Юань би-ши (кит. 元秘史) или Юань-чао би-ши (кит. 元朝秘史)
Обратите внимание на то, что ни в китайском названии, ни в первоначальном переводе названия истории Панкратова не было народа монгол, но только название династии Юань. И по этому поводу риторический вопрос к переводчикам, а почему никто не переводит на русский язык название династии Юань? Ну, хоть для информации.
"Текст памятника на монгольском языке до наших дней не дошёл. Дошедший текст, транскрибированный китайскими иероглифами, имеет китайское название «Юань би-ши» (кит. 元秘史). С начала XIX века китайские учёные стали использовать название «Юань-чао би-ши» (кит. 元朝秘史). Оба названия имеют один и тот же перевод на русский язык — «Тайная история династии Юань».
Исследователи[11] выделяют в «Юань-чао би-ши» три крупных блока, сильно отличающихся друг от друга стилистически[12]:
- «Родословная Чингисхана» (§ 1-59)
- «История» (История Чингисхана или Золотая история) (§ 60-268)
Памятник имеет сложный составной характер. Содержит фрагменты древних мифов и былинного эпоса, народные легенды и предания. Примерно треть памятника написана стихами: песни, наставления и увещевания родителей сыновьям, клятвы или присяги вассалов сюзерену, посольские «слова», традиционные благожелания и восхваления. Несмотря на то, что повествование носит эпический характер, в нём также присутствуют и документальные материалы.
Советский синолог и монголовед Б. И. Панкратов, сделавший лингвистически точный перевод «Юань би-ши» на русский язык, объясняет происхождение названия «Тайная история империи Юань» следующим образом.
После свержения китайцами власти монголов разбирался дворцовый архив юаньских императоров. Найденная в архиве рукопись памятника, написанная уйгурским письмом, была зарегистрирована чиновниками, разбирающими архив, под китайским названием Юань би-ши («Секретная история монголов»), данным ей тут же, во время регистрации. «Секретной» она была названа потому, что ее обнаружили в том отделении дворцового архива, куда во время царствования династии Юань имели доступ лишь немногие избранные монгольские сановники и где хранились секретные исторические документы монгольских императоров, недоступные ни для кого из китайцев.Когда же была предпринята работа над перетранскрибированием этого памятника китайскими иероглифами, то случайное регистрационное название «Юань би-ши» было переведено на монгольский язык[3].
Также Б. И. Панкратовым была выдвинута гипотеза[3], что первые три строчки памятника интерпретируются следующим образом:
- Юань-чао би-ши — (написано мелкими иероглифами) — Тайная история Юань — примечание
- Ман-хо-лунь ню-ча та-ча-ань — (написано мелкими иероглифами) — Тайная история монголов — транскрибированное примечание на монгольском языке
- Чингис хахан-у худжаур — (написано большими иероглифами, вынесено в отдельную строку, отделена пустыми строками) — Происхождение Чингисхана — монгольское название произведения
Вот как Панкратовым были сформулированы принципы научной транскрипции «Юань-чао би-ши»:
Монгольский текст «Юань-чао ми-ши» был переписан китайскими иероглифами между 1382 и 1389 годами и передает звуки монгольской придворной речи, как она звучала в устах Хо Юань-цзе и Ма-ша И-хэ, при помощи китайских знаков, которые должны читаться так, как они читались в Северном Китае в конце XIV века. Так как каждый китайский иероглиф представляет один слог, произносящийся всегда одинаково, то и мы, при транскрибировании этого текста знаками нашего алфавита, обязаны каждый слог всегда и везде писать одними и теми же знаками. Следовательно, для научного восстановления текста «Юань-чао ми-ши» в транскрипции, доступной каждому, а не только китаисту, существует только один путь, необходимо: 1) учесть старое чтение иероглифов, 2) учесть диакритику, расставленную авторами китайской транскрипции, 3) не изменять по своему усмотрению чтение иероглифов.
В 1921—1929 годах, работая в Пекине, Б. И. Панкратов вчерне подготовил работу «Юань-чао ми-ши („Сокровенное Сказание“). Реконструкция монгольского текста по китайской транскрипции. Перевод на русский язык, примечания и словарь. Около 40 п. л.» В 1922—1926 годах была выполнена реконструкция монгольского текста памятника и его черновые переводы, а к 1929 году был составлен его словарь: «Полный индекс записанных китайскими иероглифами монгольских слов Секретной истории Монголов»
В 1957 — начале 1960-х годов, живя в Ленинграде, Б. И. Панкратов выполнил новые транскрипцию и перевод монгольского текста «Юань-чао би-ши». Если в 1920-х годах он работал c изданием памятника из 12 цзюаней, то теперь ему представилась возможность опубликовать текст уникальной рукописи «Юань-чао би-ши» в 15 цзюанях, приобретённой П.Кафаровым и хранившейся в библиотеке Ленинградского Университета. В 1962 году издается факсимиле этой рукописи с предисловием Б. И. Панкратова[3] (том I). Также должны были последовать «перевод текста и примечания (том II), глоссарий (том III), реконструкция монгольского текста и транскрипция (том IV)», однако изданы они не были[44].
В конце 1990-х годов часть сохранившихся переводов Б. И. Панкратова была опубликована."
СОКРОВЕННОЕ СКАЗАНИЕ МОНГОЛОВ
ПЕРЕВОДЫ ИЗ “ЮАНЬ-ЧАО БИ-ШИ”
Текст воспроизведен по изданию: О работе Б. И. Панкратова над "Юань-чао би-ши" // Страны и народы Востока, Вып. XXIX. Петербургское востоковедение. 1998
Родословная Чингис-хана
Часть I
"§ 1. Был Бортэ Чино, родившийся по воле Верховного Неба. Его женой была Гоа-Марал 5. [Они] пришли [сюда], переправившись через Тэнгис.
5. В 1962 г. Б.И. Панкратов читал имя, ранее транскрибированное им Гоай Марал, как Хоа-Марал [см. 4, с. 10-11]."
В первой же строке есть два замечательных факта:
1. это имя праматери Гоа-Марал, которое отличается от имени легендарной праматери Алан-Гоа согласно Летописей Рашид-ад-Дина, что опять же свидетельствует в пользу идеи, что первичными являются Летописи персидские, а не китайские. А в этом тексте в переводе Панкратова Алан-Гоа появляется позже, она в другом народе родилась и жила в другой местности:
"§ 5. Однажды Дува-Согор со своим младшим братом Добун-Мэргэном поднялся на Бурхан-Хаддун.
Глядя с Бурхан-Халдуна, он увидел, что вниз по течению речки Тунгэ-лик подкочевывает какая-то группа людей.
§ 6. [Он] сказал: “Среди этих приближающихся людей находится красивая девушка в крытой повозке”. Он отправил своего младшего брата Добун-Мэргэна, чтобы он разузнал, и, если она еще не замужем, намеревался сосватать ее Добун-Мэргэну.
§ 7. Добун-Мэргэн побывал у тех людей, и на самом деле, там была девушка по имени Алан Гоа, красивая, очень знатного рода и еще ни за кого не просватанная.
§ 8. Что касается той группы народу, то выяснилось так: Баргуджин-Гоа, дочь Бархудай-Мэргэна, владетеля земель Кол-Баргуджин-тухум, была выдана замуж за Хорилартай-Мэргэна, нойона Хори-Туматского. А Алан Гоа была дочерью, которая родилась у Хорилартай-Мэргэна от Баргуджин-Гоа в земле Хори-Тумат в местности Арих-Усун.
§ 9. Когда в землях Хори-Тумат был наложен запрет на охотничьи угодья, богатые соболем и белкой, Хорилартай-Мэргэн рассердился. Он принял для своего рода прозвище Хорилар и, говоря, что земли около горы Бурхан-Халдун хороши для охоты, сейчас перекочевал, направляясь к владельцам горы Бурхан-Халдун Бурхан Босгахсану и Шэньчи Баяну из племени Урянхай.
Вот при каких обстоятельствах произошло сватовство и женитьба Добун-Мэргэна на Алан Гоа, дочери Хорилартай-Мэргэна из племени Хори-Тумат, родившейся в местности Арих-Усун.
§ 10. Алан Гоа, придя в дом Добун-Мэргэна, родила двух сыновей. Их звали Бугунутай и Бэлгунутэй."
2. Здесь указано географическое название Тэнгиз, это конечно поразительно, но я пока не нашёл комментариев научных от историков и лингвистов по поводу этого названия, хотя оно известно всем тюркам. А вот на форумах тюрки обсуждают его и получается следующая картина:
У казахов это вполне конкретное озеро:
" Тенги́з(каз. Теңіз — «море, большое озеро»; Тениз, Денгиз, Нуринское) — горько-солёное бессточное озеро на западе Тенгиз-Кургальджинской впадины в северной части Казахского мелкосопочника (Сары-Арка), крупнейшее из Тенгиз-Кургальджинских озёр. Находится в Казахстане у границы Акмолинской области с Карагандинской, на территории Коргалжынского района."
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A2%D0%B5%D0%BD%D0%B3%D0%B8%D0%B7_(%D0%BE%D0%B7%D0%B5%D1%80%D0%BE)
"У тюркских народов (а от них и у монголов) слово тэнгис обозначает "море". Это нашло отражение в нартском эпосе народов Кавказа и в персидских географических текстах, где Каспийское море называется "Хазар-тенгиз", а Чёрное море - "Кара-тенгиз". В XIII веке фиксируется в Сокровенном сказании монголов как название внутреннего моря из-за которого пришли предки Чингисхана,..."
Таким образом, предки Чингизхана, его народ не является монгольским народом, поскольку монголы являются местным народом в Монголии, а не пришлым, но пришли скорее всего татары, которые пришли из-за моря, и тут в принципе уже не важно, что это: озеро Тэнгиз или море Чёрное или Каспийское, главное, что они пришли на восток с запада: из Северного Причерноморья или с берегов Волги, из Скифии.
Что касается перевода, то поскольку Панкратов был очень критичным к переводу Козина, то здесь я себе позволю критическое замечание:
"...переправившись через Тэнгис..."
- "переправиться" здесь не совсем точное слово, говоря хоть о море Чёрном, хоть о Каспийском, хоть об озере, не было нужды через него переправляться, его нужно было "обойти или пройти берегом".
В пользу скифского происхождения свидетельствует также имя известного легендарного скифского героя Таргитая
Часть II
"§ 79. Тогда пришел во главе своей дружины [тайчиудский] Таргутай Кирилтух,"
который здесь имеет также второе имя со знакомым русским корнем Кирил
"Таргитай (греч. Ταργιτάος) — в скифской мифологии прародитель скифов.
В изложении этого мифа у Диодора персонаж, аналогичный по месту в сюжете Таргитаю, именуется Скифом. Таргитай — отец Липоксая, Арпоксая и Колоксая, положивших начало разделению скифского общества на роды[1].
Таргитая чаще связывают с хеттским и лувийским Тархунтом и другими подобными богами, нередко связанными с «громом и молнией»[2].
Б. А. Рыбаков предполагал славянскую принадлежность мифа о Таргитае, и что от него остались воспоминания в русских былинах — рассказы о богатыре Тархе Годиновиче (Тархе Тарховиче).
По данным Дмитрия Сергеевича Раевского:[5]
Скифский Таргитай, Траетаона-Феридун—отец трех сыновей, младший из которых, доказав свое превосходство над братьями, становится верховным владыкой Ирана.
Раевский Д. С. Очерки идеологии скифо-сакских племен: опыт реконструкции скифской мифологии.
Персидские летописи сообщают некоторые сведения о личности и даже внешнем облике Таргутай-Кирилтуха: по Рашид ад-Дину, это был человек высокого роста и крупного телосложения, скверный нравом и враждовавший со многими своими родичами, но вместе с тем «чрезвычайно храбрый» и воинственный.
П. Пеллио, выступая в защиту версии Рашид ад-Дина, заметил, что в своём труде историк упоминает как минимум ещё двоих людей с именем Таргутай; в то же время Пеллио сомневался в достоверности предложенного автором перевода прозвища «кирилтух», отмечая, что этого или хотя бы близкого по звучанию слова нет ни в одном из монгольских или тюркских языков."
Pelliot, P., Hambis, L. Histoire des campagnes de Gengis Khan. Cheng-wou ts'in-tcheng lou. — Leiden: E. J. Brill, 1951. — Vol. I. — P. 16. — 485 p.
Здесь также есть известная притча о единстве, когда отец предлагает сыновьям переломить веточку и веник. Эта притча известна у многих народов в Азии и в Европе: у русских (Толстой), у французов (Лафонтен), у грузин, а у казахов также, как и здесь речь идёт о стрелах. Только здесь её рассказывает Алан Гоа (Мать Земля) сыновьям в других обстоятельствах, упоминая также древнюю легенду многих народов о божественном небесном происхождении сыновей:
"§ 17. Время шло, и Добун-Мэргэн скончался. После кончины Добун-Мэргэна Алан Гоа, не имея мужа, родила трех сыновей. Их звали: Бугу Хатаги, Бухату Салджи и Бодончар Мунхак.
§ 18. Родившиеся раньше от Добун-Мэргэна два сына — Бэлгунутэй и Бугунутай — тайком от своей матери Алан Гоа говорили: “Наша мать, не имея ни мужа, ни братьев мужа, родила этих трех сыновей. В доме есть только один человек — из племени Маалих Баяудай. Эти три сына, наверное, от него”.
Мать их, Алан Гоа, распознала о разговорах, которые они вели тайком от нее.
§ 19. Однажды весной она сварила провяленную тушу барана, посадила рядом друг с другом пятерых своих сыновей — Бэлгунутэя, Бугунутая, Бугу Хатаги, Бухату Салджи и Бодончар Мунхака, дала каждому по одному древку стрелы и сказала: “Переломите!”. Какой тут труд переломить по одному древку! Переломили. Тогда она связала вместе пять древков, дала им и сказала: “Переломите!”. Пятеро сыновей эти пять связанных древков каждый подержал по очереди, ломал, но переломить не смог.
§ 20. Тогда их мать Алан Гоа сказала: “Вы двое моих сыновей, Бэлгунутэй и Бугунутай, ведете между собой разговоры, подозревая меня. Вы говорите — она родила вот этих трех сыновей. От кого эти сыновья? — Подозрения ваши правильны.
§ 21. Каждую ночь по свету, проникающему через щель в дымнике, приходил блистающий желтый человек. Он гладил мне живот, и его сияние проникало в мой живот. Когда он уходил, то, как желтая собака, он взбирался по лучам солнца и луны.
Зачем вы так необдуманно говорите? Ведь если судить по этому, то это признак того, что они дети Неба. Как вы можете говорить о них как о простых смертных? Вот когда они станут великими ханами, тогда-то поймут простолюдины”."
Далее мы можем перейти собственно к Тэмуджину и Чингизхану, именно так, поскольку оба имени употреблены в тексте и идут вперемежку, хотя я по наивности верил, как пишут историки, что Тэмуджин - было детское имя, а Чингизхан он стал называться, когда стал ханом или императором. И называть Чингизхана Тэмуджином никто бы не стал по вполне понятным причинам, однако Джамуха и Он-хан его называют по прежнему детским именем Тэмуджин.
Часть II § 79.
"Тогда Тайчиуды стали громко кричать: “Выдайте нам вашего старшего брата, Тэмуджина! Другого нам ничего не надо!”. Этим они и побудили Тэмуджина бежать. Заметив, что Тэмуджин направился в лес, Тайчиуды бросились за ним в погоню...
§ 81. Таргутай Кирилтух привез Тэмуджина к себе и распорядился, чтобы его подданные по очереди давали Тэмуджину ночлег 16-го числа первого летнего месяца по случаю праздника полнолуния. ... На это празднество Тэмуджина привел какой-то слабосильный парень. Выждав время, когда все пировавшие расселись, Тэ..муджин бежал от этого слабосильного парня, вырвавшись у него из рук и ударив его раз по голове своей шейной колодкой.
[§ 115.] Тэмуджин, Тоорил-хан и Джамуха, сообща разрушив жилища мэркитов и полонив их красивых жен, на обратном пути пошли через Талхун-Арал, что у слияния рек Орхон и Сэлэнгэ.
[§ 116.] Тэмуджин с Джамухою сообща расположились на Хорхонах-джубуре. Стали они вспоминать про свою старую дружбу и уговорились еще сильнее углубить свою взаимную любовь. В первый раз они поклялись быть побратимами еще когда Тэмуджину было одиннадцать лет..."
Далее уже упоминается Чингиз-хан в борьбе против татар:
[Часть IV]
"[§ 133.] Чингис-хан сказал: “Татары — наши старые враги. Они губили наших отцов и дедов. Поэтому и нам следует принять участие в настоящем сражении”. Он послал Тоорил-хану следующее извещение: “По сведениям, Алтан-ханов Онгин-чинсан гонит перед собою, вверх по Ульдже Мэгуджин-Сэулту и прочих татар. Давай присоединимся к нему, и мы против татар, этих убийц наших дедов и отцов. Поскорее приходи, хан и отец мой, Тоорил!”. На это извещение Тоорил-хан отвечал: “Правда, сын мой. Объединимся!”. На третий же день Тоорил-хан собрал войско и поспешно вышел навстречу Чингис-хану. Затем Чингис-хан с Тоорил-ханом послали извещение джуркинцам: “Давайте пойдем вместе с нами для истребления татар, которые испокон веков были убийцами наших дедов и отцов!”. Он послал Тоорил-хану следующее извещение: “По сведениям, Алтан-ханов Онгин-чинсан гонит перед собою, вверх по Ульдже Мэгуджин-Сэулту и прочих татар. Давай присоединимся к нему, и мы против татар, этих убийц наших дедов и отцов. Поскорее приходи, хан и отец мой, Тоорил!”. На это извещение Тоорил-хан отвечал: “Правда, сын мой. Объединимся!”. На третий же день Тоорил-хан собрал войско и поспешно вышел навстречу Чингис-хану. Затем Чингис-хан с Тоорил-ханом послали извещение джуркинцам: “Давайте пойдем вместе с нами для истребления татар, которые испокон веков были убийцами наших дедов и отцов!”."
Здесь я не могу не вставить два важных замечания:
1. упомянут Алтан-хан - это император чжурдженский империи Цзинь, который был сувереном Чингизхана, как минимум до 1215 года.
2. Данная история категорически противоречит другому историческому китайскому источнику
"Мэн-да бэй-лу (кит. трад. 蒙韃備錄, упр. 蒙鞑备录, пиньинь Měngdá Bèilù, буквально: «Полное описание монголо-татар»; 1221 г.) — записки китайского путешественника, южносунского посла, направленного к монгольскому наместнику в Северном Китае. "
в котором Тэмуджин назван чёрным татарином, а династия монгол исчезла к 13 веку совсем, а в этой истории Чингизхан вместе с монголами воюет против татар и истребляет их на корню.
"Нынешний император Чингис, а также все (его] полководцы, министры и сановники являются черными татарами.
“монголы 101 некогда переменили период правления на Тянь-син и [их владетель] назвал себя „родоначальником династии и первым просвещенным августейшим императором"”
[Я], Хун, часто расспрашивал их [об их прошлом] и узнал, что монголы 104 уже давно истреблены и исчезли."
"§ 150]. После этого к Чингис-хану, который находился в местности Тэрсут, пришел, чтобы вступить в содружество, кэрэитский Джаха-Ганбу. Как раз, когда он пришел, напали мэркиты, и Чингис-хан с Джаха-Ганбу отбили нападение.
Когда он, изнуренный, добрался до озера Гусэур-нур, Чингис-хан, не забывший, что между Он-ханом и Есугэй-ханом когда-то был заключен союз побратимства, отправил к Он-хану послов — Тахай-баатура и Сукэгай-донэуна. Сам Чингис-хан выступил ему навстречу с верховьев Кэрулэна. Видя, что Он-хан изнурен и истощен, Чингис-хан собрал с народа подать и дал Он-хану. Ввел его в свой стан и заботился о чем. Той зимой Чингис-хан кочевал вместе [с Он-ханом], и зимовали они в местности Хубахая.
[§ 154.] Уничтожив и разграбив знатных татар, Чингис-хан собрал большой совет, чтобы решить, что делать с татарским народом. Для этого он созвал всех своих родичей в одну юрту и, советуясь, сказал им: “С давнего времени татары были убийцами наших дедов и отцов. Теперь настало время отомстить за наших дедов и отцов. Уничтожим всех татар ростом не ниже чеки! Вырежем их! А тех, кто останется, обратим в рабство! Разделим их между собой!”.
Когда совет закончился и все выходили из юрты, татарин по имени Екэ-Чэрэн спросил у Бэлгутэя: “Что решили на совете?”. Бэлгутэй сказал: “Решили всех вас вырезать, кто ростом не ниже чеки”. Об этих словах Бэлгутэя Екэ-Чэрэн оповестил татар, и они укрылись в укреплениях. Чтобы взять эти укрепления, наши войска положили много сил и труда. Когда татар, оставшихся в живых в укреплениях, собирались убивать всех, кто ростом не ниже чеки, татары сговорились: “Давайте, пусть каждый из нас спрячет в рукав нож и умрет на трупе врага” 28. И опять наши понесли большие потери.
Уничтожив татар, всех, кто ростом не ниже чеки, Чингис-хан повелел: “Бэлгутэй рассказал татарам о решении, принятом на великом совете наших родичей, поэтому наши войска понесли большие потери."
Тут Чингизхана снова называют Тэмуджин, но наверное побратиму можно и детским именем брата называть:
"[§ 160.] Вместе с Он-ханом пошел и Джамуха. Он сказал Он-хану: “Мой побратим Тэмуджин давно уже обменивается посланцами с найманами.
[§ 161.] Чингис ночевал на том же месте. Когда рассвело, он, приготовившись к сражению, увидел, что Он-хана нет на месте стоянки. Тогда Чингис-хан сказал: “Должно быть, он хотел, чтобы мы здесь сварились, как в котле” 32. С этими словами Чингис-хан отправился в путь.
[§ 164.] Он-хан еще сказал: “Однажды мой побратим Есугэй-баатур пришел мне на помощь и вернул мне мой народ. Мой сын Тэмуджин теперь опять пришел мне на помощь и вернул мне мой народ. И вот теперь я озабочен: кому передать этот народ, который собрали и вернули мне эти отец и сын? Я уже стар. Я состарился до того, что меня уже пора хоронить на высоком месте 36. Я подряхлел до того, что меня пора уже отнести на крутую гору! А кто же будет ведать всем народом? Мои младшие братья — люди никудышные. У меня есть сын Сэнгум, но один-единственный, а это все равно, что и нет сына. Если я сделаю моего сына Тэмуджина старшим братом Сэнгума, то у меня будет двое сыновей, и я буду спокоен!”.
Он-хан встретился с Чингис-ханом в Черном лесу на реке Тула, и там они уговорились называть друг друга отцом и сыном. Причина, по которой они стали называть друг друга отцом и сыном, такова. Он-хан был побратимом Есугэй-баатура, отца Чингис-хана, а потому он и был для Чингис-хана как бы отец. Это и было причиной, по которой они стали называть друг друга отцом и сыном.
[§ 166.] Об этом охлаждении узнал Джамуха. Джамуха начал клеветать: “Мой побратим Тэмуджин в сговоре с Даян-ханом найманским и обменивается с ним посланцами. На языке у него постоянно слова "отец" и "сын", но на самом деле его намерения совсем другие. Неужели ему можно доверять? Если вы не нападете на него первым, то с вами все может случиться. Если вы выступите в поход против моего побратима Тэмуджина, то я одновременно нападу на него с фланга”.
Тоорил ответил: “Будет лучше, если пойдем и завладеем народом Тэмуджина. Когда его народ будет захвачен, что он будет делать?”.
[§ 167.] После этих слов Нилха Сэнгум отправил Сайхан Тодээна, чтобы повторить все сказанное Он-хану, его отцу. Когда ему повторили все сказанные слова, Он-хан сказал: “Как можете вы думать так о моем сыне Тэмуджине? Мы теперь доверились ему 38, и не будет нам милости Неба за такие злые мысли против Тэмуджина. У Джамухи язык мелет без разбора”
Когда Чингис-хан получил приглашение, он отправился с десятью сопровождающими.
Чингис-хан послушался и не поехал, а отправил Бухатая и Киратая, сказав им: “Присутствуйте на сговорном пире”. Сам Чингис-хан вернулся к себе из жилища отца Мунлика. Когда Бухатай и Киратай прибыли на пир, Сэнгум и его приближенные сказали: “Нас разгадали. Завтра утром мы окружим и захватим в плен Тэмуджина”.
[§ 169.] После того, как решили завтра утром окружить и захватить Тэмуджина, младший брат Алтана, Екэ-Чэрэн пришел к себе домой и сказал: “Мы все вместе решили завтра утром поймать Тэмуджина. Чего только не сделал бы Тэмуджин для человека, который сообщил бы ему эти слова!”.
Часть VI § 170.
Он-хан спросил у Джамухи: “Кто из окружающих моего сына Тэмуджина может действительно вступить с нами в бой?”. Так он спросил. Джамуха отвечал: “У него есть люди, которые зовутся урууты и мангуты.
Он-хан сказал еще: “Мой младший брат Джамуха, ты командуй нашей армией!”.
При этих словах Джамуха отъехал в сторону и сказал своим товарищам: “Он-хан говорит мне, чтобы я командовал его войсками. Я же никак не способен сражаться против моего побратима. Раз Он-хан просит меня командовать его войсками, это значит, что он еще менее способен, чем я. Ну и сотоварищ у меня! Я предупрежу побратима. Пусть побратим примет меры предосторожности!”. Сказав это, Джамуха тайно отправил гонца предупредить Чингис-хана такими словами: “Он-хан спросил меня: 'Кто из окружающих моего сына Тэмуджина может действительно [60] вступить с нами в бой?".
[§ 174.] Тут пришел к Чингис-хану Хадаан-Далдурхан, оставивший у Он-хана своих жен и детей.
Большинство монголов у нас с Джамухой, Алтаном и Хучаром. Те же монголы, которые ушли с Тэмуджином, не имеют пристанища.
Часть VII
§ 186. Когда Чингис-хан разгромил народ кэрэйтов, он распорядился раздать его своим сподвижникам.
§ 187. Чингис-хан еще соизволил сказать: “За услугу, оказанную Бадаем и Кишликом, пусть они получат большой золотой шатер 43
43. В 1941 г. Б. И. Панкратов так пояснил выражение “золотой шатер” в § 184 “Юань-чао би-ши”: “Тэрмэ по-монг[ольски] название шерстяной ткани, из которой делают тибетцы свои палатки. Кто были тангуты [?] — тибетцы. Давно ли юрта в Монголии? Кто знает... а тибетцы живут в палатках уже испокон веков...” [АВ, ф. 145, оп. 1, ед. хр. 213, л. 46-47].
Истребив так народ кэрэйт, Чингис-хан ту зиму зимовал в степи Абджия-кодээри.
[§ 194.] Когда караульные докладывали эти слова, Таян-хан находился на реке Хачир-усун в Ханхайе. Получив это известие, он послал сообщить своему сыну Кучлух-хану следующее: “Монгольские кони тощи, но огней у них так много, как звезд на небе. Значит, монголов много. Если мы сейчас с ними схватимся, то, пожалуй, трудно будет оторваться от них. Говорят, что эти монголы так тверды, что коли им в щеку, они не посторонятся, ткни им в глаза, они не моргнут. Их не заставить отступить даже тогда, когда струится их кровь. Если сейчас мы вступим с ними в сражение, то потом, пожалуй, не одолеем. Сообщают, что у монголов кони тощи. Давайте, поднимем народ и переправим его на ту сторону Алтая. Войска же приведем в боевую готовность и будем завлекать монголов. Когда мы дойдем до Южного Алтая, то наши кони откормятся, а монголы и их кони изнурятся. Тогда-то мы и нападем на них с фронта”. Выслушав эти слова, Кучлух-хан сказал: “Ну, что за баба этот Таян! Он говорит это потому, что у него сердце в пятки уходит. Это множество монголов откуда появилось? Ведь большинство монголов находится здесь у нас вместе с Джамухой.
Чингис-хан сам пошел в авангарде, Хасару поручил ведать центром, а Отчигин-нойону приказал ведать заводными конями. Найманы отступили от Чакир-маут и встали по краю переднего склона горы Наху-кун. Наши дозоры, преследуя дозоры найманов, подогнали их к главным силам, находившимся на переднем склоне горы Наху-кун. Таян-хан, увидав преследование своих дозоров, обратился к Джамухе, который находился при нем, так как принимал участие в походе найманов. Таян-хан спросил Джамуху: “Кто они, преследующие наших, как волки, гонящие стадо овец к овчарне? Что это за люди, которые так гонят?”.
Джамуха отвечал: “Мой побратим Тэмуджин имеет четырех псов, которых он откармливает человеческим мясом, привязав на железной цепи. Вот они-то как раз и преследуют наши дозоры. У этих четырех псов медные лбы, зубы — как долота, языки — как шилья, железные сердца, сабли вместо плеток. Они питаются росой, ездят верхом на ветре. В дни битв они едят человеческое мясо, в дни схваток им пищей служит человечина. Теперь их спустили с цепи, и они, ничем не сдерживаемые, радуются, и у них текут слюни. Эти четыре пса: Джэбэ и Хубилай, Джэлмэ и Субээтэй”."
Тут конечно нет точных дат, но упоминание Хубилая в данном контексте, как воина и полководца весьма сомнительно, поскольку он только родился в 1215 году, и даже к году смерти Чингизхана в 1227 году ему было всего 12 лет!
"Хубила́й (монг. Хубилай хаан?, ᠬᠤᠪᠢᠯᠠᠢ ᠬᠠᠭᠠᠨ?; кит. 忽必烈; 23 сентября 1215[5] — 18 февраля 1294[6]; монгольское храмовое имя Сэцэн-хаган; китайское храмовое имя — Ши-цзу (кит. 世祖, кит. 始祖) — «Основатель династии») — монгольский хан, основатель монгольского государства Юань."
"Джамуха отвечал: “Это мой побратим Тэмуджин. Весь он закован в медную броню так, что негде уколоть даже шилом. Закован в железо так, что негде уколоть даже иглой. Разве вы не видите? Это он летит, как голодный сокол. Друзья найманы, не вы ли говорили, что только бы вам увидать монголов, а уже тогда от них не останется даже столько, сколько кожи на копытцах козленка? Так теперь смотрите же, вот они!”. Тогда Таян-хан сказал: “Страшно! Подымемся выше на гору!”. Они поднялись и остановились. Опять Таян-хан спросил: “А кто же это идет позади [63] Тэмуджина со множеством войска?”.
[§ 196.] Джамуха, сказав все это Таян-хану, отделился от найманов и послал к Чингис-хану гонца со словами: “Передай моему побратиму: "Таян-хан, напуганный моими словами, бежал на гору. Убитый моими словами, он полез на гору. Побратим, обрати внимание! Они ведь полезли на гору! У них уже нет духа сопротивляться. Я от найманов отделился"”. С такими словами он послал гонца. Так как было уже поздно, то Чингис-хан заночевал, оцепив войсками гору Наху-кун. Ночью найманы пытались бежать. Они падали с горы Наху, валились один на другого, разбивались вдребезги, давили друг друга.
Тут же подчинились нам племена джадаран, хата-гин, салджиут, дорбэн, тайчиут и унгират, которые были с Джамухой. Когда к Чингис-хану привели Гурбэсу, мать Таян-хана, Чингис-хан сказал: “Не ты ли говорила, что от монголов плохо пахнет? Зачем же ты пришла?”. И взял ее в жены."
PS 45. К вопросу о воинском искусстве монгол:
Перевод и примечание 1941 г.: “"Пойдем сомкнутыми радами (походным порядком подобно зарослям трав, пойдем). Встанем развернутым строем (строем, как море, выстроимся). Ударим сокрушительным ударом (битву "долота" будем биться)". Здесь надо не забывать о военном искусстве джурдженей, учениками к[ото]рых были монголы, и о чжурчжене-китайской военной терминологии” [там же, л. 56 об].
PS . И ещё раз об иностранных древних именах, если честно, я уже надеялся, что после исконных древних монгольских имён типа Буря, Орда, Баян, переводчики не смогут меня удивить, но Панкратов смог, у него появилось монгольское имя Алах! Прости, господи.