При высокой физической или когнитивной нагрузке – например, после тестов, требующих напряженной эмоциональной динамики, – человек зачастую начинает жульничать с собственной диетой.
Хорошо помню интервью одного из чемпионов по бодибилдингу: он очень красочно описывал нешуточные страдания во время так называемой сушки перед соревнованиями. Для уменьшения процента подкожного жира до минимума ему приходилось вести жесточайший учет калорий, практически исключив из рациона углеводы.
И вот в один прекрасный момент он отправился в магазин, чтобы прикупить себе обычной качковской еды: куриных грудок и консервированного тунца. Проходя мимо отдела с выпечкой, он почувствовал дразнящий запах свежего хлеба. И тут случился некий провал в сознании, дальше – с его слов – действовал уже не он. Спортсмен пришел в себя перед кассой, когда он уже успел за пару минут проглотить шесть сдобных булочек и почти доедал седьмую.
Свобода воли она такая.
Описаны исследования игр, в которых правила выигрыша меняются по ходу действия, но игроки об этом не знают и должны делать ставки, ориентируясь на текущие обстоятельства. В контрольной группе игроки выбирают оптимальную стратегию, даже если они не в состоянии объяснить новое правило. Мозг «сам» решает, что нужно сделать, но сознание не понимает – почему.
Мы реагируем конформистски и в духе повиновения с поразительной быстротой: мозгу обычного человека требуется меньше 200 миллисекунд для фиксации того, что группа выбрала ответ, отличный от того, что дал он, и 380 мс – для активации определенного контура, предсказывающего смену мнения. Наши мозги - мозги социального животного - устроены таким образом, чтобы помочь нам встроиться в коллектив меньше чем за секунду и никакого сознания нам для этого вовсе не нужно.
Одно дело, когда решения принимаются на автомате, поскольку они стали ежедневной рутиной. Другое — когда совершается действие, последствия которого могут убить. Разве можно сделать подобное, не обдумав наперед хорошенько? Мы наблюдали что-то похожее в случаях героических поступков, к примеру когда человек, выскочив из парализованной ужасом толпы, бросается в горящее здание спасать ребенка. Если его спросить: «О чем вы думали, когда прыгали прямо в пламя?» В ответ чаще всего звучит: «Я вообще не успел ничего просчитать. Я вдруг обнаружил, что уже внутри горящего дома».
В одном из сел Нижегородской области женщина переходила реку по деревянному мостику. Как выяснилось после, вода за ночь поднялась, сломала несколько досок и перила. Женщина заскользила по обледеневшим доскам и упала в реку. Крики о помощи услышал 22-летний Алексей Слюняев. На ходу сбросив одежду, он бросился в воду и вытащил женщину, которая оказалось врачом и лечила его с детства. Когда после совершившего подвиг смельчака спросили: «О чем вы подумали, когда бросались в ледяную воду?», он ответил: «Да ни о чем не подумал, я сначала прыгнул в воду и только потом понял, что делаю».
Труднейшие моральные решения с легкостью принимаются при включении нейробиологического автоматизма. Подобные сюжеты героизма встречаются повсеместно: человек, рискуя жизнью, бросается на помощь, повинуясь первому, интуитивному порыву, а до размышлений дело даже не доходит.
Продолжение следует...
А пока вот по этой ссылке вы можете скачать книгу по основам контрэволюционной психологии — нового практикоориентированного направления.
Задавайте вопросы о том, что вам интересно, и подписывайтесь на канал!