– Это всё решаемо! – махнул рукой Аркадий. – Главное – захотеть!
– Хорошо, – Екатерина присела рядом с ним. – Давай подумаем вместе. Вот заболел Илюша ночью. Температура под сорок, врача нет – только фельдшер в соседней деревне. Что делаем?
– Ну... в город повезём...
– В метель? По заснеженной дороге? А если машина заглохнет? А если гололёд?
– Катюш, я тут подумал, – Аркадий отложил ноутбук и мечтательно посмотрел в окно. – В деревне сейчас такая красота... Мама говорит, что соловьи по вечерам поют.
– Ага, – рассеянно отозвалась Екатерина, пытаясь одновременно проверить рабочую почту и уследить за двухлетним Илюшей, который с упорством первооткрывателя исследовал содержимое кухонных шкафчиков.
– Нет, ты правда послушай! – воодушевился муж. – Представь: просыпаешься утром от пения птиц, выходишь на крыльцо с чашкой кофе, а вокруг тишина, чистый воздух...
– Аркаш, у меня тут три письма от клиентов и ребёнок, который вот-вот доберётся до маминой любимой супницы. Давай помечтаем о деревне вечером? – Екатерина наконец поймала сына и усадила его в детский стульчик.
– Слушай, – Аркадий подошёл ближе, – а что, если нам туда переехать? Мама говорит, она не против поменяться. Мы – в дом, она – обратно в квартиру.
Екатерина замерла с недонесённой до Илюши ложкой каши:
– Ты это сейчас серьёзно?
– Абсолютно! – глаза мужа загорелись. – Я же на удалёнке работаю, тебе тоже необязательно в офис ездить. Илюшка на свежем воздухе будет расти.
– А садик? А поликлиника? – Екатерина нахмурилась. – Ты хоть представляешь, как с маленьким ребёнком в деревне жить?
– Да брось ты, справимся! Зато какая экономия! Продукты свои, да и цены там ниже, чем в городе.
– Аркадий, ты в своём уме? Какие продукты? Я даже укроп не могу вырастить!
– Научишься! – отмахнулся муж. – Вот увидишь, это будет лучшее решение для всей семьи!
Екатерина молча смотрела на мужа, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Что-то подсказывало ей – это только начало большого разговора, и он ей совсем не нравится.
Два года назад, когда Варвара Георгиевна предложила молодым свою квартиру, а сама перебралась в загородный дом, всё казалось таким правильным и логичным. Просторная трёшка в хорошем районе – что ещё нужно молодой семье? К тому же дом в деревне и правда был отличный: кирпичный, утеплённый, с газовым отоплением и всеми удобствами. Свекровь души не чаяла в этом доме, выращивала какие-то невероятные цветы, собирала урожаи помидоров и огурцов, варила варенье и заготавливала соленья.
Екатерина частенько вспоминала, как они всей семьёй приезжали туда по выходным. Варвара Георгиевна хлопотала у плиты, готовя свои фирменные пироги, Аркадий с отцом возились в гараже, а она сидела в плетёном кресле на веранде с книжкой, наслаждаясь тишиной и покоем. Тогда деревенская жизнь казалась милой и уютной. Но одно дело – приезжать на выходные, и совсем другое – жить постоянно! Тем более с ребёнком.
С появлением Илюши жизнь, конечно, изменилась. Екатерина, помогавшая родителям в их бизнесе, перешла на удалённую работу. Александр Валерьевич и Вероника Тихоновна держали пару небольших магазинов, и до появления ребёнка дочь вела всю документацию, общалась с поставщиками, решала организационные вопросы. Теперь, конечно, она уже не могла выезжать на личные встречи, да и засиживаться за работой допоздна тоже, но она всё ещё принимала участие в семейном бизнесе и получала за это зарплату.
«Вот пойдёт Илюша в садик, и я вернусь к прежнему графику», – частенько думала Екатерина. Она скучала по живому общению с коллегами, по деловым встречам, по самой атмосфере рабочего процесса. Да и родителям нужна была её помощь именно там, на месте – некоторые вопросы по телефону или почте просто не решишь. Как назло, именно сейчас Аркадий загорелся этой странной идеей переезда в деревню. И, кажется, всерьёз...
На протяжении нескольких недель разговоры о переезде не утихали. Екатерина всё яснее видела, как горят глаза мужа, когда он в сотый раз принимался расписывать прелести деревенской жизни. Аркадий всегда был увлекающимся человеком – загорался какой-нибудь идеей и не мог думать ни о чём другом.
– Представляешь, у нас будет свой огород! – восторженно рассуждал он за ужином. – Всё экологически чистое, без химии. Я уже присмотрел место для теплицы, мама рассказала, какие сорта помидоров лучше сажать...
Екатерина только качала головой:
– Аркаш, ну какой огород? У меня даже кактусы не выживают. И потом, ты правда думаешь, что с маленьким ребёнком у меня будет время полоть грядки? Или ты сам собираешься этим заниматься?
Через пару дней он зашёл с другой стороны:
– Кать, а ты видела, какие цены на продукты? В деревне всё дешевле минимум в полтора раза! Мама говорит, за всю зиму в магазин за овощами не ходила.
– Зато бензина сколько будет уходить! – парировала жена. – Три магазина на всю деревню, ассортимент – хлеб да молоко. За всем остальным в город мотаться придётся.
Когда экономические доводы не сработали, Аркадий снова сменил тактику:
– Вот зря ты время тратишь сбор информации о садиках, – заявил он, застав её за просмотром сайтов дошкольных учреждений. – В деревне он нам не понадобится. Мы же оба дома работаем, справимся!
– Я не собираюсь сидеть на удалёнке вечно. Как только Илюше дадут садик, я вернусь к нормальной работе.
– Зачем? – искренне удивился муж. – Так же удобнее! И ребёнок дома, и ты работаешь.
– Удобнее кому? – вспылила Екатерина. – Я хочу вернуться к полноценной работе с родителями. Тебя это не волнует?
Их спор прервал звонок в дверь. На пороге стояла Варвара Георгиевна – решительная и собранная.
– Так, – с порога начала свекровь, проходя на кухню. – Я всё решила. Больше у меня нет сил жить в деревне. Квартира моя, поэтому вот как будет: вы переезжаете в дом, а я возвращаюсь сюда.
У Екатерины внутри всё похолодело. Она растерянно посмотрела на мужа – тот просиял, явно воспринимая слова матери как подарок судьбы.
– Варвара Георгиевна, но мы же это не обсуждали...
– А что тут обсуждать? – отрезала свекровь. – Квартира моя. Я имею право вернуться, когда захочу. Вам же лучше делаю – дом большой, участок, воздух чистый...
Екатерина молчала, судорожно осмысливая ситуацию. Свекровь права – квартира действительно её. Они здесь на птичьих правах. И этот ультиматум... Теперь понятно, почему муж последние недели так увлечённо рассказывал о преимуществах деревенской жизни. Мать явно расписала ему все прелести загородной идиллии, зная его тягу к новым идеям. А когда поняла, что невестка не поддаётся на уговоры сына, решила действовать напрямую.
Голова шла кругом. Что делать? Куда идти? Снимать квартиру? Брать ипотеку? Может, родители смогут помочь? От осознания собственной беспомощности к горлу подступил ком. Но одно Екатерина знала точно – в деревню она с ребёнком не поедет. Нужно срочно искать выход.
Первым делом Екатерина позвонила родителям. Голос предательски дрожал, когда она рассказывала о внезапном ультиматуме свекрови. Вероника Тихоновна слушала молча, а потом сказала:
– Приезжай. Прямо сейчас. Папа за тобой заедет.
Через час они сидели на кухне родительской квартиры. Илюша уже спал на разложенном кресле. Александр Валерьевич задумчиво постукивал пальцами по столу, Вероника Тихоновна заваривала чай.
– Знаешь, – медленно начал отец, – мы с мамой как раз собирались рассказать... Помнишь тот дачный участок в Сосновом, который мы вместе смотрели месяц назад? Мы его купили на прошлой неделе. Там дом хороший, капитальный. Правда, внутри работы много – обставить надо, технику купить. Но жить можно. И главное – он в черте города, прямо за парком. Автобусная остановка в пяти минутах, поликлиника через три квартала. Магазины, всё есть.
Екатерина счастливо улыбнулась. Сосновый! Тихий зелёный район на окраине города. Там и правда было здорово – уютные улочки, много зелени, при этом вся городская инфраструктура рядом.
– Поживите там, пока не решите вопрос с жильём, – подхватила Вероника Тихоновна. – Потом что-нибудь придумаем с квартирой.
Вернувшись домой, Екатерина застала мужа за ноутбуком – он увлечённо изучал какие-то схемы посадок.
– Аркаша, нам родители предлагают вариант.
Она рассказала о предложении родителей. Спокойно, без упрёков, стараясь подчеркнуть все плюсы:
– Это же тоже загородная жизнь! Свой участок, свежий воздух, тишина. Но при этом мы остаёмся в городе. До садика десять минут пешком, поликлиника рядом, магазины...
Но чем дольше она говорила, тем сильнее хмурился муж.
– То есть ты уже всё решила? – его голос звенел от обиды. – Даже не хочешь попробовать пожить в настоящей деревне?
– А ты хоть раз спросил, чего хочу я? – тихо ответила Екатерина. – Все эти недели ты говорил только о себе. О том, как тебе будет хорошо работать на природе, как ты хочешь есть свои овощи... Я предлагаю вариант, который устроит обоих: и природа есть, и от города не оторваны.
– При чём тут это? Я же о семье думаю! О нашем будущем!
– Нет, Аркаша. Ты думаешь о своей мечте. А я думаю о реальности. О том, что в деревне нет детского сада. Что до ближайшей поликлиники сорок минут на машине. Что зимой дороги заметает так, что можно застрять на полдня.
– Это всё решаемо! – махнул рукой Аркадий. – Главное – захотеть!
– Хорошо, – Екатерина присела рядом с ним. – Давай подумаем вместе. Вот заболел Илюша ночью. Температура под сорок, врача нет – только фельдшер в соседней деревне. Что делаем?
– Ну... в город повезём...
– В метель? По заснеженной дороге? А если машина заглохнет? А если гололёд? В Сосновом мы будем в пяти минутах от круглосуточной клиники!
Муж промолчал.
– Или другая ситуация, – продолжала Екатерина. – Я возвращаюсь к работе, когда Илюша пойдёт в садик. Как ты это видишь? Каждый день возить его за тридцать километров?
– Зачем тебе возвращаться? Работай из дома!
– Затем, что я так хочу! – впервые за весь разговор Екатерина повысила голос. – Потому что мне нужно живое общение, встречи, возможность решать вопросы на месте! Потому что я не хочу быть привязанной к дому!
– А я не хочу вкладываться в чужой дом! – вспылил Аркадий. – У мамы всё обустроено, заезжай и живи!
– Так вот в чём дело? – Екатерина горько усмехнулась. – Не в природе и свежем воздухе? Просто не хочешь тратить деньги?
– А ты хочешь их выбрасывать на ветер? Покупать мебель, технику – зачем, если есть готовый вариант?
– Готовый вариант – это капкан! – слёзы наконец прорвались. – Неужели ты не понимаешь? Мы окажемся в глуши, без возможности что-то изменить. Потому что все деньги будут уходить на бензин, на поездки в город за продуктами, на ремонт машины... Я предлагаю компромисс – жить на природе, но рядом с городом. Ты же даже слушать не хочешь!
– Знаешь что? – Аркадий захлопнул ноутбук. – Делай что хочешь. Я еду в деревню. А ты... ты как хочешь.
Он вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Екатерина осталась сидеть, глядя в одну точку. Внутри было пусто и больно. Всего три года брака, а они уже не могут найти общий язык. Не могут услышать друг друга. Она ищет варианты, предлагает решения, а он видит только один путь – свой.
В детской заплакал Илюша. Екатерина поднялась, утёрла слёзы. Нужно собирать вещи. Завтра родители помогут перевезти всё необходимое в дачный дом. Детскую кроватку и вещи Илюши заберёт первым делом, потом уже её вещи. Надо поспрашивать друзей и посмотреть в интернете, может, удастся набрать необходимую мебель на первое время.
Она методично складывала детскую одежду в коробки, старательно заглушая предательский голос внутри, который спрашивал: как они дошли до этого? Почему вместо того, чтобы искать решение вместе, муж выбрал путь ультиматумов? И главное – что будет дальше? Но ответов не было. Было только гулкое, звенящее ощущение конца чего-то важного, того, что ещё вчера казалось таким прочным.
Первое время было тяжело. Екатерина пыталась обустроить быт в родительском дачном доме, параллельно работая и присматривая за Илюшей. Спасало то, что до города рукой подать – можно было в любой момент съездить в магазин или забежать в офис родителей. Да и соседей почти не было – большинство приезжало только на выходные, так что никто не донимал расспросами о случившемся.
С Аркадием они почти не общались. Созванивались только по поводу Илюши – муж настаивал на регулярных встречах с сыном. Екатерина не возражала, хотя каждый раз, когда Аркадий забирал ребёнка на выходные, сердце сжималось от тревоги. Всё-таки деревня есть деревня, мало ли что...
В телефонных разговорах муж старательно создавал образ счастливого деревенского жителя. Рассказывал, как здорово просыпаться под пение птиц, как уже распланировал грядки на весну, как хорошо работается в тишине. Екатерина в такие моменты только кивала трубке – говорить особо было нечего.
Но однажды вечером он приехал сам. Без предупреждения, без звонка. Просто появился на пороге – немного растерянный, с потухшим взглядом.
– Ты была права, – сказал он вместо приветствия. – Деревня – это не то место, где стоит жить постоянно.
Оказалось, романтика сельской жизни разбилась о суровую реальность. В магазинах выбор скудный – за каждой мелочью приходится ехать в город. Из-за перебоев с электричеством несколько раз срывались важные рабочие созвоны – мобильный интернет не вытягивал видеоконференции. К тому же за последний месяц он дважды застревал на размытой дождями грунтовке, помыкавшись, он, конечно, выехал, но времени потратил немало, а потом приходилось мыть машину, забрызганную грязью по самую крышу.
– А главное – тоскливо, – признался он. – Вечером выйдешь на крыльцо – тишина звенящая. Ни души вокруг. Летом хоть дачники были, а сейчас... Знаешь, я даже в магазин специально стал ходить в то время, когда местные с работы возвращаются. Просто чтобы с кем-то поговорить.
– В общем... Я решил, что пора возвращаться в город, – он посмотрел на жену почти умоляюще. – Тут и правда удобнее. И природа есть, и до города близко...
Екатерина молча смотрела на мужа. Где-то внутри шевельнулось злорадное «а я же говорила!», но она подавила этот порыв. Вместо этого произнесла:
– Нет, Аркаша. Не стоит.
– Но почему? – он растерянно хлопал глазами. – Я же признал, что ошибался...
– Молодец, конечно, – Екатерина старалась говорить спокойно. – Вот только вспомни, как ты себя повёл! Я предлагала компромисс, искала варианты, которые устроили бы обоих. А ты... Ты просто поставил меня перед фактом: я для себя всё решил, а ты делай, что хочешь. Уехал, оставив нас с Илюшей одних. И теперь, когда твоя мечта о сельской идиллии разбилась о быт, ты вернулся. А что будет в следующий раз, когда ты снова загоришься какой-нибудь идеей? Снова поставишь перед фактом, не считаясь с моим мнением?
– Я всё понял, правда! – горячо возразил Аркадий. – Больше такого не повторится!
– Нет, – покачала головой Екатерина. – Ты ничего не понял. Ты просто разочаровался в деревне. А я говорю о другом – о неумении слышать близких, считаться с их потребностями. О готовности разрушить семью ради своих фантазий. Прости, но... Я не хочу жить в постоянном страхе, что завтра ты придумаешь что-то новое, и мне снова придётся либо подчиниться, либо собирать вещи и в одиночку решать свои проблемы.
В итоге они всё-таки развелись. Екатерина постепенно обустроила дачный дом. Оказалось, что жить в собственном доме и правда приятно – по вечерам они с Илюшей гуляли по тихим улочкам, кормили уток на пруду, а по выходным к ним приезжали родители, и отец учил внука выращивать помидоры в небольшой тепличке.
Аркадий перебрался жить к матери, хотя Варвара Георгиевна была этому совсем не рада – она уже привыкла к размеренной городской жизни в своей квартире. Они часто ссорились. Особенно когда мать в очередной раз намекала, что если бы он проявил больше настойчивости, заставил жену переехать в деревню, всё могло бы сложиться иначе.
Но она ошибалась. Даже если бы муж силой увёз Екатерину жить в деревню, всё закончилось бы также. Даже раньше: ведь в этом случае она подала бы на развод сразу.
Возможно, когда-нибудь Аркадий это поймёт. Научится считаться с чужим мнением, искать компромиссы, думать не только о себе. Но для Екатерины это будет уже совсем другая история.
Друзья, спасибо за ваши комментарии и лайки! Подписывайтесь на мой канал Зеркало судеб, чтобы не пропустить новые увлекательные рассказы!