— Я тебе задал вопрос, ответь мне.
— Чего ты прицепился-то?
— Варвара, — от тона Алекса я чуть не усмехнулся. Точно задела.
— Не смей меня трогать, — поцедила девушка.
— Сколько тебе лет?
— Двадцать, — прошипела Варя дикой кошкой, явно не желая меня будить. — Отпусти.
— Врешь, — цедит Алекс не так тихо, он-то знает, что я не сплю. — Откуда у тебя пятилетний ребенок?
— Ему не пять, а три. Отпусти.
Решаю, что хватит с меня интригующих историй на сегодня, поэтому, чтобы не смущать Варю, тянусь, будто просыпаюсь, и встаю. Видно, по красным лицам обоих, что я не вовремя, но если друг бросал на меня досадливый взгляд, то Варя явно была благодарна.
— Я подежурю, — бросаю я, выползая из ямы-пещеры.
— В этом нет необходимости, — говорит Варя просительным тоном, — наоборот, привлечете хищников.
— Все равно не усну, так что хоть с дичью позабавлюсь, — отмахиваюсь я.
— Ты не ответила, — за моей спиной Алекс снова начинает на нее наседать. Похоже, спать сегодня никто не будет.
Хочется закурить, да только на задании это практически то же самое, что повесить себе на лоб мишень.
Потому обхожу периметр и начинаю делать разминку. Чтоб меньше думать.
Удачи мне в этом.
Варя напоминает мне мою Малышку. Такая же бойкая, бесстрашная и смелая.
Господи, пусть с Кирой все будет в порядке. Я готов на все, только бы с Малышкой все было хорошо. Пусть будет с другим, но живая и счастливая.
Господи, я никогда тебя ни о чем не просил, но сейчас умоляю, пусть она вернется ко мне живая и невредимая. Отдай мне то, что уготовил ей. Пусть это ничтожество не сможет причинить ей вреда. Позволь мне найти ее, позволь спасти. Умоляю.
Впервые, с тех пор как мне исполнилось десять, и я перестал верить в то, что мама за мной вернется, я молился. От всего сердца и до слез в глазах.
Сердце в груди ныло. Тоска по ней и ужас оттого, что Кира не в порядке, убивали меня.
Никогда ни к кому так не относился, никого так не любил. И никогда не чувствовал себя настолько беспомощным. Она где-то там, одна, во власти конченого наркомана, который может выкинуть все что угодно, и я не могу ничего сделать. Даже на шаг не приблизился к ней. Чувствую, будто трепыхаюсь на одном месте, как в болоте, в которое сам же и угодил.
Я не смогу жить, зная, что ничего не сделал. Не смогу жить без нее.
Прошла целая вечность, прежде чем из пещеры вылезла Варя, а за ней и недовольный Алекс.
— Ты не разбудил, — пробурчал он больше для проформы.
Было еще темно, но мы двинулись в путь. Солнце стояло в зените, когда наконец Варя остановилась.
— Мы почти дошли, — предупредила она тихо. — Лес там резко кончается, и на несколько километров голый участок, — Варя посмотрела на меня. — Подумала, вам будет это важно, — пожала она плечами. — Там две пятиэтажки и восемь домов. Он тусовался в том, что из красного кирпича с черными окнами, — она перевела дыхание. — Второй этаж, но он мог занять любой, потому что здесь давно никто не живет, даже животных не осталось.
Сердце бьется в горле от надежды, что эта тварь здесь. Что я нашел Малышку и могу спасти.
— Останься здесь, — приказал Алекс Варе, — спрячься где-нибудь, — на что девушка демонстративно громко фыркнула, но все-таки осталась.
Хорошо, что Варя предупредила нас о поляне, так что мы быстро двинулись в обход, подстраховывая друг друга.
Здание определили быстро. Еще на подходе к нему я заметил белый и очень странный трос, свисающий с окна.
«Черт возьми, что она делает?» — успел я подумать, когда увидел женскую фигурку, вылезающую из окна.
Кира. Малышка. Это она!
У меня дыхание перехватило и сердце замерло в груди, когда я понял, что она спускается с окна по простыне. Она не достает до земли. Господи.
Но, прежде чем я успел, приказав Алексу прикрывать меня, добежать до нее, она уже упала с приличной высоты и не двигалась.
Что же ты творишь, Малышка?
Я не могу ее сейчас потерять, только не когда только нашел. Господи, это несправедливо.
***
Сава
Кира лежит без сознания.
Господи, какая же она маленькая и похудевшая. Роман ее что, голодом морил?
Увидев ее перевязанную руку, прихожу в ужас. Кажется, она ее сломала.
Желание узнать, где эта тварь, что причинила ей такую боль, сметается желанием унести отсюда Киру, туда, где она будет в безопасности. Он все равно от меня никуда не денется.
— Вызывай вертушку, — приказываю я Алексу, поднимая Киру на руки, сейчас не до конспирации.
Невесомость Киры вызывает во мне безумное, до дрожи, желание распороть себе грудь и спрятать ее там от всего мира. Странное и пугающее чувство.
Несу ее на поляну, но в последний момент меняю направление, ближе к кромке леса. Не хочу давать Новикову шанс нас пристрелить, если он вдруг вернется или прячется где-то в лесу.
А он вернется, в этом я почти уверен.
— Периметр чист, — отзывается Алекс. — Вертушка на подлете. Она в порядке?
— Я бы так не сказал, — шепчу я, убирая с лица Киры волосы. — Она справится. Она сильная, — неосознанно шепчу я, пытаясь поверить в это сам. Малышка не воин, хоть и смелая, как никто.
— Ты прав, она сильная, — приводит меня в чувство голос Алекса, и я наконец осознаю, что все это время говорил в рацию. — Я вызвал парней, чтобы проверить территорию, прятаться уже смысла нет, — продолжает он. — Постараемся перехватить его.
— Его здесь нет. — Поднимаю голову, встречаясь взглядом с Варей, которая тихо вышла из-за дерева. — Он бы уже дал о себе знать.
Я с ней согласен. Проверяю пульс Малышки. Сердце ее бьется тихо, но сильно. Она просто без сознания. Скорее всего, шок от боли или удар головой вызвал сотрясение. Неизвестность меня убивает.
— Ты дождись Алекса, — прошу я Варю, помня, что и о ней должен позаботиться.
Молча держу Малышку на руках. Несмотря на желание прижать ее к себе сильнее, сдерживаюсь, боюсь причинить ей боль. Я не знаю, какие у нее еще могут быть травмы, не видные с первого взгляда.
Выдыхаю, услышав характерный звук вертолета.
— Присмотри за Варей, — напоминаю я Алексу. — Отвези ее к Роману и еды не забудь дать.
— Да все я понял, — отрезает он недовольно.
Знаю, что он выполнит приказ, и потому спокоен.
Летим недолго, до ближайшей больницы. Не желаю размыкать рук, снова оставлять ее, но ей нужна помощь, которую я оказать не в силах. Положив Киру на каталку, замечаю, что ее штаны порваны. От осознания, что это значит, потемнело в глазах. Он надругался над ней? Господи, нет. Но факты говорят об обратном.
Киру увезли, и мне осталось только стоять, уткнувшись в дверь, за которой они скрылись. Саданул пару раз кулаком по стене, оставляя кровавые разводы. Он ее трогал. Он прикасался к тому, что принадлежит мне. Я убью его за это.
За что ты с ней так? Господи! За что?
Сколько времени я, как раненый зверь, не находящий себе места, мотаюсь по узкому коридору, не знаю, но вечность спустя наконец на пороге появляется доктор. Ну или кто-то похожий на него. Мне все равно.
— Как она? — от моего тона сухопарого докторишку затрясло. — Отвечай.
— С ней все будет хорошо, — заикается он. — Пока мы еще ждем результаты анализов, но она будет в порядке, это точно. Ничего критического не случилось. Сломаны пальцы, и несколько ушибов и царапин.
Что для него «критическое», интересно?
— Она ударилась головой, — сообщаю я вместо вопроса, который хочу задать. Не могу выдавить из себя эти слова, просто не могу.
— Да, ей сейчас делают МРТ, — уже более уверенным тоном отвечает доктор, — вы не переживайте, все будет хорошо.
Как бы я хотел в это верить!
— Я хочу ее увидеть, — требую я, но тут же осекаюсь. — Хотя нет. Когда она придет в себя?
Не смогу смотреть ей в глаза, зная, что не убил того, кто сделал это с ней. Я должен его уничтожить.
— Этого пока я сказать не могу, все будет зависеть от ее состояния, — тараторит врач, но я уже его не слушаю.Игорь. Ему я могу доверить ее безопасность.
— Мне нужна твоя помощь, — говорю сразу, как только друг поднимает трубку.
— И тебе здравствуй, — уверен, он злится, но мне сейчас не до этого. — Ты, как всегда, в своем репертуаре…
— Кира ранена, — перебиваю я его. — Ты должен за ней присмотреть. Только тебе я могу ее доверить.
— А сам, интересно, куда? — тон Игоря становится суше.
— Я все объясню, когда приедешь.
— Так это мне нужно… — начинает он, но я не даю ему продолжить:
— Я же сказал, что она ранена и сейчас в реанимации, — злюсь я.
— Говорить надо чётче. Похоже, ты не в себе, сбрось адрес, сейчас буду.
Стены давят, но отойти от двери, которая разделяет нас с Малышкой, не могу. Только увидев в дверях Игоря, начинаю дышать, позволяя мозгу получить кислород и наконец начать работать.
— Ты уверен, что ранена она, а не ты? — спрашивает Игорь, подходя ближе. — Выглядишь хреново.
— Присмотри за ней, — выдавливаю я из себя.
— А ты куда? — спрашивает Игорь таким тоном, что становится понятно: он не отступится.
— Парни его сейчас выслеживают, я к ним, — уточнять, кого я имею в виду, не нужно, Игорь и так все понял.
Заставляю себя подняться. Ноги как стопудовые гири, будто не желают уносить меня отсюда.
— Давай я к ним, — предлагает Игорь, — ты плохо выглядишь.
— Со мной все в порядке, — отрезаю я, хоть и понимаю, что в лесу Игорь ориентируется лучше меня, но мне нужно сделать это самому. Убить эту тварь.
— Хорошо, — соглашается Игорь. — Она как?
— Много сказали, ничего не сказав, — отмахиваюсь я. — Если не вернусь к тому моменту, забери ее к себе.
— Хорошо. Держи меня в курсе, — хлопает он меня по плечу.
— Я возьму твою машину, — предупреждаю я, и Игорь молча отдает мне ключи.
Тяжело переставляя ноги, я ухожу.
— Его там нет, — сообщает Алекс, когда я уже на полпути к поселку. — Выставили часовых, но вряд ли он вернется. Слишком нашумели.
Он, конечно, прав, но и поступить по-другому я в тот момент не мог. Кира была важнее его поимки.
— Я забыл, когда тебе в часть? — спрашиваю я, обдумывая план дальнейших действий.
— А я тебе разве не сказал? Я теперь под командованием Романа, так что полностью свободен, — выдает Алекс веселым тоном.
— Ты ушел из подразделения? — переспрашиваю я, не желая в это верить. — Кто с тобой?Знаю, что мои парни в одиночку не ходят.
— Марат, Стим и Сеня.
Ну конечно, кто бы сомневался. Ну хоть не всех у Виктора увели.
— Забыл про Валида, — напоминаю я.
— Не забыл, — не соглашается Алекс. — Как и про тебя. Ты же понимаешь, что тебе обратно путь заказан, даже если и Краснова уберем, о тебе будут помнить, как о нарушителе приказов и ушедшем в самоволку. Нет, конечно, Прохоров тебя отмазал, но, сам понимаешь, такое тебе точно не забудут.
Я молчу. Алекс прав.
Жалею ли я? Нет. Повторись все снова, я сделал бы тот же выбор.
— Встретимся у Романа, — отключаюсь.
Хочу крови и боли своих врагов. Маньяк внутри меня требует мести, и его уже ничто не остановит.
Не доезжая, заворачиваю в лес. Машину оставляю далеко и иду пешком до дома Романа. Лишний интерес никому не нужен.
— Отличная идея — бросить машину в моем саду, — поддевает меня Роман, стоит мне только переступить порог. — Сам додумался или кто подсказал?
— Не парковать же ее у тебя во дворе, — возмущаюсь я. — Тем более она принадлежит другу. Его сюда лучше не привлекать.
— Твои тебя уже заждались, — кивает Роман в сторону узкого коридора, что ведет в его тайную комнату.
— А ты, я смотрю, времени зря не терял? — усмехаюсь я. — Под шумок и моих парней привлек, да и мне местечко приготовил, — следую я за Романом.
— Кто-нибудь знает, за что я терплю этого засранца? — спрашивает Роман у парней, которые, увидев меня, начинают галдеть.
Здороваются. Я тоже рад их видеть, ровно до того момента, пока мой взгляд не цепляется за Валида.
Черт. И сам не понял, как мой кулак заехал в его улыбающееся лицо.
Парни тут же зажали меня в кольцо.
— Какого черта? — бубнит Валид, придерживая кровоточащий нос. — Ты чего?
— Это я должен тебя спросить, какого черта? Тебе что, девок не хватало, что ты на девушку друга покусился? — ору я, пытаясь вырваться из рук расслабивших свои хватки парней. — Мы же братья.
— Ты что, охерел, что ли? Что ты несешь? — кричит Валид, в ужасе вытаращив на меня глаза. Даже нос перестал держать, таким шокированным он выглядит от моих слов.
— Не играй со мной, придурок, — не ведусь я. — Если уж отбил, то должен был костьми за нее лечь, а не бросать, когда ей нужна была помощь, — толкаю Алекса, который попадается под руку. — Где ты был, пока мы ее спасали?
— Что он несет? — Валид разворачивается в сторону Романа, который спокойно все это время наблюдает за нами.
— Он просто глупый осел, да еще и с богатой фантазией, — выдает Роман совершенно спокойным тоном. — Влюбленный мужик как слепой козел, которого нужно вести за бородку, — чешет он затылок и объясняет Валиду. — Он увидел одно, понял другое и подумал третье. Сомневаться в собственной женщине, а еще и в своем, как ты сказал?.. — уточняет он у меня. — «Брате», — вспоминает и без моей подсказки.
Я не могу понять, что тут происходит, но явно что-то не то.
— Не достойно лидера, на мой взгляд, — качает Роман головой, продолжая выказывать недовольство.
— Может, ты уже прекратишь говорить загадками? — зло выдает Алекс. — Нам тут, понимаешь ли, совсем не весело. Что он понял не так? О, погодите-ка, это, часом, не из-за того случая, когда он телефонами швырялся? — Алекс вдруг разворачивается ко мне. — Точно! Я говорил тебе, что Кируша не такая, — его кулак летит мне в нос, но я успеваю уклониться. — Ну ты и придурок.
— Я ничего не понимаю, — перевожу взгляд от Алекса к Роману. — Объясни.
— Пока тебя не было, Кира работала со мной над одним своим проектом. Я говорил, что она гений? — спрашивает Роман и, клацнув по кнопке, вытаскивает на экран схему, данные и картинки.
— Что это? — тычу я в монитор.
— Терпения, — требует Роман. — Это маячок. Точно такой она вживила в телефон Арсения. Он работает на основе структурированного ДНК и частотных…
— А можно человеческим языком? — встревает Алекс. — Что это?
— Боже, перед кем распинаюсь, — качает головой Роман. — Это то, что невозможно отследить, но с помощью чего можно точно определить, жив человек или ранен, а также его точное местоположение.
— Ого, — выдает Марат. — Она точно умная.
— Хорошо, что вы это поняли, — издевается Роман. — Так вот, мы пытались вживить его в тело Валида. Кира говорила, что нужно в руку, но я немного поспешил, и мы имплантировали чип ему в шею. В тот день, когда ты якобы что-то там видел, — говорит Роман, глядя на меня, — у Валида пошла реакция на материал, из которого был сделан чип, и Кира первая это увидела, — заканчивает он. — Мы тут экстренно его спасали в тот момент.
— Этого не может быть, — качаю я головой, не соглашаясь с ним, — я видел…
Замираю на полуслове. Я не мог так ошибиться!
— Помешался на ней так, что уже глюки ловишь? — поддевает меня Алекс. — Надо бы тебе еще разок врезать.
Я слушаю его вполуха.
— Валид пришел перед заданием проверить данные с чипа и пожаловался, что у него кожа чешется. Естественно, Кира пришла в ужас, увидев, что там у него творится. Она предупреждала меня, но я, старый пень, решил, что умнее ее, — продолжает объяснять Роман. — Что бы тебе там ни показалось, ничего такого не было. И «брат» твой, Валид, невинен как ангелочек.
Дикий ужас смешивается внутри меня с таким же бешеным чувством радости. Она моя. Моя Малышка. Хочется все бросить и кинуться к ней. Обнять, приласкать. Как же я по ней соскучился!
Как топором по голове, перед глазами предстает ее порванная одежда. Я не найду покоя, пока не убью эту тварь.
Кира. Малышка моя. Я все исправлю. Обещаю.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Сокол Яна