Гунны были первыми выходцами из Восточной Азии, кто вошел в контакт с европейцами. Все источники поздней античности в один голос уверяют: в битве они были столь страшны, что их слава шла впереди них, а потому их противники предпочитали бежать или покоряться.
Вместе с тем, непривычная внешность не являлась частью их демонического образа. Римские авторы концентрируются на описании их варварских обычаев, но не упоминают о том, что у них были необычные лица. Что касается кагана Аттилы, то его описание можно трактовать двояко. И нигде не говорится, что он отличался от римлян или германцев чем-то особенным.
В настоящее время считается установленным, что европейские гунны являются выходцами из империи хунну, сформировавшейся в степях к северу от Китая за пару веков до н.э. Но их государство недолго было ограничено Монгольским плато, а очень скоро распространилось на запад. Где на тот момент проживали кочевники иранского происхождения, близкие родственники хорошо известных нам скифов.
Именно успешные завоевания привели к распаду великой державы, и в течение 1-2-х веков н.э. гунны были изгнаны или покорены. Часть из них стала подданными Поднебесной, другие вошли в состав своих победителей – древних монголов, третьи мигрировали в Среднюю Азию, а потом в Европу.
Янь Шигу, китайский историк 6-го века писал, что из всех западных варваров гунны выглядят наиболее своеобразно, ибо у них лазурные глаза. Но в данном случае имеются ввиду те потомки этого побежденного племени, что жили на прежней территории иранских кочевников и веками смешивались с ними.
Что касается кланов, ушедших в Европу, то они были выходцами из Центральной Монголии, где взаимодействовали собственно хунну, а также древние тунгусо-маньчжуры, монголы и тюрки. У них преобладали восточноевразийские генетические линии, и эти люди были монголоидными.
Тем не менее, прежде чем совершить решительный рывок на запад, изгнанники кочевали в Средней Азии несколько сотен лет. Почти наверняка к ним присоединились местные кланы, говорившие на тюркских, енисейских, иранских и уральских языках, став частью одной степной конфедерации. То же самое происходило, когда они пришли в Европу.
Двух столетий было достаточно, чтобы хунну изменили свой облик, став теми, гуннами, которых мы знаем. Вероятно, ко времени битвы при Каталаунских полях большинство окружения Аттилы имело усредненную европейскую внешность, тогда как он сам и немногочисленная элита все еще сохраняла монгольские черты.
Правда, по его единственному описанию, оставленному готским историком Иорданом, сложно судить об этом. «Он был невысокого роста, с широкой грудью и большой головой; глаза у него были маленькие, борода жидкая и с проседью; нос плоский, лицо смуглое», - традиционно эти слова интерпретируются, как доказательство его монголоидности. Но плохо растущая борода, маленькие глаза и небольшой рост и у европейцев бывают.
Поэтому есть мнение, что внешность Аттилы не вызывала у римлян и готов сильного шока. Прежде всего, потому, что он был похож на современных жителей Средней Азии. Вроде узбеков или туркмен, большинство из которых не сильно смахивают на монголов.
Косвенно это подтверждает Аммиан Марцеллин – известные ему гунны делали надрезы на своих щеках в детском возрасте, чтобы в зрелости у человека не росла борода. Вряд ли это могло потребоваться монголоидам, которые из человеческих рас «самые безбородые».
Впрочем, тот же автор упоминает, что «… члены тела у них мускулистые и крепкие, шеи толстые, чудовищный и страшный вид, так что их можно принять за двуногих зверей или уподобить тем грубо обтесанным наподобие человека чурбанам…» У монголоидов и их потомков несколько иные пропорции конечностей – вот почему европейцы считали странным их телосложение.