Собор Покрова Пресвятой Богородицы на Рву (он же – храм Василия Блаженного) давно стал одним из символов Москвы. Но много ли мы о нём знаем? Об этом удивительном и таинственном храме узнали у Татьяны Сарачевой, заведующей музея «Покровский собор» в подкасте «Про Большой город».
Один или девять?
«Храм Василия Блаженного уже в XIX веке стал национальной достопримечательностью, – говорит Татьяна Григорьевна, – мне кажется, что его облик ни с чем не сравним. Ни один собор в России не имеет таких разноцветных и затейливых куполов».
Собор Покрова Пресвятой Богородицы, что на Рву (так звучит его историческое название) был построен в память о взятии Казани войсками царя Ивана Грозного. Накануне похода царь дал обет построить собор, если ему удастся одержать победу. Так и случилось. Казань была взята 1 октября (14 октября по новому стилю) 1552 года в праздник Покрова. Три года спустя в память об этом событии был заложен этот храм. А слова «что на Рву» в названии собора напоминают о том, что он был выстроен у проходившего вдоль кремлевской стены оборонительного «Алевизова рва». Кроме двух всем известных названий, храм имеет еще два — Троицкий и Иерусалимский. Название «Троицкий» перешло к новому собору от стоявшей здесь прежде деревянной церкви в честь Святой Живоначальной Троицы. И одна из церквей храма до сих пор сохраняет это посвящение.
Удивительно то, что первоначально этот собор – соединение девяти самостоятельных церквей, построенных на едином фундаменте и соединённых галереями. Обычно православные храмы устроены по-другому – главный престол и несколько приделов. В Соборе Василия Блаженного все девять церквей имеют своё посвящение, в каждой были свои службы и священнослужители. Да и внутренних сообщений они не имели – попасть из одной церкви в другую можно было только по галереям и переходам.
Кто построил храм?
История создания собора Василия Блаженного полна мифов и легенд. Например, кто был его автором? Татьяна Сарачева cчитает, что создателем этого шедевра был представитель школы итальянского Ренессанса – очень многие элементы собора действительно отсылают к западноевропейской архитектуре. «Есть версия о том, что это были два архитектора – Постник и Барма, – говорит Татьяна Григорьевна. – Но это, вероятно, не фамилии, а прозвища. «Барма», скорее всего, человек, который говорит что-то невнятное, бормочет. И, согласитесь, именно так у нас могли называть архитектора, который приехал из Европы и говорил на своём языке. А «Постник» – тот, кто много постится».
Имена архитекторов Бармы и Постника были открыты только в конце XIX века благодаря историку и священнику Иоанну Кузнецову. Он служил в соборе и обнаружил имена в документах XVI века.
Историки считают, что собор сразу строился как единое целое. И по конструкции он действительно напоминал храм Гроба Господня в Иерусалиме – восемь церквей расположены вокруг главной, девятой, в виде восьмиконечной Рождественской звезды. Собор мыслился как воплощение Небесного Града («Москва – Третий Рим» – популярная идеологическая установка, возникшая в середине XVI века). Именно поэтому митрополит Московский Макарий изменил порядок шествия крестного хода, который раньше проходил в Кремле. Теперь ход направлялся к Покровскому собору.
Первоначальная высота собора – 64 метра, и это было самое высокое здание в Москве до перестройки колокольни Ивана Великого в Кремле. А разноцветные фигурные главы собора, скорее всего, появились в 1580-1590 годы. До этого они были серебряные или золотые.
Два Блаженных
Сохранилось очень мало сведений о человеке, чьё имя сейчас носит собор. Известно, что Василий Блаженный родился в 1468 году в Елохове, в семье мастеровитых людей. Был отдан на обучение сапожнику. Но очень скоро у Василия проявился дар предвидения. Институт юродства на Руси существовал с древнехристианских времен, и юродивые были очень уважаемы. Василий стал московским чудотворцем. Он был милостив к людям, сострадал им, защищал обиженных. Подвизался на Варварке, практически рядом с Покровским собором. Однажды спас Москву от пожара. Не раз встречался с Иваном Грозным, царь с ним советовался. Василий Блаженный предсказал, что после смерти Ивана Грозного на престол взойдёт не старший его сын Иван, а недавно родившийся Фёдор. Так и произошло. Святой умер в 1557 году и завещал похоронить себя у строящегося Покровского собора. Царь Фёдор Иоаннович, с большим почтением относившийся к юродивому, повелел построить над его могилой храм. Василий Блаженный был так популярен в Москве, что название церкви было постепенно перенесено и на весь собор. Да и Васильевский спуск тоже назван по имени святого.
А позже у собора был захоронен другой святой – Иоанн Блаженный. Его мощи были открыты только в 1672 году, и над ними также возвели церковь. Но москвичи, видимо, больше предпочитали святого Василия, к его мощам долгое время приходили больные, калеки, просили помощи и исцеления.
Взорвать или увезти?
Дальнейшая судьба Покровского собора полна тайн и загадок. В 1812 году в Москву вошли войска Наполеона. Существуют две версии наполеоновских планов насчёт собора. По одной, скорее фантастической, император хотел его разобрать, увезти в Париж и там восстановить. По другой – приказал заложить под стены порох и взорвать храм (якобы он сказал: «Уберите эту мечеть»). Точных сведений об этом нет, но взрыв не состоялся. Вроде бы пошёл дождь и загасил фитили и взрывчатку.
А вот в 30-е годы ХХ века над собором Василия Блаженного нависла угроза. Но и здесь тоже множатся загадочные и противоречивые версии. Известно, что Покровский собор был признан советским правительством «уникальным памятником». И на генеральном плане строительства «Новой Москвы» рядом с большими высотными зданиями в центре столицы мы видим маленький Покровский собор. При этом есть легенда, что Каганович очень настаивал на том, чтобы храм уничтожили.
Татьяна Сарачева рассказывает, что сохранилось свидетельство Петра Дмитриевича Барановского, выдающегося реставратора, основателя музея в Коломенском и спасителя памятников. Он был членом так называемой «сносной комиссии» (то есть той, через которую проходила экспертиза объектов, которые собирались снести). Так вот, известно, что Барановскому в 1933 году были поручены обмеры собора, что означало только одно – храм намереваются сносить. Но на следующий день Петра Дмитриевича арестовали. И на допросах шантажировали, говорили: «Мы ваш храм сносим».
Множество загадок хранит этот храм. Одно бесспорно – он уникален. Такую композицию из девяти церквей во времена Ренессанса считали идеальным храмом. Планы таких соборов можно найти в чертежах многих европейских и особенно итальянских архитекторов – и у Донато Браманте, и у Леонардо да Винчи, и у других. Но только в Москве, на Красной площади, мастерам удалось воплотить эту мечту об идеальном храме.
Этот выпуск подкаста «Большой город» можно послушать на одной из платформ:
---------------------------------------------
Читайте также: