В продолжение темы о медицине на борту я хочу вспомнить здесь некоторые случаи, в которых я непосредственно оказывал помощь.
Когда я только стал старшим помощником, мне практически с первого же рейса в должности пришлось столкнуться с травмами на борту. Здорово тогда помогли курсы оказания медицинской помощи и медицинского ухода, пройденные в Дании.
Моим первым пациентом стал практикант - крупный парень, который катал полные масла бочки, наклонив их. При остановке бочки на месте, он не рассчитал момент и указательный палец попал аккурат между верхними ободками двух бочек: стоящей и накатываемой. Крышки этих бочек имеют по краям зажимные зубцы, о которые палец и был глубоко порезан.
После обработки и дезинфекции раны, порез я заклеил специальным медицинским клеем, наложил повязку, и отправил пациента отдыхать. Наблюдал его ежедневно, меняя повязку и промывая рану. Поскольку судно шло из Малайзии в Штаты (Ньюарк), на рентген его удалось отправить только в США. Оказалось, что у него на верхней фаланге четыре глубокие трещины, которые начали заживать. Поскольку процесс был уже на глубокой стадии, и фаланга под моей повязкой оказалась собрана почти правильно, врачи не стали пересобирать косточку.
Вообще, травмы пальцев являются самыми распространёнными на борту. А следующими за ними идут инородные тела в глазу.
Был у меня один и тот же пациент трижды на двух разных судах: дважды с мусором в глазах и один раз с вылетевшей из зуба пломбой. И если первую песчинку из глаза я ему просто вымыл физраствором, то вторую металлическую опилку пришлось выковыривать из нижнего века, а потом глаз лечить тетрациклином и наблюдать неделю.
С пломбой же попроще. На борту в аптечке имелись готовые растворы для пломб в вакуумных упаковках. Промыл и высушил зуб, установил ему временную пломбу, заложив раствор и закрыв сверху "коронкой" из фольги. Так он и проходил с этой времянкой почти месяц, пока не попал к стоматологу в Сингапуре.
Однажды на переходе из Суэца в Танжунг Пелепас обратился ко мне моряк с жалобой на желудок. По описанию классический запор. Запросив совета от береговой медслужбы, я и лечил его по их рекомендации от запора. Однако лучше ему не становилось, он перестал есть и хожить по малой нужде. Низ живота у него стал твёрдым, а в брюшной полости появились болевые ощущения. Сделав быстрый анализ мочи, я отослал результаты медикам. Уже через час врач на берегу принял решение доставить пациента в ближайший порт максимально быстро - подозрение на аппендицит. А мы аккурат на выходе из Баб эль Мандеба в Аденский залив - справа Джибути и Сомали, слева Йемен: где бы его лучше прооперировать?.. Пошли в Оман, сделав крюк в 400 миль.
Успели вовремя. Когда пришли, он сам уже идти не мог, выгружали на носилках на буксир. Сразу в госпиталь и на операцию. Врач сказал, что еще сутки он мог не пережить.
Раз столкнулся с малярией. Причем в стадии развития к церебральной малярии. Новоприбывший в Гане моряк, видимо подцепив укус москита по дороге на судно, через сутки начал галлюцинировать и носиться по судну с Библией, изгоняя чертей. Холодный пот, бешеные глаза, общее лихорадочное состояние при высокой активности физически крепкого человека. Седативный препарат помог на пару часов, хотя доза была рассчитана на успокоение часов на 6. Также сразу начали давать противомалярийный препарат. Периодически он приходил в себя, утверждал, что все понимает, но галлюцинации его слишком реальными кажутся. Выгрузили в Дакаре. Позже узнал, что излечили человека.
Ну и под конец статьи о вывихе коленной чашечки на пустом месте. Худощавый молодой человек в тяжёлых сапогах поднимался по вертикальному трапу и на верхней ступеньке почувствовал острую боль в правом колене. Для меня это был первый подобный случай. Я связался с береговым врачом, он мне подробно описал процедуру вправления. Оказалось легче легкого потянуть и вправить. Сложнее было удержать пациента от паники. Но все равно после вправления выгрузили его в Дурбане для дальнейшего обследования на предмет внутренних повреждений.
Это, конечно, не все случаи в моей практике, а лишь некоторые. В общем и целом, доктором я не стал и не стану, но бояться оказания первой помощи давно перестал.