После того как немцы взяли Ростов второй раз во дворе дома, где жила Анна они поставили зенитную пушку. Орудийный расчёт пушки состоял из нескольких солдат и сержанта.
Сержант был высокий симпатичный из прибалтийских немцев. В первые месяцы оккупации налёты советской авиации проходили очень редко, и солдаты обустраивали своё жильё и по вечерам играли в домино под навесом, который сами построили во дворе.
В общем жили они припеваючи, но сержанту Гансу очень понравилась Анна и он буквально не давал ей прохода. Некоторые женщины подрабатывали тем, что стирали бельё офицерам. Жизнь в военное время тяжёлая, а в оккупации она ещё тяжелее.
Особенно тяжело было женщинам с детьми. Одной можно и старыми сухарями питаться, да картошкой с огорода, а когда дети, двое или трое, тогда весь смысл жизни сводится к тому, чтобы достать еду и прокормить детей.
Анна была вдова. Мужа, которого сильно любила, немцы убили в первые дни войны, в Белоруссии. Ей было противно смотреть на них, слышать, как они гогочут, играя в домино.
Как-то Ганс подошёл к ней и попросил постирать его вещи. Она посмотрела на него уничтожающим взглядом и произнесла:
- Ваши моего мужа убили, а ты хочешь, чтобы я тебе бельё стирала?
- Я твоего мужа не убивал, - пролепетал Ганс и ушёл ошарашенный.
Одна из соседок услышала разговор и сказала ей:
- Ты бы, Аня, с ним по ласковей, а то не ровён час расстреляет.
- А мне наплевать. Пусть расстреливает, - ответила Анна.
- Тебе то, наплевать, а у нас с бабами дети, - всхлипнула соседка.
Наступила зима. Красная Армия била фашистов под Сталинградом. Участились налёты и бомбёжки города. Ходили слухи, что город скоро возьмёт Красная Армия.
В один из налётов бомба упала недалеко от пушки , в живых остался Ганс и двое солдат. Когда после налёта пришёл командир батареи, они пытались починить орудие.
Офицер осмотрел орудие и сказал тоном, не терпящим возражений:
- Орудие взорвать на месте. На днях уходим из города. Не надо тащить старый храм.
Офицер ушёл, а Ганс задумался. Засуетились местные женщины. Создалось впечатление, что они в совершенстве знают немецкий. Через десять минут они побежали к Анне и начали её упрашивать:
- Сделай что-нибудь. Они собираются взорвать свою пушку прямо во дворе.
- Что я могу сделать, - огрызнулась женщина.
- Ну, поговори с Гансом по ласковей, пусть взорвёт её в овраге.
- Хорошо, попробую.
Часа через два пришёл Ганс и произнёс:
- Пришёл проститься с вами Анна. Мы скоро уходим.
- Бери свою пушку. Взрывай её в овраге и приходи. Будем прощаться.
Пушку взорвали уже, когда стемнело. Слышно было, как зазвенели стёкла в ближайших домах. Поздно ночью он постучался в дверь Анны. Они прощались до самого утра.
Утром пришёл офицер, и сержант выстроил перед ним поредевший расчёт.
- Где пушка , Ганс - спросил командир батареи.
- Мы её взорвали, господин обер-лейтенант, - ответил командир орудия.
-Где обломки ? Я не вижу последствий взрыва, - продолжал допрос командир.
- Мы взорвали её в овраге, - продолжил сержант.
- Я приказал взорвать пушку на месте, - с железом в голосе произнёс обер-лейтенант.
- Здесь же мирные люди. Они могли пострадать, - не сдавался Ганс.
- Ты не выполнил мой приказ, Ганс, и будешь расстрелян - вынес приговор офицер.
Затем он не спеша вытащил из кабуры парабеллум и выстрелил сержанту в лоб.
Перед смертью Ганс посмотрел в окно Анны и увидел, что женщина плачет и умер счастливым и любимым.
Через девять месяцев она родила мальчика и назвала его Ваней в честь мужа погибшего за родину.