– Так, что там еще… Эссе по драконоведению, Керон его побери! Ну за что?
Вечно она задает эти дурацкие эссе! “Особые свойства чешуи с кончика
хвоста”. Ну вот! Буду писать до второго заката теперь. Эх…
Не самая прилежная ученица выпускного курса старшей ШВедЧуд – Школы
Ведьмовства и Чудовства – сидела за письменным столом, подогнув под себя ноги. В руках она недовольно крутила свиток с домашним заданием на дни свободы. Дней было два, а заданий на всю десятину хватило бы. Взять хотя бы это эссе – там же минимум на два свитка! У этой драконьей чешуи свойств в разных вариациях – на трехтомник хватит! Впрочем, почему “хватит”. Уже хватило – как раз три тома из пятидесяти восьми книг о Чудесных свойствах драконов – именно о чешуе. Да и какой толк писать
эссе, если драконов уже давно никто не видел, а их когти, зубы и чешуя
попадаются так редко, что встретить их хоть раз за всю жизнь – само по
себе чудо.
Девушка потянулась и распустила волосы, которые черной волной закрыли всю спину. Она по праву гордилась своими волосами,
их глубокий, как ночное небо, черный цвет говорил о ее высоком
происхождении. Чудовство было у нее в крови – родителям пришлось
несладко с младенцем, постоянно устраивающим пожары, выращивающим из стенок кроватки лианы, порой ядовитые, и наводящим мороки на всех окружающих. Если бы не мать, внимательная и высококлассная ведьма, многим бы не поздоровилось.
У Эллен были все возможности стать лучшей ученицей, но ей не хватало смирения и усидчивости. Не то что этой зануде, Фионе. Та сидела и корпела над книгами и свитками. Казалось, ей вообще не требуются дни свободы. И уж тем более – дни легкости. А вот Эллен отчаянно не хватало выходов за пределы Школы. Она была прекрасно осведомлена, что ее Дар раскроется полностью только когда она найдет свою Судьбу, но пока она не закончит Школу – этому не бывать.
Девушка встала из-за стола и лениво сделала рукой пасс. Под потолком в люстре зажглись свечи.
– Охренеть!
Внезапный возглас и непонятное слово заставили ее взвизгнуть и подпрыгнуть на месте. Но ничего подозрительного в комнате она не увидела.
– Охренеть дважды. Ты меня что, слышишь?!
– П-простите?
– Ты меня слышишь?
– Д-да… а вы… вы кто? И где вы? Я вас не вижу!
– Охренеть…
– Простите, что?
– Охренеть.
– Это заклинание?
– Во дает. Слово это. Ну… типа… Удивительно, во!
Из стены показалась полупрозрачная рука, затем целиком молодой человек. Выглядел он как юноша, только был очень странно одет, волосы у него были непонятного цвета, прическа такая, будто он побывал в пожаре и весь обгорел. А, ну и да – он был полупрозрачный.
– Вы… вы… ты кто?
– Серый. Ну, можно Серега. А ты?
– Э-э-эллен.
– Прям чо – Э-э-эллен?
– Просто – Эллен.
– Ну привет, просто Эллен… Первый раз во сне разговариваю.
– А вы во сне?
– А я почем знаю? Наверное. Хожу везде, никто меня не видит, не слышит… Да и ваще все какое-то другое. Странное. Чисто сон.
– А… у вас другой мир?
– Хм… может и мир другой. Мне-то что. Я ваще сплю! – Серега противно рассмеялся.
– А вам здесь… вам здесь все незнакомо?
– Не-а. А чо, должно быть знакомо?
– Просто вы похожи на призрака.
– Призрака?
Юноша заметался по комнате. Он явно пытался двигать предметы, задуть свечи, но ничего не выходило. Затем он сел на пол. Выглядеть он стал совсем иначе – что-то неуловимо изменилось. Взгляд больше не был дерзким, а улыбка, которую он попытался изобразить для Эллен, вышла жалкой.
– Я ничего не помню… Не помню, чтобы я умирал.
– А должны?
– Не знаю…
– Слушайте, я могу посмотреть в книгах.
– Правда? Девушка… как вас… Эллен, прошу вас!
Несколько часов они потратили на поиск информации в книгах. За это время Эллен и Сергей (теперь он просил называть себя так) успели рассказать друг другу о своих мирах. Ничего похожего на случай, с которым они столкнулись, нигде описано не было. Однако же было сказано, что есть определенные магические ритуалы, которые позволяли духу отделиться от тела и оказаться в другом мире, а затем вернуться обратно. Сергей клялся, что ничего похожего на эти ритуалы он лично не проводил. Но последнее, что он помнил – как пил с друзями. А с них станется пошутить. Как какая бы то ни было шутка могла оказаться древним редким магическим ритуалом, он объяснить не мог, сказал просто: “Мы русские, с нами возможно все”. Что это значит, Эллен понять так и не смогла.
В любом случае, ничего другого, кроме как попробовать провести ритуал возвращения в тело, им не оставалось. Но именно с этим возникала самая большая сложность. Ритуал был магическим.
– Но ты же сама сказала, что ведьма! И эти книги,
да и… – Сергей обвел глазами комнату Эллен, которая выглядела как
классическая избушка Бабы-Яги изнутри.
– Ведьма! Но не могу же я быть магом!
– Почему?
Эллен закатила глаза. Невозможно, просто невозможно объяснять базовые, необсуждаемые вещи чужаку.
– Маги – мужчины.
– В смысле?!
– Это совсем другой вид волшебства. Ведьмы владеют чудовством. Мужчины – магией.
– Ну хорошо, давай пойдем и найдем парней. Договоримся как-нибудь.
Эллен снова закатила глаза.
– Это Школа! Школа Ведьмовства и Чудовства!
– И что?
– Керон тебя побери! Магическая Школа – это другая Школа!
– А, мальчики отдельно, что ли?
– Да!
– Ну пойдем тогда к ним.
– Школы закрытые! Мы не выходим! – Эллен уже не знала как справиться с накатившим раздражением. Свалился чудик на ее голову…
– Что – как в тюрьме? Совсем не выходите?
– Только если получаем дни легкости.
– И когда вы их получаете?
– Когда проявлям себя лучшей ученицей за три десятины.
– Три десятины?
– Трижды по десять дней.
– Ого!
– Но и это еще не все. Школы Магии тоже закрытые…
– Но что-то же можно сделать?
– Я не знаю… Разве что обратиться к папе… Но это тоже только если я получу день легкости.
– Хорошо, я понял. Ну, и как у тебя с учебой?
Эллен вздохнула.
– Слушай. Это мне знакомо. Я умею получать высокие оценки, практически не напрягаясь. К тому же, ты меня видишь, а больше никто не видит. Я могу подсматривать ответы у кого скажешь, да хоть у учителей, и тебе
диктовать.
– А это идея! – глаза Эллен заблестели, – Но для начала надо написать эссе…
– Что за эссе?
Эллен показала ему свиток. И три тома. И многозначительно вздохнула.
– Эх, ты… Читать-то умеешь? Тут только про чешую на кончике хвоста. Ну-ка, открывай свои тома!
Сергей показал Эллен, как быстро выбирать информацию из текста. Дело шло бы еще быстрее, сумей он листать страницы, но этого, к сожалению, у него не получалось. В итоге эссе оказалось не таким и большим, они все успели даже до первого заката, несмотря на то, что перед этим просматривали книги по ритуалам несколько часов.
Дело сдвинулось с мертвой точки. За краткое, но при этом емкое эссе Эллен получила высший балл и отдельную похвалу от учителя. А вот дальше возникли сложности. Оказалось, что Фиона тоже видела Сергея. Правда, отреагировала она на это наипозорнейшим образом, свалившись на уроке в обморок. Больше никто не видел призрачного юношу, а Эллен удалось смешаться с толпой удивленных товарок. К счастью, учительница предположила, что на Фиону кто-то наслал небольшое проклятие и отправила девушку в крыло целителей. В тот день Эллен была задумчива, как никогда, и заперлась одна в библиотеке, попросив Сергея не мешать.
Несмотря на все его расспросы, она так и не рассказала ему, что именно она пыталась прочитать в отделе старинных фолиантов.
Пока Фиону лечили от несуществующего (а это значило, с точки зрения лекарей, очень сложного) заклятия, Эллен уверенно двигалась к первой строке рейтинга. Они с Сергеем боялись, что как только Фиона выйдет, их план провалится, но Эллен категорически отказалась от идеи пойти и припугнуть ее в лечебнице. Кроме того, ей очень понравилось блистать на уроках, и она действительно усердно училась, используя методы, подсказанные ее новым другом. Сергей же испытывал к ней все большее уважение. Сумасбродная ведьмочка, похожая на привычных ему цыпочек из своего мира, раскрывалась как умная, целеустремленная девушка, высоко ценящая понятия чести и верности. С ней хотелось разговаривать иначе, хотелось быть лучше чем есть. Юноша уже давно стеснялся своего внешнего вида. Нет, не призрачности, а дурацкой одежды и залитых пивом волос, на которые друзья в шутку брызнули из баллончика с краской. Сменить внешний вид не было решительно никакой возможности, и это его удручало.
Их обоих смущало долгое время пребывания Сергея в этом мире. Оба они не имели ни малейшего понятия, сколько времени прошло в его мире, и что сталось с его телом. Иногда Сергей в ужасе представлял, как его
похоронили, а он вернется после ритуала и… С другой стороны, он все
равно хотел вернуться. Теперь, повидав другую жизнь, другой мир, он бы
многое хотел изменить в своей жизни, которую прожигал совершенно
напрасно. Ему всегда говорили, что у него цепкий ум, когда-то давно
учитель истории пытался сделать из него человека. Он верил в него, а
Сергей… а Сергей пошел по простому пути. Возможно, если б мамка не пила, все было бы иначе. Как когда-то, когда он был маленьким, и все еще было хорошо.
Молодые люди влияли друг на друга, сами того не понимая. Близился день рейтинга. Фиона должна была выйти из лечебницы как раз к этому дню, так что Сергей и Эллен договорились, что увидятся в ее комнате, а на самой церемонии Сергей не станет появляться. Однако он все-таки подсмотрел – одним глазком, спрятавшись в стене за картиной.
Эллен была великолепна – скромна, строга и сдержанно-радостна. Ей выдали два дня свободы и один день легкости в качестве награды за отличные успехи в учебе. Также она получила соизволение побывать у родителей, подписанное декантессой.
Все складывалось как нельзя более удачно. Сергей проскочил к карете, пока Фиону отвлекала Эллен, расспрашивая ее о здоровье. На самом деле, девушка действительно явным образом беспокоилась о товарке, чего раньше за ней не наблюдалось. Пока они разговаривали, Эллен отметила, что волосы Фионы заметно потемнели.
Сергей был очень удивлен, увидев запряженных в карету пегасов, и еще больше удивлен тем, что они его явным образом видели и приняли. Всю дорогу он провел верхом на одном из крылатых коней. В дом родителей Эллен молодые люди прибыли довольно скоро, оба солнца еще не достигли зенита.
Мать Эллен удивленно вскинула брови, увидев, кто сопровождает ее дочь. Отец Эллен юношу не видел, однако образ его, переданный ему супругой,
впечатлил. После обеда, за которым разговоры были исключительно об учебе и последних новостях, причем все делали вид, что Сергея здесь нет, отец попросил Эллен остаться в ее комнате. Сам же вместе с женой проследовал в свой кабинет, где супруга помогла ему настроить канал и пообщаться со странным гостем их дома.
– Я так понимаю, молодой человек, вы случайно оказались здесь, и хотите вернуться?
– Д-да… если можно, конечно.
Ведьма чуть покачала головой, взглянув на мужа.
– Вы уверены, что вы хотите именно этого?
– Я… я… Простите, а можно, чтобы мое тело оказалось здесь? – вдруг выпалил Сергей.
Ведьма улыбнулась.
– Да, это возможно, полагаю. Однако должен вас предупредить – если вы
окажетесь здесь… целиком, скажем так, то обратной дороги не будет.
Советую вам поразмышлять об этом. Скажем, до первого заката.
Эллен прогуливалась с другом по семейному саду. Она с воодушевлением
рассказывала ему, какие травы они сажали здесь с мамой, как папа
направлял сюда воду, как она играла здесь… Тут Эллен остановилась, а
затем направилась к ближайшей скамейке.
– Я играла здесь с девочкой. Мы были очень маленькими. Девочка была светленькой, не имела чудовства в крови. Она была моим якорем, это было необходимо, чтобы маленькая я не разнесла все вокруг. Я не помню, откуда она взялась. Мы были очень близки. Очень. В какой-то момент я провела обряд крови и объявила ее своей сестрой. Мама очень возмутилась, после чего девочка пропала. Я отказывалась разговаривать с родителями, и спалила тогда три комнаты в доме.
– Это была Фиона?
Эллен затравленно кивнула.
– Да. Я только сейчас поняла. Я не помнила ничего. Думаю, это мама
постаралась… Иначе, видимо, я бы сожгла весь дом. И соседние тоже. Надо
же… обряд работает! Фиона обрела чудовство… Если мама узнает! Ох!
– Я сохраню твой секрет.
– Это от мамы-то?
– Поверь, сохраню.
– Верю… Знаешь, я бы сейчас провела такой обряд с тобой. Только все равно никак. Чудовство и мужчины несовместимы. Да и не думаю, что кровь есть у призраков.
– А если бы была?…
Ко второму закату ритуал уже был совершен. К дому была подана карета, запряженная пегасами. И в нее сели двое – одна юная ведьмочка и один очень странный провожающий. Одет он был как обычный юноша, однако прическа у него была весьма вызывающая – будто он сжег волосы в пожаре. Волосы, кстати, были черными, словно ночное небо.