Вы это уже говорили, Миранда Тимофеевна.
— Говорила. Но я не сказала тебе, где именно мы собираемся достать эти деньги.
— Наверное, вы хотите попросить их у серьёзных людей в Москве? — спросила Диана.
— Нет, Дия, — ответила Миранда, — мы решили больше не связываться с серьёзными людьми. Ну их. Они слишком жадные, что в Москве, что в Питере. Гораздо лучше будет, если мы начнём наше дело на деньги семьи.
— Чьей семьи?
— Нашей, Дианочка, нашей семьи! — восторженно ответила Миранда.
— Не понимаю, — сказала Диана и посмотрела на мужа.
Павел жалобно улыбнулся, развёл руками и посмотрел на маму.
— Ах, Дия, — пришла Миранда на помощь сыну, — да что же здесь непонятного. Мы возьмём эти деньги у тебя. А через год мы не только рассчитаемся с долгами серьёзным людям из Питера, но и тебе всё вернём.
— А сколько вам нужно денег?
Миранда назвала сумму. Диана рассмеялась в ответ.
— Шутить изволите, Миранда Тимофеевна, — сказала она. — Да откуда же у меня такие деньги?
— А твоя квартира, Дия! — ответила Миранда. — А дача под Москвой! Если это всё продать, получится именно та сумма, которая и необходима для того, чтобы мы могли начать наше большое, семейное, очень прибыльное дело. Вот ты спросила меня, чем я собираюсь здесь заниматься? А я приехала только затем, чтобы помочь тебе продать и квартиру, и дачу.
— Дело верное, Диана, не сомневайся, — добавил Пётр.
— Вижу по твоему лицу, Дианочка, что ты сомневаешься, — сказала Миранда.
— Никаких сомнений, Миранда Тимофеевна, — уверенно ответила Дия. — И если мой муж не возражает, то я с радостью продам и квартиру, и дачу, чтобы вы начали здесь наше общее дело. Правда, в квартире зарегистрированы наши дети. Но их можно зарегистрировать у моих родителей. Я уверена, что они не станут возражать.
Диана посмотрела на мужа. Павел молчал.
— Павел? — спросила Диана. — Почему ты молчишь?
Павел вздрогнул.
— А что я должен ответить? — жалобно ответил он.
— Ты согласен, чтобы я продала квартиру и дачу? Одно твоё слово — и я сделаю так, как ты скажешь.
— А при чём здесь я, Диана? — жалобно ответил Павел. — Это же твоя квартира. И твоя дача. Решать тебе.
— Сын мой! — возмущённо воскликнула Миранда. — Ты что такое говоришь?
— Да, брат, как тебя понимать? — воскликнул Пётр. — Откуда эта неуверенность? Бери пример со своей жены!
— Вправе ли я решать за Диану? — оправдывался Павел. — А вдруг у вас ничего не получится? Вдруг ваше дело не принесёт ожидаемых плодов?
— Наше дело принесёт ожидаемые плоды, сын! — строго сказала Миранда. — Если кое-кто не будет в этом сомневаться. И на твоём месте, сынок, я бы сейчас не затягивала разговор. Да?
— Нет, мама, я так не могу, — решительно ответил Павел. — Мне не по себе от всего этого. А потом вы меня обвините в том, что у вас ничего не получилось.
Я не хочу брать на себя ответственность. Пусть Дия сама решает. Вот как она решит, пусть так и будет. А меня в эти ваши дела не впутывайте, мне и так жить страшно.
Все вопросительно посмотрели на Диану. А Диана смотрела на мужа, его маму и брата и думала, как они выкрутятся и что ещё придумают, чтобы забрать её квартиру и дачу.
— А чего вы на меня смотрите? — с усмешкой ответила Диана на жадные взгляды родственников мужа. — Я своё слово уже сказала. Добавить нечего. Если Павел сказал «нет», значит, нет. И закончим на этом разговор.
— Нет, Диана, — быстро и громко произнесла Миранда. — Не закончим разговор. Подожди немного. Я поговорю с сыном, и, вот увидишь, он согласится.
Миранда посмотрела на Павла.
— Сынок, — сказала она, — помнишь, когда ты был маленьким, и я, и твой брат постоянно приходили тебе на помощь, когда ты оказывался в затруднительной ситуации.
— Я помню, мама.
— А знаешь, почему мы так делали?
— Почему?
— Потому что и я, и брат твой Пётр — мы оба любим тебя.
— Я тоже вас люблю, мама. Но я...
— Вот и докажи, что ты тоже нас любишь, — строго произнесла Миранда, — иначе мы с твоим братом обидимся. А ты знаешь, что бывает с теми людьми, на которых мы обижаемся.
— Я знаю, мама.
— И каково будет твоё решение, брат?
— Я согласен! — решительно заявил Павел. — Диана, можешь смело продавать квартиру и дачу.
— Ты уверен?
— Уверен. У мамы и брата всё получится. Не сомневайся.
— Через год, Дианочка, я куплю тебе квартиру вдвое больше той, которая у тебя есть сейчас, — сказала Миранда.
Диана задумалась. Все с нетерпением смотрели на неё и ждали, что она скажет.
— Что скажешь, Дианочка? — спросила свекровь.
— А что здесь скажешь, — ответила Диана. — Надеялась, что мой муж окажется честным человеком. Но и он меня предал.
— Я тебя не понимаю, Диана, — сказала Миранда.
— А чего здесь понимать, Миранда Тимофеевна, — ответила Диана. — Когда пять часов назад вы позвонили Павлу, наши сыновья прослушали ваш разговор и записали его.
— Им всего по одиннадцать лет? — удивилась Миранда. — Как они смогли?
— Смогли, Миранда Тимофеевна. Это у них сейчас такие развлечения. Всё прослушивают. Всё записывают. Осваивают новые технологии наблюдения. Когда вырастут, хотят быть сыщиками.
— А почему я ничего не знал? — воскликнул Павел.
— Чего не знал? — не поняла Диана.
— Что наши дети играют в такие игры и хотят быть сыщиками. Почему ты мне не сказала?
— Не хотела тебя расстраивать, — ответила Диана. — Ты ведь у нас такой впечатлительный. Да и что бы ты сделал?
— Я бы запретил им заниматься подобными вещами!
— Ага. Запретил бы ты. Так они тебя и послушали бы. Короче. Они дали мне прослушать записанный ими разговор. И выяснилось, что никакой проблемы у вас нет, а вы просто хотели завладеть моим имуществом. И тогда я решила отправить детей к своим родителям, чтобы посмотреть на то, как вы здесь будете меня уговаривать вам помочь.
— М-да, — тихо произнесла свекровь.
— Не задача, — согласился с ней Пётр.
— И что теперь будет, Дия? — испуганно спросил Павел.
— Что будет? — вздохнув, ответила Диана, подходя к мужу, беря того за воротник рубашки и поднимая с кресла. — А ничего особенного не будет.
Сначала из квартиры выскочил муж, за ним — его брат, а следом — их мама.
А следом за его мамой Диана начала по очереди выбрасывать из квартиры чемоданы свекрови и её старшего сына Петра.
— Не ушиблись, Миранда Тимофеевна? — запыхавшись, поинтересовалась Диана, когда выбросила третий чемодан.
Выброшенный из квартиры очередной чемодан прогромыхал по ступенькам и застыл у ног свекрови, которая к тому времени сбежала на один лестничный пролёт вниз и, стоя рядом с сыновьями, испуганно смотрела на невестку.
— Я вас предупреждал! — испуганно произнёс Павел. — Теперь вы понимаете, чего я опасался? У неё не все дома!
— Успокойся, сынок, — сказала Миранда. — Я уверена, что всё образуется.
— Что образуется, мама? — поддержал младшего брата Пётр. — Ты посмотри, как она себя ведёт?
— Просто для Дианы эта новость была неожиданной, — ответила Миранда, отскакивая в сторону от приземлившегося рядом следующего её чемодана. — Когда она её переварит, успокоится.
В конце концов, Павел уже двенадцать лет её муж. И у них двое сыновей-близнецов. И Павел зарегистрирован в её квартире. Так что, сынок, выгонять его она не имеет никакого права.
Что разволновалась чуть-чуть — так это понятно. На её месте я, наверное, тоже бы разволновалась. Так что можешь не сомневаться, скоро она пустит его обратно.
— А как же мы, мама? — воскликнул Пётр.
— И нас тоже пустит. Вот увидишь.
— Ты уверена?
— Не сомневаюсь.
В это время Диана выкинула из квартиры очередной чемодан.
— Чемоданы вот только жалко, — сказала Миранда. — Новые ведь. Неделю назад только купила.
— Волчья стая за ними гонится, — говорила Диана, выкидывая из квартиры следующий чемодан.
— Что ты творишь?! — закричала в ответ Миранда. — По тебе учреждение плачет. Будешь и дальше так себя вести, сдам тебя туда.
— Изыди! — крикнула в ответ Диана и выкинула следующий чемодан.
— Сама сгинь! — кричала свекровь.
Пётр принимал чемоданы и аккуратно ставил их рядом.
Павел закрыл глаза и прижался к стене. Очередной чемодан больно ударил его по ноге, и Павлу хотелось плакать.
— Господи, если бы я только знал, чем всё это закончится, — тихо шептал Павел, — если бы я только знал.
— Чего ты там вздыхаешь, сын? — спросила Миранда. — Чего знал?
— Никогда бы не согласился на эту вашу авантюру, мама. Никогда.
— Возьми себя в руки, тряпка! — строго сказала Миранда. В это время по лестнице съехал вниз последний чемодан.
— В какие ещё руки, мама? — воскликнул Павел. — Неужели ты не видишь, что всё кончено? Диана меня не простит!
В это время Диана выкинула ботинки и верхнюю одежду Павла и Петра.
— За остальными своими вещами, Паша, придёшь завтра, — сказала Диана. — Миранда Тимофеевна, Пётр Ермолаевич, моё почтение. Извините, если что не так.
Павел грустно подобрал свои вещи с пола и начал одеваться.
— Что сыновьям скажешь, когда они домой вернутся? — крикнула Миранда, завязывая сыну шнурки на ботинках.
— Правду скажу, — ответила Диана.
— Какую ещё правду? — недоумевала свекровь.
— А что, больше нет у них ни отца, ни дяди, ни бабушки! — ответила Диана и уже собралась захлопнуть дверь.
— Без отца детей оставила! — кричала Миранда. — Дети тебя не поймут. Не поймут и не простят.
— Они — будущие сыщики, — ответила Диана. — Так что они поймут. И всё, что сегодня здесь произошло, это они мне посоветовали сделать. Если бы не они, я бы вас даже на порог не пустила. Но дети попросили испытать их папу. И их папа испытания не прошёл.
Павел ещё на что-то надеялся. Но Диана так и не пустила его обратно. До развода Павел снимал комнату. А когда они с Дианой развелись, он уехал в Питер к родственникам. © Михаил Лекс. Пожалуйста, поставьте лайк, поделитесь и подпишитесь, чтобы не пропустить новые истории. Благодарю.