Ржевская битва остаётся в памяти народной (сначала, конечно - в методичках пропагандистов) как изнурительный 14-месячный мясной штурм, в ходе которого Жуков и Конев гнали толпы безоружных красноармейцев - на ощетинившийся пулемётами лесисто-болотистый укрепрайон. Отчасти это действительно так, но лишь отчасти.
Замечание, с которым постоянно взвиваются мои оппоненты: да не было никаких безоружных бойцов, с черенками от лопат и половинками кирпичей, поменьше смотри "Утомлённые солнцем"! Сказал же Твардовский:
Даже сетовать неловко, при такой, чудак, судьбе:
У тебя в руках ВИНТОВКА! Две ГРАНАТЫ при тебе!!!
.
Но дело в том, что когда вы толпою бежите 800 метров перепаханным полем на пулемётный дзот, то винтовка оружием как таковым не является, это скорее бесполезный предмет в руках. С тем же успехом вы можете сжимать черенок от лопаты, или резиновую куклу, или насадить одно на другое. Результат вашего забега будет одинаков.
Против пулемётного дзота оружием является - танк; ему пулевой обстрел нипочём, подъедет вплотную и из пушки в упор - бабах! Но у немцев есть противотанковые орудия, фаустпатроны, гранатомёты и мины, отчего и танк тоже становится, в данной ситуации бесполезным и недолговечным предметом на поле боя.
Тут надо тяжёлыми ФАБами с бомбардировщиков, всё проутюжить сначала, подавив систему обороны. Но у немцев есть ПВО (зенитки и истребители), а вообще, как ни начинаешь читать в литературе, так практически всегда: "в день наступления стояла густая облачность, отчего авиация не могла работать по целям". Всегда!
И потому, единственным адекватным оружием в той ситуации - была бы тяжёлая артиллерия: 200 стволов на километр, долгими методичными обстрелами всё сравнять с землёй, после чего спокойно заходит пехота с танками и заполняет пространство. Но дворянин Воронов, командующий артиллерией РККА, ещё в самом начале войны увёз все тяжёлые орудия за Волгу, ссылаясь на то, что наши отступают слишком быстро (это правда), артиллерию приходится бросать (в том числе и потому что он, Воронов, не обеспечил её адекватными средствами тяги), она достаётся врагу. Увёз с лета 1941 от греха подальше, и она вступила в бой лишь осенью 1942, из-за Волги, когда немцы к Сталинграду подошли. А так, все наши легендарные наступления 1942 года (в Крыму, под Харьковом и Ленинградом, в Мясной Бор и подо Ржевом этим) проходили без артиллерийской поддержки. Результат знаете.
Но сегодня не о наступлениях
Я уже сказал, что эти представления о Ржеве как о нашей наступательной операции "в целях срезать немецкий выступ" - верны лишь отчасти. Посмотрите как верно сказал другой поэт:
Под Ржевом и ночью, и днем не смолкали сраженья
А враг был одет и обут, и силен, и жесток
Под Ржевом сжималось, сжималось кольцо ОКРУЖЕНЬЯ
И наши от пуль и от голода падали с ног
.
Тут ведь сначала можно понять так, что голодные и раздетые (и, как выше сказано, безоружные) бойцы РККА пытались в отчаянных атаках с палками на пулемёты - сомкнуть кольцо окружения, отрезав немецкий выступ. Помните, "сходящимися ударами правого крыла Калининского фронта с севера и левого крыла Западного фронта с юго-востока". А оказывается, не совсем: окружали-то не те и не тех:
Под Ржевом в кровавой, свинцовой, сплошной круговерти
Не дрогнули славные дети родимой земли
Рванулись в прорыв окруженья Долиною Смерти
И в этой долине бессмертье свое обрели
Так кто на ком стоял? Потрудитесь изъясняться яснее!
Тут легче всего пояснить сразу в свете Эффективной Истории. Напомню, вся так называемая Великая Отечественная война - представляла собою геноцид совейского народа, организованный монархистами (проникшими в военно-политическое руководство СССР и высшее командование РККА), в целях нанести невосполнимый ущерб Соловецкой Власти, обеспечив её крах, и восстановление Российской Империи на принципах монархии, образца "до 1917 года". Своеобразная месть народу за Геволюцию, загнать обратно в стойло, и больше никаких революций.
Ещё перед войной обеспечив Противостояние неравного оружия между вермахтом и РККА (вплоть до, как сказано выше, отсутствия артиллерийских тягачей: формально артиллерия как бы есть, не подкопаешься, но наступать на укрепрайоны, дидам почему-то предстояло с голым понтом), наши полководцы в течение 1941 года загоняли армию в многочисленные так называемые "котлы", где её легче всего уничтожить: многие в котлах сами загибаются от голода и без медикаментов, тем более - подвоза боеприпасов, и выходят сдаваться - сотнями тысяч человек. Как в Киевском, Вяземском, Уманском, Бердянском, Брянском, Белорусских и прочих "котлах". Особенность которых в тот период: РККА в целом откатывалась на восток, но делала это неравномерно: одни части отходили под натиском лучше вооруженного и маневренного противника, а соседним Жуков выдыхал в трубку "стоять насмерть", пока они не оказывались в полном окружении.
Но вот наступил 1942 год. Достигнув Химок и Яхромы, продолжать эту практику с отходами на восток уже не было смысла: цель Организаторов заключалась не в победе Германии, а именно в ослаблении СССР, после чего немцам надлежало уехать обратно домой, а СССР продолжал бы жить, но уже совсем другой - как Криптомонархия, уже без реальной Совейской Власти (а с 1991 года - и без формальной даже). Поэтому практика отступлений на московском (центральном) направлении прекратилась, война в целом как бы пошла обратно на запад, а сами "котлы" начали создавать по другой технологии. Советским войскам ставились наступательные задачи; противник на данном участке, по сговору "наверху", расступался и проседал - и вот уже наши целые армии у него в тылу. После чего за наступающими захлопывался коридор, и мы снова имеем готовый классический "котёл". Сначала им запрещали разворачиваться и прорываться назад, требовали продолжать контрнаступ, а когда было уже поздно - ладно, прорывайтесь, без оружия и без патронов - через пулемётные заслоны.
Так не называемые Ржевские "котлы"
Историки делят Ржевскую Битву на несколько отдельных, частных операций, обычно приводят 4 крупных и несколько мелких. Возьмём самую первую и самую крупную, первую из четырёх - Ржевско-Вяземскую стратегическую наступательную операцию весны 1942 года (строго говоря, историки определяют её рамки с 8 января по 20 апреля, но в реальности последние из её "котлов" были зачищены аж в августе). В остальных операциях точно так же создавались "котлы", когда наступающие на Ржев - вклинились и были отрезаны, но мы начнём (и сегодня закончим) с одной этой.
В рамках этой операции, 8 января 1942 года перешёл в наступление Калининский фронт (отсюда и дата её начала): "своим правым крылом с севера нанёс удар силами 11-го кавалерийского корпуса и двух общевойсковых армий - 29-й и 39-й". Чуть позже, "Западный фронт своим левым крылом нанёс удар с востока и юго-востока на Вязьму, силами 1-го гвардейского кавалерийского корпуса, 4-го воздушно-десантного корпуса, и 33-й армии генерала Ефремова".
Итак, названы три армии, и ещё отдельные три корпуса - а это тоже соответствует ещё одной армии (в армии по штату - три корпуса), то есть четыре армии. Но две из них (29-я и 33-я) попали в окружение не полностью, а чуть более чем половинками. И кое-кто, особенно прибившиеся потом к партизанам кавалеристы и десантники, смогли в том или ином количестве пробиться из окружения к середине лета, как сказано выше. Можно поэтому считать, что имеем "котёл" на три армии, то есть равный Изюм-Барвенковскому, уступающий только Киевскому и Вяземскому осени 1941 года (по 4-5-6 армий, кажется). Но сравните как мало раскручен в литературе Ржевский "котёл" по сравнению с этими, и с гораздо меньшими другими котлами (в знаменитом Уманском, например, было две армии, в остальных чаще всего 1-2 армии).
О судьбе одной из них, 33-й армии генерала Ефремова, я докладывал буквально позавчера. Она попала юго-восточнее Вязьмы, и в значительной степени погибла как в "котле", так и в ходе запоздалой по вине Жукова попытки прорыва из него. Рядом с ней, но изолированно от неё, были в окружении кавалерийский и десантный корпуса, которые летом вырвались к своим, с несколько меньшими потерями.
29-я армия была окружена одной из первых; затем прорывалась "долиной смерти" в расположение соседней 39-й армии, которая поначалу была в чуть лучшем состоянии. Я подозреваю, что процитированные выше строки песни - именно о ней, поскольку у остальных было несколько иначе, без чётко выраженных "долин смерти", а скорее просачивание через родные скрепные леса и болота, в значительной мере безуспешно. А из 29-й, прорывавшейся именно по узкому простреливаемому коридору, вышли только 5,2 тыс. чел, а заходили - несколько десятков тысяч:
И, наконец, 39-я армия вместе с соседним 11-м кавалерийским корпусом - держалась довольно долго - почти до августа, но зато потом была зачищена абсолютно вся без остатка, в ходе немецкой карательной операции "Зейдлиц". Причём, вместе с нею попали под замес части ещё несколько соседних армий, номера которых я не привожу; они должны были удерживать коридор, но он сомкнулся вместе с ними.
Так закончилась эта история.
В свете сегодняшних событий, нельзя не вспомнить и песню Михаила Матусовского (или Матусевского?):
Я слышу оркестра воинственный гром,
Сменяемый хриплым напевом,
И только жалею, что в Сорок Втором
Не всех их добили под Ржевом.