Ноябрь выдался снежным и холодным. После слякотной грязной осени девственный снег накрыл белоснежным ковром разномастные крыши и деревянные заборы, выровнял все неровности на дорогах, приукрасил дома. Еля выглядывала из окна больничной палаты, с завистью наблюдая, как мимо скользили гружённые сани, как проезжали машины и стремительно текла жизнь, оставляя её в стороне. Весёлые румяные доярки шумными стайками с полными авоськами возвращались из магазина. Столько дел её ждёт дома, а она уже вторую неделю лечится. Стоит человеку захворать, как он отматывает время назад и понимает, каким же счастливым он был, но не осознавал этого.
Скрутило её неожиданно. В тот день она подменяла Галину, которая после долгожданного новоселья обустраивала жизнь в новом доме. Резко разболелась голова, охватив металлическом обручем виски. Еля, схватившись за голову, тяжело опустилась на скамейку, превозмогая боль и тошноту, она едва додоила группу из сорока коров. Её внезапная болезнь напугала всех: и свекровь, и мужа, а больше всего саму Елю. У неё и раньше болела голова, но такой приступ случился впервые. Утром, когда стало совсем невмоготу терпеть Еля пошла к врачу.
Я открыла канал на Телеграмм. Нас там очень мало. Там кроме романов я публикую сюжеты о поездках, шопинге, путешествиях. Кто желает со мной поближе общаться-добро пожаловать на Телеграмм канал https://t.me/dinagavrilovaofficial
Больница находилась в самом центре совхоза, рядом с магазинами и столовой. Не надо добираться на попутках к врачу в Михайловку или Кош-Елгу как в родной деревне. За это Еля воздавала хвалу небу и сестре Тане, что надоумила переехать в этот передовой совхоз. Ещё повезло, что главным врачом работала соседка, крепко сбитая молодая женщина с ярким румянцем на тугих щёках. Она жила в роскошном доме, они иногда с мужем запросто приходили к ним париться в новую баню, и дети их вместе играли. Женщины между собой обычно говорили по-татарски. В народе говорят: «Самый сладкий язык – родной язык»
Заиля Касымовна померила давление, послушала сердце и сказала:
-Что вы хотите, Елена Никифоровна, это всё от ваших переживаний. Надо полежать в больнице. Мы вас пронаблюдаем. Возьмём анализы, укольчики поделаем и всё будет хорошо.
-Не знаю, как там мои без меня справятся. -переживала Еля.- Две коровы надо доить.
- Вы ещё женщина молодая, думайте о своем здоровье, а не о коровах. Всем нужна здоровая жена и мама.
У Заили было много общего с Елей. У неё тоже была «сборная» семья. Она с сыном вышла замуж за вдовца с двумя детьми-подростками, а потом родила ещё общего ребёнка. С новым мужем и его многочисленной роднёй она отмечала Рождество, красила яйца на Пасху и ходила на кладбище на Троицу. Его сын и дочь ещё совсем недавно лишились любимой мамы, тихо угасшей после тяжёлой и неизлечимой болезни. Боль утраты ещё не зажила, поэтому они не приняли мачеху. Ей пришлось потратить много сил и терпения, чтобы дети хоть немного оттаяли душой, чтобы муж-начальник, который был её старше на несколько лет и привык командовать, принял её сыночка. Заиля ласково и терпеливо входила в эту семью. У Заили тоже было большое хозяйство, она держала гусей, утят и свиней, и как остальные смертные, доила корову и полола грядки.
Еля всё равно переживала, что столько дел надо сделать, а она тут без дела лежит. Хорошо, что за бюллетень платили сто процентов, стаж работы у неё непрерывный с семнадцати лет.
После процедур Еля устраивалась на кровати и писала письма. Времени теперь у неё было много, мыслей тоже. Сердце болело за взрослых дочерей, хотелось их предостеречь от ошибок, устелить им дорогу соломкой. Она писала Люде, чтобы берегла здоровье и подольше кормила грудью сына. Материнское молоко-самое ценное. Думала, как она там одна справляется и на работу ходит. Тяжело ей одной с ребёнком. Даша наконец-то вселилась в общежитие, одной проблемой меньше. Ей тоже надо валенки послать, чтобы в морозы не форсила. Пока только Инна устроена, и квартира есть, и деньги платят, и даже ездит в профилакторий.
Егор навещал жену каждый день. Он приходил, садился в тамбуре на деревянную скамью и ждал, когда выйдет Еля. Многое хотелось сказать ей. О том , как скучает, как тяжело ему без неё, и столько забот и хлопот с детьми. Но говорил он мало, будто жалея слова:
-Когда же тебя выпишут? Дом без тебя пустой.
-Уже лучше. Уколы помогают. Заиля Касымовна обещала к концу недели выписать.
-Тебе что -нибудь принести вкусного?
-Нас тут кормят очень хорошо, четыре раза в день. На столе всегда салат из варёной свеклы, в полдник дают яблоко или кефир. Вчера даже апельсины были. Мне нравится кефир.
В субботу можно в баню сходить, если голова болеть не будет.
Егора подбодрили слова жены. Если разрешили в баню, значит она идёт на поправку и скоро вернётся домой.
Каждый день после школы забегали Юрик и Митенька. Ася успевала к маме позже. Она, пытаясь развеселить маму, рассказывала подробно, как прошли уроки, сколько пятёрок и четвёрок она получила.
После лечения Еля почувствовала облегчение, жизнь снова заиграла новыми красками. Какое счастье быть здоровой. Первым дома её встретил младшенький. Антошечка румяный, весь в снегу, с заледенелыми штанами, бросил корыто, на котором он катался с горки и бросился к матери.
-Мама! Мама! Ты больше не будешь болеть! -он крепко обнял за шею, прижался к ней и долго не отпускал.
-Не буду, сынок, - Еля прослезилась.
Милые дети, самое дорогое, что у неё есть.
Еля ходила по дому, с удовольствием ступая по деревянному полу и вдыхая запах берёзовых дров в печи. Она полюбила новый дом, так же, как и свой первый, который они подняли вместе с Фёдором. Иногда она представляла, как Фёдор увидит, в каком прекрасном доме живут его дети. Не выбросишь из памяти совместные годы. Хочешь-не хочешь, а Фёдор всегда останется в её памяти. Еля обошла прибранные Асей комнаты, посмотрела с радостью чистые белые стены, которые больше не сырели. Ещё раз похвалила себя за то, что выложила голландку, в которой весело горели дрова в спальне Марии.
-Ани, как здоровье? Устала одна справляться?
Мария облегчённо вздохнула. Ох и тяжело без невестки, но бодро сказала:
-Работы много, но я теперь живу как королева. Печь в спальне натоплю, так тепло, так хорошо. Внучата у меня золотые, помогают в сарае и дома.
Она хозяйничала дома и на летней кухне. С утра затапливала три печки, шлангом набирала воду в огромные чаны на летней кухне, отваривала картошку для поросят, заваривала мешку для кур, гусей.
Летняя кухня стала теперь её рабочим кабинетом. Здесь стояла небольшая кровать, стол, деревянная лавка для кухонной утвари. В большой русской печи Еля выпекала хлеб для всей семьи. Всегда там было тепло и уютно.
Еля собрала посылки для всех своих дочерей. Старшей отправила пуховую шаль, валенки, варенье и свиной рулет. Пока мороз стоит, они не испортятся. Люде тоже собрала посылку с засушенным гусём и маленькими валеночками для Алёши. Бабушка связала малышу и Люде шерстяные носочки и варежки. Даше кроме домашних гостинцев и валенок положила моток белой шерсти.
На ферме Елю ждали с нетерпением, когда она выйдет из больницы и даст им выходные по графику. У всех накопились неотложные срочные дела.
Еля руками разрабатывала тугие соски первотёлки, когда услышала рядом голос управляющего Сан Саныча.
-Елена Никифоровна, мы вас очень ждали. На вас одна надежда. Наша лаборантка увольняется и уезжает в город. Я надеюсь, вы сумеете её заменить.
Сан Саныча уважали работники, считали толковым и справедливым. Еля за время работы тоже сделала вывод, что ей повезло с начальством, всегда выслушает, найдёт решение. Но сейчас категорически отказала:
- Я никаких химикатов не знаю. Анализы брать не умею.
- Ты у нас ответственная, сообразительная. -настаивал управляющий. -Пару дней с лаборанткой вместе поработаешь, посмотришь и всему научишься.
-Может кого другого возьмёте?
-Я на тебя рассчитываю. Ты всё сумеешь. Каждый не справится. Надо всё-таки хоть какое-то образование или опыт иметь …
Животноводческий комплекс состоял из трёх корпусов. Лаборантка брала анализы молока у каждой коровы, во всех трёх корпусах. Она вела отчётность, сколько литров молока даёт каждая корова и какой жирности.
Еля поделилась с сестрой Таней неожиданной новостью:
-Сан Саныч предлагает мне перейти в молочный блок в лаборантки.
-Апа,(сестра, чув.,) ты справишься. Ты же работала на складе, с отчётами ты работала.
-А ты сама не хочешь лаборанткой?
-Нет. Я ещё не все рекорды поставила, -отшутилась сестра. -А тебе после больницы надо работу полегче.
Еля продолжала сомневаться. Вечером за ужином она посоветовалась с мужем.
-Работа, конечно, полегче, но оклад шестьдесят пять рублей.
Егор горячо поддержал жену. Он видел, с каким трудом даётся ей работа.
- Тебе надо беречься. Всех денег не заработаешь. Доить коров очень тяжело. Это хуже каторги.
Он это почувствовал на своей шкуре, пока жена лежала в больнице. Они вдвоем с сыном Юриком доили двух коров, два раза в день. Намучился он сильно. Легче яму копать или косить, чем сидеть под коровой, особенно Атаман давала ему прикурить. То лягнёт его, то ногу окунет в ведро.
Еля раздумывала долго. Поначалу все эти анализы и пробирочки казались ей делом мудрёным. Она дотошно пролистала «талмуды» с отчётностью по трём корпусам, вместе с лаборанткой принимала анализы, мыла пробирки, заносила данные в толстый журнал. И с трепетом приступила к работе в молочном блоке.
Путеводитель по каналу. Все произведения
роман "Ты лучше всех" начало
роман "Мачеха" начало
повесть "Поленька, или Христова невеста" начало