Я уже писал о своём твёрдом убеждении, что на мой взгляд Веймарская республика была обречена, и в 1930-х гг. при любом раскладе ей на смену пришёл бы более авторитарный националистический корпоративистский режим. Другое дело, что автократизация Германии не была равна Гитлеру – претендентов на роль «фюрера» хватало и без него.
Демонтаж веймарской «Системы» последовательно шёл с марта 1930 г., когда президент Пауль фон Гинденбург назначил канцлером католического правоцентриста Генриха Брюнинга, и перешёл в решающую фазу с июня 1932 г., когда Гинденбург заменил Брюнинга на Франца фон Папена. «Делателем королей» в этот период стал генерал Курт фон Шлейхер, который занял пост военного министра при Папене.
Главной проблемой для «консервативных революционеров» являлась ограниченность их социальной базы. За «старомодных» консерваторов голосовали около 6-8% электората. «Старомодные» либералы получали по 1-2%. Социал-демократы (ок. 20%) и католический Центр (ок. 12%) цеплялись за Конституцию. Коммунисты (ок. 15%) имели собственный план революционного переустройства общества. Папен планировал договориться с Гитлером как лидером самой популярной из партий (37% на июльских выборах 1932 г.), но стороны не сошлись в цене – фюрер НСДАП требовал для себя канцлерства с исключительными полномочиями, на что «консервативные революционеры» не были согласны.
Изолированный Папен стал склоняться к идее открытого государственного переворота – президент распускал рейхстаг без назначения даты новых выборов, правительство получало диктаторские полномочия, а всех недовольных давили рейхсвер и полиция. Проблема заключалась в том, что такой вариант в стране, где почти каждая партия обладала собственными полувоенными отрядами, грозил перерасти в Гражданскую войну.
Шлейхер поручил подполковнику Ойгену Отту (будущий посол в Японии) составить штабную игру, которая бы показала, что рейхсвер не справится с одновременным восстанием коммунистов, Рейхсбаннера и Штурмовых отрядов. 3 декабря 1932 г. Гинденбург нехотя отправил любимого им Папена в отставку и назначил Шлейхера новым канцлером.
Генерал полагал, что справится с созданием широкой коалиции куда успешнее Папена. В основе его плана лежала идея «Поперечного фронта» (Querfront) поверх партийных и классовых различий. Шлейхер стал вести переговоры с социал-демократическими и христианскими профсоюзами. Полувоенные партийные группировки планировалось «приручить» через сеть государственных структур – «Имперский попечительский совет по оздоровлению юношества» для молодёжи, «Добровольную трудовую повинность» для безработных и «Зимнюю помощь» для неимущих.
Но главной целью генерала было заручиться поддержкой НСДАП. Шлейхер вступил в переговоры со вторым человеком в нацистской партии – главой её Организационного отдела и лидером «левого» крыла Грегором Штрассером, которому предложил стать вице-канцлером. Штрассер должен был либо уговорить Гитлера согласиться с такой комбинацией, либо расколоть НСДАП. Однако партийное руководство поддержало своего фюрера, а сам Штрассер в решающий момент уехал на две недели в Альпы кататься на лыжах. Раскола НСДАП так и не случилось.
Ничего не вышло и из затеи с профсоюзами – тем не понравилось, что Шлейхер в интересах сельского хозяйства приказал добавлять масло в маргарин, что удорожало продукты питания. При этом аграрный сектор посчитал меры генерала недостаточными и ополчился на него из-за планов по принудительному выкупу земли у помещиков для размещения безработных.
Тем временем Папен сумел договориться с Гитлером о коалиционном правительстве, в котором фюрер НСДАП займёт пост канцлера, но будет ограничен Папеном как вице-канцлером. Изолированный Шлейхер попытался вернуться к тому плану, который сам же и отверг в начале декабря – перейти к открытой военной диктатуре. Однако генералу напомнили о его же штабной симуляции Отта, которая доказывала невозможность сопротивляться всеобщему восстанию партийных группировок.
Шлейхеру пришлось капитулировать, и 30 января 1933 г. президент Гинденбург привёл к присяге правительство Гитлера.