При словах "Советско-финская война" почти у всех всплывут в памяти образы конфликта 1939–1940 годов. Бункеры линии Маннергейма, гаубицы в заснеженных лесах, танки, идущие по льду озёр… Однако история вооружённых конфликтов страны суоми и СССР куда шире и разнообразнее. Финляндия была полноценным участником Гражданской войны в России, а позднее новое государство энергично пыталось отторгнуть у Советов значительные территории.
История финского государства берёт своё начало в 1917 году. Однако приписывать признание независимости княжества большевикам было бы большим допущением, поэтому начнём с начала XX века.
Великое Княжество Финляндское
Как известно, Финляндия вошла в состав Российской империи на правах великого княжества, связанного с Россией династической унией, т.е. являлась в сущности отдельным государством со своими органами власти, таможней, полицией, календарём, одно время даже со своей армией.
В рамках Российской империи Финляндия пользовалась широкой самостоятельностью — Петербург мало вмешивался в её дела, ограничиваясь контролем за внешней политикой и требованиями лояльности. Въезд в княжество был затруднён на государственном уровне, а дипломы российских государственных учебных заведений в нём не признавались. Оно имела даже свою собственную валюту (марки), привязанную к российскому рублю.
Жители Финляндии пользовались во всей Российской империи теми же правами, что и коренные россияне, но при этом не несли многих обязанностей. Коренные же россияне были в Финляндии на правах иностранцев. Вот это несправедливое положение и взялись устранить два последних русских царя, в особенности Николай II.
Не любя конституций, Николай II 3 февраля 1899 году издал указ, согласно которому он имел право лично устанавливать законы в Великом княжестве Финляндском, без утверждения финляндского сейма (последний, впрочем, давно уже не собирался). В 1900 году появился закон, по которому русский язык объявлялся одним из государственных языков Финляндии. Все государственные учреждения Финляндии обязаны были вести делопроизводство не только на шведском и финском языках, но и на русском.
Следует заметить, что этот закон вовсе не отменял два других языка и не устанавливал верховенство русского языка над шведским и финским. Поэтому называть этот акт «русификацией Финляндии», как то до сих пор принято в исторической литературе, абсолютно неправомерно.
Фактически порядок управления Финляндией не изменился и не создал её населению никаких материальных тягот. Но моральное давление, безусловно, имело место и создало напряжённость в отношениях с Россией.
Экономический подъём в Финляндии продолжался и в начале XX века (в 1885 было 4333 промышленных предприятия с 38 075 рабочими, к 1905 соответственно 9054 и 107 828); валовая продукция промышленности возросла со 117 млн. марок в 1885-м до 392 млн. марок в 1905-м. Если в 1897 в княжестве было 623 акционерных общества с капиталом в 170 млн. марок, то в 1910 – 2214 обществ с капиталом в 551 млн. марок. Тогда же проникает и расширяет влияние в экономике германский капитал.
Развитие капитализма привело к сдвигам в классовой структуре финского общества: увеличилось число безземельных (в 1900 – 48% всего сельского населения), пополнявших ряды пролетариата. Свыше 200 тыс. семейств составляли к началу 20 в. пролетарские и полупролетарские слои деревни (торпари, «бобыли», батраки), на долю которых приходилось около 1/2 посевных площадей, в то время как 29 тыс. крупных, главным образом кулацких, хозяйств располагали свыше 1/2 посевных площадей. Эмиграция населения, главным образом в США, составила в 1896–1910 свыше 190 тыс. чел. (при населении 2656 тыс. чел. в 1900).
С началом русско-японской войны радикальные группы финских националистов получили финансовую помощь от японского правительства через полковника Акаси и закупили оружие для организации восстания с целью провозглашения независимости. Однако крушение судна, доставлявшего вооружение, привело к провалу этого плана.
17 октября 1905 года император приостановил действие русификационных законов и особых полномочий генерал-губернатора. Ослабленное революционными выступлениями в 1905—1907 гг. и поражением в русско-японской войне правительство Российской империи с конца 1905 года прекратило политику русификации в Финляндии и восстановило действие старой финской конституции.
Под воздействием Революции 1905–07 в России в Финляндии также развернулось революционное движение. В январе, октябре – ноябре 1905-го прошли митинги, демонстрации и забастовки солидарности с русским пролетариатом, была создана Красная Гвардия.
1 ноября 1905 в Таммерфорсе на 30-тысячном митинге трудящихся был принят программный документ – Таммерфорсский манифест, выдвигавший требования демократических преобразований. Подготовленный по поручению забастовочного комитета лидерами финской социал-демократии (И. Мякелином, Э. Салином и др.), манифест требовал отставки финского сената, созыва Национального собрания, обеспечения демократических свобод, а также провозгласил стремление трудящихся сохранить государственный союз Финляндии с Россией при условии перехода власти в России к «лучшим элементам нации». Таким образом, впервые в истории финского пролетариата было определено его отношение к русскому народу.
«Конституционалисты» выступили за «восстановление законности», т. е. отмену всех законов царского правительства, принятых после февраля 1899 без согласия сейма [манифест об отмене этих законов был подписан Николаем II 22 октября (4 ноября) 1905].
Под натиском революционных событий царь утвердил принятый сеймом 20 июня 1906 новый сеймовый устав (фактически конституцию), предусматривавший введение однопалатного парламента, избираемого на основе всеобщего равного избирательного права всеми гражданами с 24-летнего возраста. В 1906 оформились новые политические партии: шведское крыло «конституционалистов» создало Шведскую народную партию, зажиточное крестьянство – Союз сельского населения Финляндии (в 1908–1965 – Аграрный союз, с 1965 – Партия центра). Развернувшееся в 1906–07 забастовочное движение (весной 1906 на Таммерфорсской мануфактуре, осенью 1906 сплавщиков на р. Кеми и др.) возглавлялось Социал-демократической партией Финляндии, внутри которой оформилось (в 1905) левое крыло (О. В. Куусинен, Ю. Э. Сирола и др.).
Кульминацией революционных выступлений явилось Свеаборгское восстание 1906 русских солдат и матросов, поддержанное финским пролетариатом.
Первые в Финляндии выборы в парламент прошли 15 и 16 марта 1907 года, в них приняло участие почти 900 тысяч избирателей. В первый финский парламент было избрано 200 представителей, большинство мест в первом парламенте получила социал-демократическая партия Финляндии.
Современную форму финский парламент получил в 1905 году после учреждения императором Николаем II государственной думы. В соответствии с февральским Манифестом финский четырёхсословный сейм был упразднен и заменен однопалатным парламентом. Тогда же были приняты многие центральные с точки зрения развития демократии законы, как например закон о свободе слова, закон о свободе собраний, закон о свободе объединений и закон о свободе печати. Финские женщины вторыми в мире и первыми в Европе получили право голосовать и избираться наравне с мужчинами. В первый парламент было избрано 19 женщин.
Однако поражение революции в России привело к реакции и в княжестве: в 1907–11 парламент систематически распускался, в 1910–14 царское правительство разработало программу полной ликвидации автономии [царский указ от 17 (30) июня 1910]. В силу этого в годы 1-й мировой войны 1914–18 в Финляндии усилились прогерманские тенденции. В промышленности, связанной с российским рынком военными поставками, происходила быстрая концентрация производства (на крупных предприятиях, выпускавших до 77% всей продукции, было занято 79% рабочих). Борьбой рабочих за улучшение своего положения руководили профсоюзы (в 1910 – свыше 15 тыс. чел., в 1916 – свыше 40 тыс. чел.); росло влияние СДПФ, что отражалось на результатах парламентских выборов (если в 1907 социал-демократы получили 80 из 200 мест в парламенте, то в 1916 – 103 места).
Революция
Февральская революция 1917 года в России вызвала новый подъём сепаратистского движения. Со свержением Николая II личная уния Финляндии и России была де-факто ликвидирована. В общем и целом, до момента отречения Николая Второго, Император был главой маленькой, но гордой чухонской страны, управляя ею непосредственно через генерал-губернатора, являвшегося главой Правительства. В момент отречения Царя, наследника престола Алексея Николаевича, а затем и Великого Князя Михаила, по всем международным законам, Финляндия получила независимость, т.к. некое странное образование под названием Временное Правительство никаким боком не могло претендовать на высокий титул Князя Финляндского.
Следуя навстречу пожеланиям представителей Финляндии, Временное правительство приняло 7 (20) марта 1917 г. "Акт об утверждении конституции Великого княжества Финляндского» и применении ее в полном объеме», согласно которому восстанавливались все прежние права автономии, которых Финляндия лишилась в ходе унификаторских мероприятий российской власти в конце XIX — начале XX в. Оно смело предоставило амнистию финляндским сепаратистам, включая тех, кто сотрудничал с германской разведкой в качестве егерей. Управление было настолько полным уверенности в своих силах, что приветствовало новости о съезде финляндских эмигрантов в Стокгольме, где они намеревались обратиться к германскому Генеральному штабу с просьбой о немедленной отправке всех финнов, находящихся на службе в германских войсках, на родину для организации восстания там. Наивность, исходящая от Временного правительства, потрясала.
В разгар июльского кризиса парламент Финляндии провозгласил независимость от России (официально — Российской империи) во внутренних делах и ограничил компетенцию Временного правительства России вопросами военной и внешней политики. 5 (18) июля 1917, когда не ясен был исход восстания большевиков в Петрограде, парламент Финляндии одобрил социал-демократический проект о передаче себе верховной власти. Однако этот закон о восстановлении автономных прав Финляндии был отклонён Временным правительством России, парламент Финляндии распущен, а его здание заняли российские войска.
Однако 1 (14) сентября 1917 года Временное правительство приняло постановление, в соответствии с которым на территории бывшей Российской империи была провозглашена буржуазно-демократическая республика и был окончательно ликвидирован монархический способ правления в России (до созыва Учредительного собрания). Основным законом Финляндии, определяющим верховную власть, оставался закон от 1772 года, наоборот, утверждавший абсолютизм. Этот же закон в § 38 предусматривал в случае отсутствия претендента на трон избрание новой высшей власти («новой династии») палатой представителей, что впоследствии и было использовано. Но об этом позже.
Несмотря на это, Временное правительство России продолжало рассматривать Финляндию как часть России, и 4 (17) сентября 1917 им был назначен новый генерал-губернатор Финляндии — Николай Виссарионович Некрасов. А 8 сентября был сформирован последний финский сенат, имевший над собой русский контроль — Сенат Сетяля.
2 (15) ноября 1917 года парламент (Риксдаг) Финляндии взял на себя высшую власть в стране и 27 ноября сформировал новый состав правительства — Сената Финляндии под руководством Пера Эвинда Свинхувуда, которое уполномочило своего председателя представить в выборную Палату представителей (Риксдаг — парламент Финляндии, или «сейм», как называли его в Российской империи) проект новой конституции Финляндии.
Передавая 4 декабря 1917 проект новой конституции на рассмотрение Риксдагу, председатель Сената Пер Эвинд Свинхувуд огласил заявление сената «К народу Финляндии», в котором было объявлено о намерении изменения государственного строя (о принятии республиканского способа правления), о представлении в парламент проекта новой конституции Финляндии, а также содержалось обращение «к властям иностранных государств» (в частности к Учредительному собранию России) с просьбой о признании политической независимости и суверенитета народа Финляндии (которое позднее было названо «Декларацией независимости Финляндии»).
Через полтора месяца после Октябрьской революции, 6 (19) декабря 1917 года парламент Финляндии одобрил декларацию о государственной независимости Финляндии. Уже через 12 дней — 18 (31) декабря, Совет народных комиссаров Российской Советской Республики принял Декрет о признании независимости Финляндии, подписанный В. И. Лениным. Фактически же, этим документом не утверждалось, а лишь подтверждалось уже сложившееся ранее положение. В то же время нужно подчеркнуть, что признание независимости для Советов было, в первую очередь, возможностью обезопасить Петроград и средством облегчить осуществление социалистической революции в Финляндии с тем расчетом, что, став социалистической, она присоединится к Советской России.
Однако после дороги бывшей метрополии и недавней автономии начали расходиться. В Финляндии начался обычный для смутного времени буржуазно-националистический хаос, ведь всеобщей забастовкой, прошедшей 13–19 ноября 1917, СДПФ не воспользовалась. На самом деле, это был очередной звоночек принципиальных расхождений позиций коммунистов и социал-демократов — из таких и многих других горьких уроков будет сделан единственно возможный вывод — о необходимости создания подлинно революционной, коммунистической партии, и 29 августа 1918 на базе левого крыла СДПФ такая партия появится. Но всё это случится позднее.
Война гражданская
В новом государстве тут же началась гражданская война между местной Красной гвардией, поддержанной из России, и местными же белыми силами, которые стояли за «независимость» Финляндии. В самом конце года в страну приехал Густав Маннергейм, который и возглавил местные охранные отряды, именуемые шюцкором.
Финляндия оказалась поделена на две части: северную, которую обороняли войска Маннергейма, и южную, где располагался промышленный и административный центр, и которая, по словам Маннергейма, была охвачена бунтом, бунтовщики же спровоцированы русскими. Ради справедливости нужно сказать, что у генерала были основания давать именно такие оценки, поскольку Советская Россия стала оказывать финским большевикам активную помощь против правительства Свинхувуда. Например, во главе одной из красных армий в Финляндии встал полковник Михаил Степанович Свечников. С другой стороны, нельзя не отметить, что признание ленинским правительством права финского и других народов самим решать свою судьбу резко повысило авторитет большевиков во вновь созданных республиках и облегчило победу там пробольшевистских сил. В Финляндии, таким образом, было два правительства, каждое из которых претендовало на легитимность. Обе стороны готовились к решающим схваткам, укрепляли позиции, проводили мобилизации, изыскивали источники денежных средств, оружия и т. д.
За время своей работы финляндское рабочее правительство — Совет народных уполномоченных — издало ряд декретов. Ими были расширены права продовольственных комиссий для равного обеспечения продовольствием населения; отменен порядок рабства прислуги (по прежним законам работник нанимался на год, и хозяин распоряжался им по своему усмотрению, за побег от хозяина после найма работник мог быть доставлен полицией обратно, и ему можно было присудить штраф или тюремное заключение); предоставлено право торпарям без арендной платы возделывать те земли, на которых они до сих пор проживали; увеличен минимум, облагаемый налогом; предоставлено женщинам право занимать те же должности, что и мужчинам.
Проект конституции, подготовленный правительством, предусматривал власть народного представительства, избираемого на основании «всеобщих, тайных и пропорциональных выборов».
Любая "народная инициатива”, подписанная по меньшей мере десятью тысячами граждан, должна быть рассмотрена парламентом без промедления. В случае отклонения инициативы следует провести референдум по просьбе одной трети представителей.
С просьбой о проведении референдума также могла обратиться группа людей, численность которой составляла не менее пяти процентов от тех, кто проголосовал на предыдущих парламентских выборах. Решение референдума должно было иметь обязательную силу.
Согласно предлагаемой конституции, страной должна была управлять Народная делегация во главе с “Настоятелем Финляндской Республики”, избираемым Народным парламентом на трехлетний срок. Один и тот же человек не мог быть главой Республики дважды подряд.
Официально высшим органом, принимающим решения в Красной Финляндии, был Генеральный совет трудящихся, а Народная делегация действовала как правительство. Номинально Генеральный совет имел право избирать и увольнять членов Народной делегации и отменять свои решения. Из членов Совета пятнадцать были выбраны СДП, десять - Финским профсоюзом, десять - Красной гвардией и пять - рабочими ассоциациями Хельсинки.
На практике высшие полномочия по принятию решений в Красной Финляндии осуществляла Народная делегация во главе с бывшим спикером парламента Куллерво Маннером. Первоначально делегация состояла из 13 членов и прокурора. Когда началось восстание, Делегация взяла на себя высшую власть в Красной Финляндии. В основном она занималась гражданскими вопросами. Решения по военным вопросам принимались штабом Финской Красной гвардии под руководством главнокомандующего Ээро Хаапалайнена, а позже и тройкой в составе Адольфа Тайми, Эйно Рахьи и Эверта Элоранты. В принципе, Народная делегация была выше Красной гвардии, но на практике она не смогла предотвратить неуправляемое поведение войск.
Состав делегации пополнялся дважды. В марте членами были назначены две женщины. Их можно считать первыми женщинами-министрами в Финляндии. В состав делегации с наибольшим опытом в политике входили, помимо Куллерво Маннера, Отто Вилле Куусинен и Юрье Сирола, ведущие социал-демократические теоретики Финляндии, а также Оскари Токой, который был премьер-министром в 1917 году.
Сразу после начала восстания Народная делегация приняла закон, который объявлял “фермеров-арендаторов независимыми от землевладельцев”. Целью было заручиться максимально широкой поддержкой революции среди арендаторов. Отмена правила о вознаграждении за сельскохозяйственный труд 1865 года преследовала ту же цель. Народная делегация решила, что лицо, нанятое на основании правила о вознаграждении, “имеет право расторгнуть свой контракт с уведомлением за четырнадцать дней”. Более двух третей населения Южной Финляндии проживало в сельской местности.
Территория, контролируемая красногвардейцами, страдала от безработицы, которую Народная делегация стремилась снизить, запустив промышленное производство. В феврале делегация предложила помощь тем, кто был безработным как минимум неделю. Однако выплаты в Хельсинки прекратились по требованию Красной гвардии, потому что повстанческому правительству нужны были люди на фронт. Те, кто вступал в Красную гвардию, получали заработную плату, что облегчало набор.
Народная делегация и другие революционные организации захватили 163 промышленных предприятия во время гражданской войны. Их целью было сохранить работу заводов. Производство на национализированных фабриках составляло почти 10% всего промышленного производства в Красной Финляндии. Многие фабрики продолжали работать под руководством своих владельцев.
Красное правительство также национализировало фермы, принадлежащие компаниям, а также любые фермы, владельцы которых бежали или иным образом оставили фермы без присмотра. Революционная администрация в основном захватывала крупные поместья.
Нехватка продовольствия в Финляндии потребовала немедленных действий от Народной делегации, которая 31 января приняла решение о том, что половина семян ржи, зарезервированных на следующую осень, должна быть изъята в провинциях Хяме, Турку-Пори, Уусимаа и Выборг. Если в каком-либо населенном пункте было продовольственное зерно, превышающее четырехмесячную потребность, его следовало изъять и “передать в районы, где закончилось продовольствие”. Народной делегации также удалось импортировать немного зерна из России. Однако нехватка продовольствия усугублялась, и требовалось ужесточить нормирование.
Ситуация осложнялась тем фактом, что в более густонаселенной Южной Финляндии было больше потребителей, зависящих от нормирования, чем в Северной Финляндии, удерживаемой правительственными войсками. Красной Финляндии необходимо было создать собственную дистрибьюторскую организацию. Задача усложнялась сопротивлением производителей.
Кроме того, зерно необходимо было импортировать из России, которая сама страдала от серьезной нехватки продовольствия. Благодаря усилиям Оскари Токои, 30 марта Хельсинки получил 30 железнодорожных вагонов с зерном. Этой суммы было достаточно, чтобы удовлетворить потребности Красной Финляндии на срок до двух недель. Когда прибыл поезд, администрация Красных уже была на грани краха. По большей части Красной Финляндии приходилось обеспечивать себя продовольствием за счет внутренних запасов.
В правой, резко антисоветской финляндской военно-исторической литературе период 1918—1920 гг. характеризуется как период «освободительной войны». Под этим термином объединяются несколько различных событий, имеющих свое особое временное, пространственное действие, и даже несовпадающий состав участников (гражданская война в Финляндии, классовая борьба после завершения гражданской войны, интервенция белофинских войск в Советскую Россию и оккупация Финляндией Восточной Карелии).
В бывшей Российской Империи было значительное количество финнов и родственных им народов, но на военную службу по воинской обязанности простых «чухонцев» до 1878 г. не брали. Вооруженные силы Великого княжества Финляндского до 1878 года состояли из одного гвардейского стрелкового батальона. С 1878 до 1901 г. в автономной Финляндии было создано собственное воинское формирование, но с незначительной численностью личного состава и соответственно количеством подготовленных солдат-финнов. К тому же большая часть из них не знала русского языка. В 1878-1881 годы были сформированы еще 8 стрелковых батальонов, позже к ним добавился драгунский полк. В 1890 году финские войска насчитывали 220 офицеров, 507 унтер-офицеров и 4848 рядовых. В 1900 году эти цифры составляли 239, 590 и 5237 человек. Финские части дислоцировались только в Финляндии. Финнов призывали только в финские части, но офицеры-финны по собственному желанию могли служить в любых частях империи. В период 1901-1906 г.г. дополнительно были сформированы свои легальные вооружённые силы Финляндского княжества, но Российская Империя после Русско-японской войны расформировала их, а финны опять же были освобождены от воинской повинности. Финляндия фактически была в Российской империи «государством в государстве».
Таким образом, значительное количество свободных жителей страны финской национальности послужило основой для создания массы воинских формирований, которые участвовали в последующих событиях.
В Финляндии ещё в годы первой русской революции 1905-07 годов возникали отряды самообороны левой и правой ориентации и между ними уже тогда бывали столкновения. В 1917 году, с началом новой революции в России, подобные отряды начали создаваться вновь и к началу 1918 года они уже представляли собой значительную силу.
В ответ на создание красной гвардии противоположный лагерь ответил незамедлительно. Силы самообороны с правой ориентацией получили в Финляндии название шюцкор (охранные отряды»), на их основе Маннергейм и создавал армию Сената.
Valkoinen Kaarti — именно так начали вскоре именовать эти формировании. На русский переводится как «Белая гвардия». Для отличия члены шюцкора носили белые повязки на рукавах. Именно с них контрреволюционными силами России впоследствии было взято самоназвание.
Для последующих событий огромное значение имел один фактор: ударной силой финской Белой гвардии стал егерский батальон немецкой службы. Это формирование создавалось немцами во время Первой мировой войны из финских националистов, и к 1917 году в нём насчитывалось 1895 отлично подготовленных солдат и офицеров. Германия была заинтересована в том, чтобы через Финляндию проникнуть к Петрограду, и сделала ставку именно на финских белых. Поэтому егеря отправились на родину, причём в качестве дополнительного усиления немцы добавили хороший запас оружия. Отличительной чертой этих отрядов можно назвать не только антибольшевизм, но и резко выраженную русофобскую направленность. Вскоре они уже и сами вступили в войну на стороне белых.
«...по данным Маннергейма Финляндия получила из Германии 44 тысячи винтовок, 63 пулемета, 9 миллионов патронов и несколько орудий...
Организация, униформа и система воинских чинов финской армии сложились под влиянием шведской и германской военных систем...» — пишет исследователь Дмитрий Бондаренко.
Однако события быстро начали выходить из-под контроля. Финны намеревались проводить границы в строгом соответствии с собственными представлениями о справедливости. Русским — ни красным, ни белым — в рамках этих планов места не было.
Тем временем, уже 27 января 1918 года в Хельсинки вспыхнуло восстание отрядов финских красноармейцев. Эта же дата считается и датой начала финской Гражданской войны. В тот же день была провозглашена Финляндская Социалистическая Рабочая Республика. При поддержке русских солдат восставшие занимают Тампере, Куопио и другие города.
В феврале 1918 года корабли Балтийского флота, находившиеся в Ревеле, были перебазированы в Гельсингфорс, что спасло их от захвата немецкими войсками, 18 февраля перешедшими в наступление по всему фронту. Последние корабли покинули Ревель 25 февраля — в день, когда в город вошли немцы. Переходом руководил Алексей Щастный, 1-й помощник начальника военного отдела Центробалта, впоследствии ставший командующим Балтийским флотом.
Но в связи угрозой с захвата германскими и финскими войсками кораблей, базировавшихся уже в Гельсингфорсе, Советское правительство приняло решение о немедленном переводе флота в Кронштадт. Одно из условий хаключённого Брестского мира также предписывало русскому флоту немедленно покинуть Гельсингфорс. В противном случае корабли должны были быть разоружены и фактически переданы на откуп немцам и финнам.
12 марта вышла первая группа — 4 линейных и 3 крейсера в сопровождении двух ледоколов, которые прибыли в Кронштадт через 5 дней. 4 апреля вышел второй отряд, который прибыл в Кронштадт 10 апреля. В это время Щастный готовил к выходу третий отряд кораблей (45 эсминцев, 3 миноносца, 10 подводных лодок, 5 минных заградителей, 6 тральщиков, 11 сторожевых кораблей, 81 вспомогательное судно), который был отправлен из Гельсингфорса пятью эшелонами в период с 7 по 11 апреля. Алексей Щастный покинул Гельсингфорс на корабле «Кречет» 11 апреля, когда на подступах к городу уже шли бои с наступающими немецкими войсками (город был взят 14 апреля).
В результате похода были спасены от захвата 236 кораблей — 6 линкоров, 5 крейсеров, 59 эсминцев а также 12 подводных лодок. Эта была очень большая и тяжёлая операция, тем не менее в результате неё не был потерян ни один корабль. Спасённый флот сыграл большое значение в обороне Петрограда позднее.
Русские войска, находившиеся на территории Финляндии (общей численностью до 40 тыс. человек), получили от советского правительства приказ придерживаться нейтралитета, но вместо этого большинство офицеров действовало в союзе с шюцкором. Многие из них помогали в разоружении русских же войск, благодаря чему шюцкор получил столь необходимое ему оружие. Например, вице-адмирал Николай Подгурский, командовавший до ноября 1916 года дивизией подводных лодок Балтийского флота, помогал генералу Маннергейму разоружать русские войска на севере Финляндии.
Вот такой парадокс – офицеры Российской империи фактически помогали ковать независимость Финляндии. Между тем, Красная гвардия действовала при поддержке Советской России и если бы тогда, в 1918 году, в Финляндии победили бы «красные», то, скорее всего, страна осталась бы под контролем Москвы. Однако, прямую военную помощь «красной» Финляндии Россия в то время оказать не могла — сказывались последствия заключенного ранее Брестского мира. Под давлением Германии Ленин 1 апреля 1918 года запретил отправку русских войск в Финляндию.
Между тем, численность Красной Гвардии достигла 30 тыс. человек. Надо отметить, что от русских финские красногвардейцы многое переняли — облик, сохранённый фотографиями периода гражданской войны, отражает влияние политической культуры революционных российских гарнизонов: полувоенное облачение, папиросы в зубах и пулемётные ленты через плечо.
Война советско-финская
Нападение шюцкора на российские гарнизоны стало поводом для официального вмешательства этих войск в войну. В приказе Областного комитета Финляндии от 1 февраля, призывавшем русских солдат выступить в защиту финляндских социал-демократов, говорится о таких нападениях. Михаил Свечников, работавший в штабе Красной гвардии, отмечает, что русские в основном воевали в обороне; в наступательных операциях можно было использовать только добровольцев, которых было мало — сказывалось желание отбыть домой. Сам Маннергейм проговаривается в своих мемуарах о мотивах русских солдат: «Части, атаковавшие мои передовые части, состояли в основном из русских, которые стремились освободить своих разоруженных товарищей».
Надо иметь в виду, что кроме сообщений о нападении на русские гарнизоны, были и сообщения о просьбах мирных финнов защитить их. Например, вечером 28 января в Выборгский совет солдатских и рабочих депутатов поступило следующее сообщение из солдатского комитета 12-й роты Выборгского крепостного артиллерийского полка: «По показанию финнов селения Хумалиоки толпа белой гвардии около 9 тысяч человек отбирает скот и припасы в селении Рокки в 25 километрах от Хумалиоки по направлению к Выборгу и вблизи лежащих деревнях. Жители Хумалиок просят помощь солдат 12-й роты. Рота ожидает спешно распоряжения Совета».
Скажем пару слов о персоналиях. Первым командующим Красной гвардией стал Али Аалтонен – журналист социалистических изданий, в прошлом принимавший участие в русско-японской войне, но из-за участия в революции 1905 г. разжалованный в рядовые. Позднее был арестован и отправлен в один из концлагерей, где в мае 1918 года расстрелян Хансом Кальмом — эстонским офицером из шюцкора. Его сменил другой «красный» журналист – Ээро Хаапалайнен, профессиональный революционер и член социал-демократического движения с 1901 года. В Совете народных уполномоченных Финляндии он занимал также пост народного комиссара внутренних дел.
Дальнейшая попытка финской Красной гвардии развить наступление на север терпит неудачу, и в начале марта белые под командованием Маннергейма переходят в контрнаступление.
5 марта 1918 года немецкие войска высаживаются на Аландских островах, 3 апреля экспедиционный корпус численностью около 9,5 тыс человек под командованием генерала Рюдигера фон дер Гольца высаживается на полуострове Ханко, где ударяет в спину красным и начинает наступление на Хельсинки, который был взят 13 апреля.
После захвата Гельсингфорса германский флот высадил десанты в восточных финских портах Ловиза и Котка. Оттуда немецкие войска двинулись в район Лахта - Тавастгус, где были значительные силы Красной Гвардии. 6 апреля 1918 г. в результате ожесточенного сражения с «красными», шюцкор в лице бригады шведских добровольцев и батальонов финских егерей взял штурмом город Тампере. Это была первая столь масштабная победа над «красными», с которой начался коренной перелом в войне.
Ситуация осложнялась и тем, что корабли советского флота ушли из Хельсинки, не оказав сопротивления немцам, а русская артиллерия крепости Свеаборг была без замков. В результате германские войска, численность которых на территории Финляндии достигла 14-15 тысяч человек, 11-12 апреля без особых проблем заняли Хельсинки, подавив сопротивление разрозненных отрядов Красной гвардии.
К концу апреля объединенные силы немцев и белофиннов сумели окружить красных финнов и принудить их к капитуляции. Значительную часть пленных расстреляли, остальных отправили в ставшие уже традиционными для времени концлагеря.
25 февраля 1918 года во всех церквях Финляндии был зачитан указ барона Маннергейма, по которому подлежали расстрелу все, кто «оказывает вооруженное сопротивление законным военным силам страны… уничтожает продовольствие» и вообще все, кто хранит дома оружие без разрешения. По финским, чрезвычайно заниженным данным, весной 1918 года были казнены 8400 красных финнов, в том числе 364 несовершеннолетние девушки. В концлагерях погибло 12,5 тысяч человек. Вообще в лагеря загнали столько народу, что сенат в мае 1918 года предложил Маннергейму отпустить простых красногвардейцев, чтобы было кому заняться посевной (в Финляндии в это время свирепствовал голод). Весной 1918 года было несколько десятков лагерей для военнопленных. Летом заключенных сначала сосредоточили в 16, а затем в 13 центральных лагерях. Всего в них было более 80,000 человек, включая женщин и детей, а также военнослужащих Российской армии, находившихся в стране. Приблизительно 12 000 до 14 000 заключенных умерли по разным причинам.
Весной финны атаковали форт Ино, строившийся до войны уже для непосредственной защиты Петербурга и Кронштадта. Защищаться в этот момент было почти некому: гарнизон могучей некогда крепости составлял всего 150 человек. Комендант Кронштадта распорядился взорвать форт и отступил. Наконец финны взяли приступом Выборг. В захваченном городе устроили зачистку, убивая русских и всех, кто был на них похож. Выборг заняли егерские части, составленные из резко антирусски настроенных людей. Теперь они оттянулись на обывателях, за несколько дней перебив около 800 человек. Эта жестокая расправа встретила непонимание даже у Маннергейма и его окружения, но для финских лидеров было важнее сохранить внутреннее единство — и погром сошёл егерям с рук.
19 апреля белофиннами был взят Лахти, а группировки красных таким образом оказались разрезанными. 26 апреля советское правительство Финляндии бежало в Петроград, в тот же день белофинны взяли Виипури (Выборг), где провели массовый террор против русского населения и не успевших бежать красногвардейцев. Гражданская война в Финляндии была фактически закончена, 7 мая остатки красных частей были разбиты на Карельском перешейке, а 16 мая 1918 в Хельсинки был проведён парад победы.
Ведя войну с красногвардейцами, финское государство решило не останавливаться на границах Великого Княжества Финляндского. Аппетит приходит во время еды, и у финских лидеров, ещё недавно планировавших только «консолидировать» собственную страну, теперь возникли гораздо более масштабные планы. В то время в среде интеллигенции набрали большую популярность идеи панфиланизма, то есть единства финно-угорских народов, а также идеи «Великой Финляндии», в которую должны были войти прилегающие к Финляндии территории, этими народами населённые, — Карелия (включая Кольский полуостров), Ингрия (окрестности Петрограда) и Эстония.
Таким образом, в ходе Гражданской войны финское руководство планировало выдворить советские войска не только из Финляндии, но и с территорий, присоединение которых планировалось в скором будущем. Так 23 февраля 1918 года на железнодорожной станции Антреа (ныне Каменногорск) Маннергейм произносит "Клятву меча", в которой упоминает:
"Не вложу меч в ножны ... пока последний вояка и хулиган Ленина не будет изгнан как из Финляндии, так и из Восточной Карелии".
Война Советской России объявлена не была, но ещё с середины января (то есть даже до начала финской Гражданской войны) Финляндия тайно отправляет в Карелию партизанские отряды, задачей которых являлась фактическая оккупация Карелии и содействие финским войскам во время вторжения. Отряды занимают город Кемь и посёлок Ухта (ныне пгт. Калевала). 6 марта в Хельсинки (занятом на тот момент красными) создаётся Временный Карельский комитет, а 15 марта Маннергейм утверждает "план Валлениуса", направленный на вторжение финских отрядов в Карелию и захват российской территории по линии Печенга - Кольский полуостров - Белое море - Выгозеро - Онежское озеро - река Свирь - Ладожское озеро. Части финской армии должны были соединиться у Петрограда, который предполагалось превратить в вольный город-республику, подконтрольный Финляндии. Вдохновленные победой в гражданской войне, финские руководители в день её окончания — 15 мая 1918 года — официально объявили войну РСФСР.
В мае 1918 года белофинны заняли Рауту — это нынешнее Сосново на севере Ленинградской области. До Петрограда — менее сотни километров по прямой.
Также финские отряды двинулись на Кандалакшу. На огромном пространстве действовали отряды буквально по несколько сотен человек, но в этих диких, почти первобытных лесах 300–400 солдат были серьёзной силой. Поэтому происходящее всё сильнее беспокоило уже красных в России.
Красные находились в довольно сложном положении. Войска требовались повсюду, и защищать Карелию было некем. Однако спасителями Русского Севера выступили… красные финны. Дело в том, что после победы белых в финской гражданской войне многие из них бежали восточнее. В Советской России находилось 10–13 тысяч финских беженцев, и им требовалось только оружие. В винтовках недостатка не было, так что вооружённые советским правительством отряды красных финских волонтёров остановили неприятеля. Вдобавок в захваченных сёлах пришельцы с запада вели себя как обычная разложившаяся солдатня, и идеи великой Финляндии быстро теряли популярность среди карел.
[Здесь в оригинале на ВК была размещена фотография тел жителей посёлка Масельга, зверски замученные финскими интервентами -- ред.]
В конце апреля 1918 года крупный лыжный отряд белофиннов выдвинулся к порту Печенга. По просьбе Мурманского Совета Рабочих и Солдатских депутатов английский адмирал Кемп приказал посадить отряд русских красногвардейцев на крейсер «Кохрэйн» («Cochrane»). 3 мая «Кохрэйн» прибыл в Печенгу, где высадил красногвардейцев. В помощь им командир крейсера Фарм направил отряд английских матросов под командованием капитана 2 ранга Скотта. [этот твист достоин отдельного разбора, учитывая что с августа 1918г. англичане в основном помогали белому правительству Северной области во главе с Николаем Чайковским, "дедушкой русской революции", хе-хе -- ред. ]
Первое нападение на Печенгу финны произвели 10 мая. Основные же силы финнов атаковали союзников 12 мая. Однако совместными усилиями английским матросам и красногвардейцам (в большинстве своем матросам с крейсера «Аскольд») удалось рассеять и отогнать финнов.
В начале апреля союзное командование послало французский крейсер «Адмирал Об» («Amiral Aube») в Кандалакшу для помощи советским силам в отражении предполагаемого набега финнов. Но крейсер не смог пройти через лед в горле Белого моря. Тогда в Кандалакшу по железной дороге выслали 150 британских морских пехотинцев. Финны решили не связываться с англичанами, и отменили нападение на Кандалакшу. Таким образом, местным русским властям с помощью англичан и французов удалось отстоять от финнов Кольский полуостров. Получившийся узел, кажется, мог завязаться только в безумной обстановке гражданской войны!
Но тут вмешалась Германия. Ее правительство здраво рассудило, что захват финнами Петрограда вызовет взрыв патриотических чувств населения России. А прямым следствием этого может стать падение большевистского правительства и установление власти сторонников «единой и неделимой России», которые неизбежно снова объявят войну Германии. Поэтому еще 8 марта 1918 года император Вильгельм II официально заявил, что Германия не будет вести войну за финские интересы с советским правительством, подписавшим Брестский мир, и не станет поддерживать военные действия Финляндии, если та перенесет их за пределы своих границ.
В конце мая - начале июня германское правительство в ультимативной форме предложило Финляндии отказаться от нападения на Петроград. Финскому правительству пришлось смириться, а чересчур ретивого «ястреба» барона Маннергейма 31 мая отправили в отставку. Как писал финский историк Вейо Мери: «Немцы помешали Маннергейму осуществить его главный замысел - захватить Петербург». В итоге барону пришлось перебраться из Гельсингфорса в «Гранд-Отель» в Стокгольме. Разумеется, на решение Финляндии повлиял не только германский ультиматум, но и концентрация русских сухопутных сил на Карельском перешейке. Серьезным аргументом явился также Балтийский флот. Корабли, стоявшие на Кронштадском рейде могли артиллерийским огнем и десантами угрожать правому флангу финских войск в случае наступления на Петроград. Крейсера «Олег», «Богатырь», «Адмирал Макаров» и миноносцы заняли позиции в Морском канале вблизи Петрограда. На Неве встали канонерские лодки «Хивинец», «Храбрый» и «Грозящий», эсминцы и сторожевые суда.
B Ладожское озеро вошли 12 миноносцев, сторожевые суда и даже подводные лодки «Вепрь» и «Тур». Причем подводные лодки были посланы на Ладогу не только для устрашения. Глубина озера вполне допускала их боевые действия. Подводная лодка «Вепрь» длительное время находилась у Сердоболя, самого крупного порта на северном побережье Ладожского озера. Началось формирование Онежской военной флотилии. Над Ладожским и Онежским озерами постоянно патрулировали советские гидропланы. Но за всю навигацию 1918 года финские суда ни разу не рискнули появиться на Ладоге и Онеге.
В июне-июле 1918 года Финляндия и Россия начали предварительные переговоры об условиях заключения мира. 12 июля финский Генштаб подготовил проект переноса финской границы с Россией на Карельском перешейке в обмен за щедрую компенсацию территорией Восточной Карелии. Этот проект подписал генерал-майор Карл Ф. Вилькман (Вилкмаа) и одобрил немецкий главнокомандующий генерал Людендорф. По своей сути этот проект представлял то же самое, что через 21 год предложил Финляндии Сталин.
Особую роль в переговорах сыграла роль дипломата того времени Вацлава Вацлавовича Воровского. И вот почему:
На переговорах против нас одновременно играли Финляндия, Швеция, Англия, Франция, Германия и профински ориентированные карелы. Немцы оказываются в компании с англичанами и французами потому что им надо "выключить" большевиков на Восточном фронте, тем самым успокоив тыл на Украине и в Прибалтике для наступления на Западном фронте.
Единственный наш союзник.... Королевство Норвегия, которое еще 10 июня, в самый разгул карательного белого террора в Финляндии, нотой за номером 2874/1918 взяла на себя защиту этнических русских и прочих граждан России на территории Финляндии (текст ноты написал некий Видкун Квислинг).
При таком раскладе козырь только один - время. Надо затягивать переговоры.
Выходец из обрусевших поляков Воровский стал устраивать натуральные срачи по всем экономическим, военным и политическим пунктам. Распсиховались все. Тогда он предложил, дабы снять напряжение, разрешить национальные вопросы и обмен военнопленных. Финны и Антанта обрадовались.
5 августа 1918 года на заседании территориальной комиссии финский сенатор Гуго Раутапяя заявил, что нужно присоединить Карелию к Финляндии "ибо в Восточной Карелии живет родственный по культуре Финляндии народ, высказавшийся за присоединение к Финляндии".
Ввиду того, что Советское правительство само провозгласило право наций на самоопределение, это предложение должно расцениваться как ультиматум, т.е. оно не подлежит обсуждению: советская делегация либо принимает его, либо Финляндия выходит из переговоров и возобновляет военные действия.
Короче, нам хана. Но Вацлав Вацлавович не в штаны наложил, а размазал в тонкий блин всех участников с противной стороны старым как этот мир приемом - он перевел стрелки.
Из протокола номер 1 заседания территориальной комиссии русско-финляндской конференции в Берлине 5 августа 1918 года:
"Г-н Воровский, указывая, что, если исходить только из этнографического принципа, следовало бы Финляндии на западе уступить Швеции населенные шведами области, чего однако она, из государственных соображений не делает. О желании карельского народа присоединиться к Финляндии известно только из газетных сообщений".
Бомба бахнула как надо! Норвегия раструбила о предложении по всему миру, Швеция заклацала зубами на Аланды и Або, Германия полезла в словесную драку из-за своих воинских частей на тех же Аландах, а Антанта, которая по понятным причинам только косвенно присутствовала на переговорах, начала внутри себя совещаться как на такое реагировать.
Финны (публично сливаясь), на всякий случай спросили, на каких условиях Советская Россия готова уступить Карелию, если исходить из государственных интересов (тот же Протокол). Воровский предсказуемо ответил, что на область Кексгольм-Выборг и острова в Финском заливе. Финны замахали руками и прервали заседание.
Переговоры зашли в тупик, что делать в таком случае, наши противники решить не могли.
Под шумок Воровский повел переговоры с немцами.
27 августа Финляндия объявила о выходе из переговоров и возобновлении военных действий. Но за это время расклад поменялся и Маннергейм получил по башке - нами был подписан добавочный к Брест-Литовскому договор с Германией, по которому немцы гарантировали, что со стороны Финляндии не будет произведено нападение на РСФСР в целом и Петроград в частности (немцы готовились к своему последнему и решительному наступлению на Западном фронте). Маннергейм заткнулся и получил тёрки с шведскими добровольцами в финской армии.
Финляндия сидела на попе ровно до конца ноября 1918 года, пока Антанта не уконтропопила Германию и не насела на Маннергейма.
Слова о «порядке» и «освобождении» были лишь дежурными для общения германских дипломатов с внешним миром. Немецкий генерал Эрих Людендорф подчеркивал, что немецкие «войска отправились в Финляндию защищать не финские, а исключительно германские интересы». К слову, Финляндия выплачивала долг за отправку военной экспедиции, составивший 80 млн марок.
Совпадали ли финские и германские интересы? Нет.
Мирный договор, также называемый Берлинским мирным договором, подписанный в Берлине 7 марта 1918 года, соглашение о торговле и мореплавании, а также секретные дополнительные протоколы к договору, подписанные Финляндией в обмен на военную помощь Германии, были выгодны Германии. Договор ограничивал внешнеполитическую деятельность Финляндии — он обязывал не предоставлять часть своей территории другой державе без согласования с Германией. Соглашение о торговле и мореплавании лишало Финляндию возможности защитить свою промышленность от конкуренции более развитой немецкой индустрии. По мнению специалиста по истории Финляндии В. М. Холодковского, в моменты наибольшей зависимости Финляндии от России русские не имели в Финляндии таких прав, какие тогда получили немецкие подданные. Подписанный секретный протокол лишал Финляндию нейтралитета: обязывал интернировать находящиеся в финских гаванях военно-морские корабли Антанты и содействовать немецким военно-морским силам в финских территориальных водах. Также протокол давал Германии право создавать на финской территории военно-морские базы и право контролировать финскую торговлю, в частности — экспорт сырья.
Глава финансового ведомства Финляндии Юхани Арайярви после ознакомления с уже подписанными документами заявил: «Не верю, что нам необходимо было продавать нашу независимость в те мгновения, когда наши юноши покупают ее своей кровью». То есть в белом правительстве понимали, что принятые условия означают потерю независимости. Согласно документам, Финляндия в результате войны потеряла свободу и во внешней, и во внутренней политике, то есть война привела не к освобождению, а к потере предоставленной Россией независимости.
А еще Финляндия потеряла гражданские свободы. Практически ставшая в декабре 1917 года республикой, она перестала быть таковой: после войны Сейм, в котором отсутствовала самая большая фракция (социал-демократы составляли 92 человека из 200), отказался от верховной власти в пользу регента, которым 18 мая был избран Свинхувуд. Затем Сейм провел выборы короля на основании формы правления 1772 года. Поскольку Финляндия зависела от Германии, то и выбор пал на принца Фридриха Карла Гессенского. После революции в Германии, вызвавшей падение монархии, принц отрекся от финляндского престола, однако все равно связи с Германией остались, особенно в военной области, так как егерское движение в полном соответствии с замыслом его создателей составило ядро армии. В межвоенный период 90 % финляндского генералитета составляли бывшие егеря.
Положение Финляндии как вассала Германии после так называемой освободительной войны хорошо иллюстрирует также принятый Сеймом закон о ссылке на принудительные работы в Германию, где ощущался тогда большой недостаток в рабочей силе, приговоренных к каторжным работам финнов «за участие в бунте». В обмен на этих «рабов» Германия обещала уступить белой Финляндии химические средства для удобрения земли. Газеты того времени сообщали, что в Германию решено отправить 30 тысяч заключенных. Лишь благодаря поражению Германии в мировой войне эти планы не были осуществлены.
Осенью 1918 года Германия сдалась, и это сразу изменило взгляды британцев на будущее Карелии. Теперь они не опасались немцев, зато белофинны могли помочь управиться с большевиками. В связи с этим в декабре 1918 года Финляндия изменяет свою внешнеполитическую ориентацию в пользу Антанты — правительство Свинхувуда уходит в отставку.
12 ноября 1918 года барон К.Г. Маннергейм прибыл в Англию, где провел неофициальные переговоры с британскими министрами. 12 декабря 1918 года финский парламент избрал Маннергейма регентом (сначала белофинны хотели монархию, даже короля себе выбрали). Теперь он стал фактическим диктатором Финляндии. Одним из первых указов Маннергейма стало постановление о шюцкоре, в котором говорилось, что шюцкоровцы «призваны повышать обороноспособность народа и обеспечивать законный общественный порядок», то есть должны бороться с внешним врагом и вершить расправу над внутренним.
Финны стремятся к созданию государства финно-угорских народов и на другом направлении. После вывода немецких войск из Прибалтики советские войска предпринимают попытку занять этот регион, однако встречают сопротивление со стороны уже сформировавшихся войск Эстонии, Латвии и Литвы.
Боевые действия в Прибалтике в 1918-1919 годах выходят за рамки данной статьи, поэтому на них останавливаться не будем, коснёмся лишь аспектов войны, имевших непосредственное отношение к Финляндии. Финляндия отправила в Эстонию добровольческий корпус численностью около 3,5 тыс человек. Устремления Финляндии заключались в намерениях сначала выбить из Эстонии красных, а затем сделать Эстонию частью Финляндии, как федерации финно-угорских народов. В Латвию в то же самое время Финляндия добровольцев не отправляла, — латыши не относятся к финно-уграм.
Однако вернёмся в Карелию.
В январе 1919 года финские войска захватили Поросозерную волость, соседнюю с Ребольской волостью и вели до марта в этих районах ограниченные боевые операции. В феврале 1919 года на мирной конференции в Версале Финляндия потребовала присоединить к ней всю Карелию и Кольский полуостров.
Под руководством Маннергейма финское командование разработало план наступления на территорию РСФСР. Согласно ему, после схода снегов Южная группа (регулярные части финской армии) начинает наступление в направление Олонец - Лодейное поле. Северная группа (шюцкор, шведские добровольцы и выходцы из Карелии) наступает в направлении Вешкелица - Кунгозеро - Сямозеро.
Наступление финских войск Маннергейм скоординировал с белым генералом Н.Н. Юденичем, войска которого находились в Эстонии. За этот союз Маннергейм потребовал от Юденича Карелию и Кольский полуостров. 3 апреля Юденич согласился отдать Карелию, а Кольский полуостров обещал отдать после постройки прямого железнодорожного пути на Архангельск.
Утром 21 апреля 1919 года, финские войска, состоящие из сформированной на базе части бывших войск РИА и добровольцев в Финляндии и асчитывавшей до 2000 штыков т.н. Олонецкой добровольческой армии, переходят финляндско-российскую границу в Восточном Приладожье. И вечером того же дня занимают село Видлица, 23 апреля занята Тулокса, а вечером — город Олонец, где расстреливаются раненые красноармейцы.
План захвата Олонецкой Карелии был тщательно разработан. Финны наступали несколькими группами: одна основная и две диверсионные. Основная группировка напала по пограничную заставу в селе Кондуши, когда православные отмечали Пасху. Пограничники не успели дать отпор, лишь несколько бойцов смогли добежать до Видлицы, где отряд коммунистов под руководством рабочего Путиловского завода Михаила Розенштейна решил дать бой финнам.
Видлицкие коммунары еще не знали, что рота финских солдат под командованием фельдфебеля Антти Исотало прошла по льду Ладожского озера, вышла на берег южнее Видлицы и Тулоксы и перерезала телеграфные провода. Связь с Олонцом была прервана, и о том, что происходило в Видлице, стало известно уже позднее.
Несколько десятков коммунаров забаррикадировались в местной каменной церкви, но без подкреплений их отряд был обречен. Михаил Розенштейн застрелился, а тех, кто сдался, финны расстреляли.
В городе садится марионеточное правительство под руководством купца Георгия Куттуева – выходца из самой богатой и влиятельной олонецкой купеческой семьи. Его единственной проблемой, зато довольно существенной, была полная безучастность местных жителей к финскому делу.
25 апреля белофинны выходят к реке Пряжа, в район Сулажгоры, оказавшись в 7 километрах от Петрозаводска, где встречают сопротивление со стороны частей РККА. Остальные белофинские отряды в это же время форсируют Свирь и выходят к городу Лодейное Поле. С севера к Петрозаводску приближаются англо-франко-канадские войска. Возникал риск того, что финны смогут перерезать железнодорожное сообщение и тогда город оказался бы в блокаде. Оборона Петрозаводска продлилась два месяца.
К июлю 1919 года в карельском посёлке Ухта (ныне пгт. Калевала) при содействии тайно проникших туда финских отрядов было сформировано сепаратистское Северокарельское государство.
Получив подкрепление, красногвардейцы смогли выбить финнов из Олонца, но финны перешли в контрнаступление, вернули Олонец, красным снова пришлось отбивать город. В итоге кровопролитных боев фронт стабилизировался в районе Тулоксы. Обе стороны понесли ощутимые потери. Только под Олонцом финны, по данным источников, потеряли около 80 солдат. И у красных, и у финнов не было сил, продолжать наступление.
Этот "тяни-толкай" серьёзно тревожил советских лидеров: не так уж далеко от Петрограда и в непосредственной близости от железной дороги на Мурманск продолжали расти враждебные анклавы. Тем более, что на фронтах войны красных и белых в России уже наметился перелом. Так что карельскую проблему стало возможно решить самым жёстким образом.
2 мая 1919 года Совет Обороны РСФСР объявил Петрозаводскую, Олонецкую и Череповецкую губернии на осадном положении. Через два дня была объявлена всеобщая мобилизация Северо-Западного региона РСФСР. Весь май и июнь восточнее и севернее Ладожского озера шли тяжелые бои, в ходе которых малочисленные отряды Красной Армии сдерживали хорошо обученные, полностью экипированные и сильно вооруженные белофинские войска, обладавшие к тому же значительным численным перевесом.
Начиная с 4 мая сторожевые суда «Куница» и «Горностай» (водоизмещением по 170 тонн, вооруженные двумя 75-мм пушками) ежедневно обстреливали занятое финнами побережье от Олонца до Видлицы. 8 мая они потопили в устье реки Видлица финский пароход. 16 мая к ним присоединился минный заградитель «Березина» (водоизмещение 450 тонн, две 102-мм и одна 75-мм пушки).
27 июня 1919 года в 5:30 утра Красная армия переходит в контрнаступление, к 8 июля заняв Олонец, и выбив финнов за линию границы.
27 июня, как раз в день окончания обороны Петрозаводска, финские части под руководством подполковника Юрье Эльфенгрена переходят границу на Карельском перешейке и оказываются в непосредственной близости от Петрограда. Финские войска встречают сопротивление со стороны Красной армии, в частности, в бой с ними вступают отряды РККА, сформированные из красных финнов, бежавших из Финляндии после поражения в Гражданской войне. Через два дня войска Финляндии отступают за линию границы. 9 июля в приграничной деревне Кирьясало провозглашается Республика Северная Ингрия, руководителем которой становится местный житель Сантери Термонен. В сентябре 1919 года финские части снова переходят границу и удерживают территорию Северной Ингрии около года. Республика становится подконтрольным Финляндии государством.
Большое значение в разгроме белофинских захватчиков сыграла Видлицкая операция. Десантную операцию разработали в июне. Участие в ней должны были принять два эсминца Балтийского флота, 11 кораблей Онежской военной флотилии и три стрелковых полка Красной армии. Основной удар планировалось нанести по базе финнов в Видлице, туда планировалось высадить 500 бойцов. Еще одна точка высадки десанта, куда направили 200 красноармейцев, – в районе устья Тулоксы.
Огнем мощных 102 мм корабельных орудий эсминцы «Амурец» и «Уссуриец» заставили замолчать финские береговые артиллерийские батареи. Воспользовавшись этим к берегу подошли речные сторожевые корабли, которые открыли огонь с короткой дистанции. Сторожевые корабли (а по факту - бронированные речные канонерские лодки) огнем из 76 мм горных пушек и пулеметов расчистили плацдарм для успешной высадки десанта.
Решающий удар нанесли по врагу корабли Онежской флотилии:
эскадренные миноносцы «Амурец» и «Уссуриец»;
минный заградитель «Сом»;
сторожевые корабли «Ласка» и «Выдра»;
сторожевые суда № 1, № 2 и №4;
посыльное судно №1;
4 парохода.
В боях за Видлицу отличилась Онежская флотилия, 1-я стрелковая дивизия РККА и 1-й финский стрелковый полк.
Красной Армией были захвачены:
4 87-мм орудия обр. 1877 г.;
5 57-мм морских орудия;
3 японских бомбомета;
12 пулеметов;
2000 винтовок;
4 автомата (6,5 мм системы Федорова);
1 легковой автомобиль.
Финским «добровольцам» пришлось спасаться бегством, уходя через Нурмолицы, Сяндебу и другие деревни.
С сентября 1919 по март 1920 года Красная армия полностью освобождает Карелию от интервенционистских войск Антанты, после чего начинает борьбу с финнами. 18 мая 1920 года советские войска без боя взяли посёлок Ухта, после чего правительство «Северокарельского государства» бежало в Финляндию. К 21 июля Красная армия освободила от финских войск большую часть Российской Карелии. В руках финнов остались только Ребольская и Поросозерская волости.
Страны Антанты сворачивали интервенцию и сообщили пограничным с Советской Россией странам, что возможность ведения мирных переговоров с большевиками полностью является их прерогативой. В январе 1920 года на конференции стран Балтии, Польши и Финляндии, прошедшей в Хельсинки, провалилась активно продвигаемая финнами идея о создании антибольшевистского союза. Наступление красноармейцев в Карелии и на севере России вынуждало Суоми рассмотреть возможность урегулировать отношения с Москвой.
Мирные переговоры продлились четыре месяца и стали самым серьёзным испытанием для молодой советской дипломатии со времён Брестского мира. Это было связано с чрезвычайно широким спектром проблем, почти по каждой из которых на пленарных заседаниях и предметных комиссиях шли нещадные споры. Они касались принадлежности Карелии, статуса Печенги, вопроса безопасности Петрограда и связанной с ней демаркацией на водах Финского залива. Помимо этого, жаркие дискуссии велись в экономической сфере: они были посвящены проблеме имуществ двух стран, оставшихся на территории друг друга.
Советскую делегацию возглавили Ян Берзин и Платон Керженцев. Первый занимал пост секретаря в Коминтерне, второй руководил информационным агентством РОСТА. Также в состав делегации вошли член РВС армии Советской Латвии Николай Тихменёв и специалисты, среди которых был военно-морской эксперт Евгений Беренс. Ни один не был профессиональным дипломатом, да и политиками их было назвать сложно, в отличие от членов финской делегации, которую возглавлял Юхо Кусти Паасикиви. Она состояла из представителей всех партий в сейме. Более того, финны обстоятельно подготовились к будущим переговорам, за несколько месяцев до их начала сформировав особую парламентскую комиссию.
Первый месяц переговоров прошёл в режиме «разведка боем». Позиции сторон резко расходились практически по всем вопросам: делегации предъявляли друг другу значительные экономические требования, точки зрения о будущей границе также диаметрально различались. Советская сторона сознательно затягивала консультации — этого требовало правительство. В условиях войны с Польшей Ленин хотел «оторвать» Финляндию от потенциального союза с державой Пилсудского. Это был тактический шаг, но никак не стратегический — сколь-нибудь вменяемых инструкций Керженцеву и Берзину центр не прислал.
Переговоры совсем скоро зашли в тупик. 14 июля стороны решили сделать перерыв на 2 недели и проконсультироваться со своими правительствами. Берзин и Керженцев настаивали на передаче Финляндии части территории Печенги — области в районе Мурманска, граничащей с Норвегией. Политбюро приняло предложения делегатов, а также согласилось разрешить экономические отношения с Финляндией на основе «экономического статус-кво» — отказа от взаимных материальных требований с некоторыми исключениями.
Стороны вернулись за стол переговоров 28 июля, и работа закипела. Довольно быстро разрешились экономические вопросы. Уже 13 августа РСФСР и Финляндия подписали договор о перемирии. Таким образом хотя бы на время ликвидировалась угроза войны. Однако камнем преткновения стала проблема границы. Основной целью для Советской России в тот момент было обеспечение стабильного судоходства в Финском заливе — это диктовалось экономическими соображениями. В обмен на урезание территориальных вод финны настаивали на присоединении Печенги, причём в большем объёме, нежели предлагали советские дипломаты. Военные эксперты Революционного Военного Совета, которые руководствовались прежде всего организацией защиты Петрограда и Мурманского побережья, предлагали в обмен на финские уступки в Финском заливе и передачу Печенги потребовать передачи части Карельского перешейка вплоть до Выборга. Финские представители наотрез отказывались принимать эти условия.
Большое влияние на настроения на полях конференции в Тарту оказывало международное положение Советской России. Успешное продвижение частей Красной армии вглубь Польши заставило Берзина и Керженцева твёрже отстаивать свои требования. Однако, как только случилось «чудо на Висле», психологическое состояние советских дипломатов резко ухудшилось. Особенно это было заметно у Берзина: он буквально бомбардировал Москву отчётами, в которых указывал на необходимость уступки Финляндии Печенги без какой-либо компенсации, причём в больших размерах, чем это было оговорено в июле.
Ян Берзин убеждал Георгия Чичерина в необходимости сделать большие уступки в Печенге, чем те, о которых договорился Платон Керженцев в личных беседах с финскими коллегами. Нарком по иностранным делам упорствовал, из-за чего глава советской делегации решил действовать через ответственного секретаря ЦК РКП(б) Николая Крестинского.
Давление возымело эффект. 1 октября Политбюро разрешило Берзину идти на уступки. Чичерин попробовал оспорить это решение, однако советский дипломат уже сообщил о новых обстоятельствах за столом переговоров. Недоволен уступками был и военно-морской эксперт делегации Беренс. В письмах коллегам Евгений Андреевич жаловался, что во второй половине работы мирной конференции Берзин и Керженцев фактически с ним не советовались. Поведение Беренса раздражало Морской генеральный штаб. МГШ был против передачи мурманского побережья финнам, обосновывая это планами обустройства там морской базы и тем, что территориальная утрата поставит в беззащитное положение Мурманск в случае начала войны с Финляндией.
Инициатива Берзина и личное решение Ленина, согласившегося с доводами главы делегации, поставили точку в спорах. На протяжении последующих двух недель, добившись консенсуса по территориальным вопросам, стороны дорабатывали текст мирного договора. 14 октября 1920 года финляндские и советские дипломаты подписали документы.
Согласно Тартускому миру к Финляндии на Севере, в Заполярье, отходила вся Печенгская область (Петсамо), а также западная часть полуострова Рыбачий, от губы Вайда до залива Мотовского, а также большая часть полуострова Среднего, по линии, проходящей через середину обоих его перешейков. Все острова к западу от разграничительной линии в Баренцевом море также отходили к Финляндии (остров Кий и острова Айновские). Граница на Карельском перешейке устанавливалась от
Финского залива по реке Сестре (Систер-бек, Райяйоки) и далее шла на север по линии старой административной русско-финляндской границы, отделявшей Великое княжество Финляндское от собственно русских губерний.
Оккупированные финскими войсками карельские Ребольская и Поросозерская волости очищались от войск и возвращались Карельской Трудовой Коммуне (позднее Карельской Автономной области).
Морская граница в Финском заливе между РСФСР и Финляндией шла от устья реки Сестры до Стирсудена вдоль северного побережья Финского залива, затем поворачивала к острову Сескар и островам Лавенсаари и, обойдя их с юга, поворачивала прямо кустью реки Наровы на южном берегу Финского залива. (Таким образом, эта граница отрезала Россию от выхода в международные воды Финского залива).
Отметим несколько важных военных статей договора. Финляндия должна была нейтрализовать в военномотношении принадлежащие ей острова Финского залива, за исключением островов шхерного района. Это означало, что она обязалась не возводить на островах укреплений, военно-морских баз, портовых сооружений, радиостанций, военных складов и не содержать там войска.
Финляндия лишалась права держать в Северном Ледовитом океане авиацию и подводный флот. Она могла держать на Севере до 15 обычных военных судов водоизмещением не более 400 тонн каждое, а также любые вооруженные суда водоизмещением до 100 тонн каждое.
Финляндия обязалась в течение одного года разру шить форты Ино и Пумола на Карельском перешейке.
Финляндия не имела права строить артсооружения с сектором обстрела, выходящим за границы финских территориальных вод, а на побережье Финского залива между Стирсуденом и Инониеми - на расстоянии менсе чем 20 км от береговой кромки, а также любые сооружения между Инониеми и устьем реки Сестры.
Обе стороны могли иметь на Ладожском озере и впадающих в него реках и каналах военные суда водоизмещением не более 100 тонн, и с артиллерией, не превышающей калибр 47 мм.
РСФСР имела право проводить по южной части Ладожского озера и по обводному каналу военные суда в свои внутренние воды. Финским торговым судам с мирным грузом давалось право свободного прохода по реке Неве в Ладожское озеро из Финского залива и обратно.
Финляндия в целом осталась в границах Великого Княжества Финляндского. Советская Россия передала Финляндии незамерзающий порт Печенга (Петсамо) в Заполярье, благодаря чему Финляндия получила выход к Баренцеву морю. На Карельском перешейке также была оставлена старая граница, проведённая по реке Сестра (Райяйоки). Ребольская и Поросозерская волости, а также Северная Ингрия остались за Советской Россией, и финские войска в течение полутора месяцев были выведены с этих территорий.
В Советской России договор оценивали однозначно положительно, невзирая на территориальные уступки. Платон Керженцев в брошюре «Мир с Финляндией» делал упор на экономическую выгоду для Москвы от урегулирования отношений с Хельсинки.
Тартуский договор был призван положить конец военным действиям между Россией и Финляндией. Однако и здесь мир не наступил. Финское руководство рассматривало его как временное перемирие и вовсе не планировало отказываться от претензий на Карелию. Финские националистические круги восприняли Тартуский мир как позорный и жаждали реванша. Не прошло и двух месяцев с подписания мира, как 10 декабря 1920 года в Выборге было создано Объединённое Карельское правительство.
В Финляндии мир вызвал массовое недовольство, а то, что происходило в печати, сложно назвать иначе как вакханалией. Риторика местной интеллигенции ничем не отличалась от позднейшей нацистской, а крупнейшие газеты наперебой призывали помочь братскому карельскому народу, якобы стонущему под пятой "рюсся". Обработка общественного мнения велась чрезвычайно усердно, а организации карел в самой Финляндии обратились в Хельсинки с официальным прошением о поддержке восстания советских карел. После разгрома красных и прекращения войн в Финляндии осталось множество деятелей, не желавших заниматься ничем, кроме политической и военной борьбы, а их взгляды под стать эпохе отличались радикализмом.
Проект "Великая Финляндия" потерпел неудачу. Однако события начала 20-х годов имели значение для дальнейших отношений двух стран. Война с финнами убедила советских лидеров в том, что на северо-западе находится враждебное государство, от которого можно ждать любых неприятностей в самый неподходящий момент. Этот опыт дурно повлиял на советско-финские отношения, и в конце 30-х годов советские правители и дипломаты, конечно, не могли не помнить о нём во время переговоров перед совсем другой войной.
Впрочем, это уже совершенно другая история…
Автор: Аврелий Мышев из Диктатуры Совести
Источники и примечания:
- Похлебкин В. В. Внешняя политика Руси, России и СССР за
1000 лет в именах, датах, фактах : справочник. Вып. 2 : Войны и мирные
договоры : кн. 3 : Европа в первой половине 20 в. / В. В. Похлебкин. –
Москва : Междунар. отношения, 1998. – 671 с. - Похлебкин В. В. СССР – Финляндия. 260 лет отношений
(1713–1973) / В. В. Похлебкин. – Москва : Междунар. отношения, 1975. –
408 с - Революция и национальный вопрос: документы и материалы по истории национального вопроса России и СССР в XX веке. - Т. 3. - М., 1930. С. 67 - 68.
- Рупасов А. И., Чистиков А. Н. Советско-финляндская граница. 1918-1938 гг. Очерки истории. СПб.: Издательство «Аврора», 2016. 240 с.
- Холодковский В.В. Финляндия и Советская Россия. 1918 – 1920. М.: Наука, 1975.
- Широкорад А.Б. Северные войны России — Под общ. ред. А. Е. Тараса. — М.: ООО "Издательство ACT"; Мн.: Харвест, 2001. — С. 500-537.
- Pekkalainen, Tuulikki ja Rustanius, Seppo: «Punavankileirit Suomessa 1918 — Kansallinen murhenäytelmä», s. 21-28.
- Маннергейм К.Г. Мемуары.
- Циденков Г. Как грамотно переводить стрелки. Вацлав Воровский учит.