- Эй, – он тут же следует за мной и упирает свои руки в стену по бокам от меня. – Ты что-то хотела мне сказать?
Должна признать, что завидую. На её месте должна была быть я. Не в буквальном смысле, конечно, и не этой ночью. И, наверное, не с ним. Вообще, в принципе. Мне хочется тёплых отношений, чтобы дома кто-нибудь ждал. Чтобы дарить нерастраченную ласку и энергию. Чтобы кровать итальянскую перевозить…
На неё обратил внимание нормальный мужик. А как она с ним говорит? Тьфу, блеющая овечка в шубке. Куда это меня занесло? Всё, пора прекратить эту игру. Иначе это может плохо закончиться для меня.
В это время снова звонит его телефон. Он одной рукой проверяет входящий звонок и тут же сбрасывает его, а второй, чтобы не потерять равновесие, опирается ещё ближе к моему лицу. Так близко, что я чувствую жар от его ладони. И тут я говорю. Совсем не то, что хотела.
– Кто-то ночью плохо поработал? Девушка, кажется, осталась недовольной.
Вторая его рука возвращается на место, а он почти прижимается ко мне. Мои нервы тут же принимают сигнал опасности. Щекочут и саднят.
– Кажется, чей-то язычок надо вырвать.
Блин, он совсем рядом. Я же чувствую его небритость на своей щеке.
– А ты… а тебе… – задыхаюсь я от непонятного давления в солнечном сплетении.
– Что мне? Ну и что ты сможешь сделать? – он захватывает своими губами мочку уха, а я мгновенно улетаю на другую планету – желания и огня. – Ну и что ты сделаешь? – повторяет он свой вопрос почти в мой рот.
Я судорожно выдыхаю, чтобы перевести дух, но он легонько касается моей щеки своими губами. Я непроизвольно дёргаюсь. А Виктор, как и вчера на парковке, обхватывает мой затылок:
– Что ты сделаешь, Анна? Ещё раз плюнешь в меня? Надо бы тебя наказать… – зарывается пальцами в мои короткие волосы.
Его голос срывается и становится глухим. Секунда, и его мятное дыхание уже под моим носом. Он осторожно раскрывает губы, проникая в мой рот своим языком. Горячим, как и он сам, и таким… ммм…приятным. Нет всех этих противных слюней, чмоканья, хлюпанья. Всего, что меня обычно раздражает.
Даже при моём крышесносном состоянии я чувствую, как он собран. Как мягко и настойчиво вкрадчивыми движениями пробирается к моему языку и дёснам. Как лёгким движением, кротко, что на него совсем не похоже, проводит кончиком своего жгучего инструмента – использовать который, я уверена, он умеет на все двести процентов – по чувствительным местам, в нишах между зубами и губами. По оголённым нервам в моих раскалившихся дёснах…
Я судорожно цепляюсь руками за его куртку. Он на секунду отстраняется, как будто собираясь с силами, а затем снова, но уже твёрдым движением притягивает меня к себе за затылок. Его захват становится стальным, а язык всё настойчивее. Вот теперь узнаю своего соседа-мачо. Властный и опасный. Предугадать невозможно, что он сделает в следующую секунду. Согреет или обдаст холодом.
Так и есть. Его вторая рука умелым движением расстёгивает молнию на моей куртке и находит талию. Горячие пальцы проникают под худи и мгновенно впиваются в мою кожу. Трут, мнут и растирают, а потом нежно и ласково разглаживают, словно заметая свои преступления.
– Почему не отвечаешь на поцелуй, Аня? – неожиданно хрипит его голос. – Потеряла язык?
Его замечание остужает меня. Я пытаюсь отстраниться, но сделать это невероятно трудно. Я надёжно прижата к стене, а его рука по-прежнему удерживает мою голову.
– Тихо, тихо, – он уже двумя руками обнимает меня. – Маленькая проказница. Ты такая темпераментная. Всю логику поломала, – смеётся он. – Ну и что мы будем с этим делать?
Протрезвление приходит мгновенно.
– Забудем как нелепое похождение, – тут же нахожусь я.
– Хочешь сказать, что для тебя это всё было лишним? – он перебирает пальцами мои волосы.
– Прости, Виктор. Я действительно не хотела всего этого. Тебя внизу, между прочим, девушка ждёт.
– Не волнуйся, её ты больше не увидишь. Немного не моё, – хоть он и рассуждает о ней, как о вещи, моё эго всё равно тешится – белая «шубка» мне порядком поднадоела.
– Ты же понимаешь – дело совсем не в ней.
– Дело в том, что ты позволяла себя целовать, – он прижимается своим лбом к моему. – А не отвечала, потому что я вызываю в тебе некоторые чувства. Опешила от эмоций. Бывает. Сознайся, ты не ожидала от себя такого?
– Возможно, ты прав. Только это ничего не меняет.
– Трофим? – Виктор недовольно выпускает меня из своих рук.
Я ничего не отвечаю. Не хочу врать, не хочу портить дурманящее послевкусие его поцелуя.
В это мгновение зажигается свет, и лифт плавно трогается с места. Я подхожу к зеркалу и привожу себя в порядок. С глазами вот только ничего нельзя сделать. Они блестят как лихорадочные.
– Если передумаешь – буду ждать тебя у себя в следующую субботу.
Его напряжённый голос проходится ещё раз острым лезвием по моим нервам, а дверцы лифта открываются на первом этаже.
***
– Витюша, ну, наконец-то! Кровать поцарапали, матрас весь перепачкали. Ходят тут с собаками, – «шубка» набрасывается на моего соседа, как только открывается лифт. – Ты говорил, что дом у тебя повышенной комфортности. Ты только посмотри, кто здесь живёт…
– Инна, идём. Я отвезу тебя домой.
Она недоуменно хлопает накладными ресницами и хватает его за руку.
– Может, вы меня пропустите? Я очень спешу.
Кажется, от моего голоса у неё ресница отклеилась.
– Ты застрял с ней в лифте? Витюша? – «шубка» бросает на меня сердитый взгляд.
– Идём, – Виктор хватает её за локоть и силой тащит на улицу.
Я не решаюсь сразу идти за ними. Поправляю волосы у зеркала, проверяю свою сумочку.
– А нам что теперь делать? – слышу за спиной вопрос.
– Вам? – я улыбаюсь в зеркало работникам. – Грузите кровать. И чтобы без единой царапинки. Ясно вам?
– Да, да, хозяйка. Передайте Виктору, что всё сделаем в лучшем виде.
– Обязательно передам.
Очень хорошо, что вчера итальянский матрас не доехал по адресу. Я от души радуюсь, что «шубке» ночью было некомфортно. Настроение ползёт вверх, и я отправляюсь за ёлочными игрушками.
– Алло, – по дороге отвечаю на звонок.
– Привет, подруга. Как дела?
– Хорошо, Стася. А у тебя как?
– Нормально. Слушай, я по делу. Как у тебя со временем?
– Я не согласна, – смеюсь в трубку.
– Ань… очень надо.
– Суздальцевы, что вы там опять надумали? Я вот за новогодними игрушками иду. Если с вами свяжусь, про праздники можно будет забыть.
– Аня, спасай. Перед новым годом все заказчики активировались.
– Понимаю, годовой бюджет срочно надо освоить до конца декабря.
– И не говори. Аня, пожалуйста, по договору подряда. Всего на месяц. Ну, выручай.
– Ладно, ладно. Что требуется от меня?
– Всего лишь в тендере поучаствовать.
– Ты же говоришь, что от заказчиков отбоя нет? – ехидничаю я, хотя прекрасно понимаю, в чём дело.
– Так это постоянные. Для поддержания штанов.
– А тендер – лакомый кусок? Угадала?
– Угадала. Когда сможешь подъехать в «Энергоресурсы»?
– Во вторник к десяти.
Во вторник к Суздальцевым приехать не получилось. У меня продуло спину, и я с самого утра направляюсь в поликлинику.
Ещё с вечера не поленилась и заказала себе талончик в электронной регистратуре, чтобы потратить минимум времени на посещение врача. У меня есть знакомый невролог, но она на две недели улетела в отпуск. Звонить ей неудобно, человек всё-таки отдыхает. Но я рисковать не стала, решила посетить хотя бы свою поликлинику по месту жительства.
– Кто последний?
– Крайний, надо говорить, – делает мне замечание мужчина лет шестидесяти. – Я первый, а вот она, – он показывает на молоденькую девушку, – вторая. Ещё женщина одна занимала, скоро подойдёт. Стало быть, ты – четвёртая.
– Отлично. А какое время у вас на талоне указано? – делаю я последнюю попытку, но понимаю, что битва уже проиграна.Главное, чтобы не появились те, кому только печать поставить.
– У меня девять тридцать, – тихо сообщает девушка.
– А я первый пришёл. В семь утра. И заходить буду первым.
– Кто последний в шестой кабинет? – спрашивает подошедшая женщина в пальто.
– Крайний надо говорить.
Женщина недовольно кривится, глядя на суеверного мужчину. Действительно, сидит Создатель на небесах, наблюдает, а тут раз – кто-то говорит «Последний». Ну последний, значит, всё. Последний. И всё, делу конец. Смешные люди. Курим, матом ругаемся, а вот какой вопрос зададим в очереди, от этого, конечно, многое зависит.
– Последний раз спрашиваю, кто???
– Я. Простите, задумалась, – нервно отвечаю и хватаюсь за спину.
И, правда, что это я тут бухчу. Это всё спина виновата. Ой, так тянет. А вот Стася сказала бы, что всё от недотр… регулярного отсутствия мужчины. Эх, совсем я расклеилась. А спина болит, потому что в последнее время много нервничаю.
– Хорошо, буду вас иметь в виду. Кто сейчас пойдёт?
– Ну я, – с вызовом говорит мужчина.
– Я с вами. Мне только подписать. Если не подпишут, тогда по очереди.
Ну, вот, началось. Очередь начинает расти в геометрической прогрессии.
Ну всё, теперь точно мне хана! Сюда идёт Виола Адамовна. Нет, нет, пожалуйста, только не в наш кабинет.
– Кто последний в шестой кабинет?
Хорошо, что сегодня утром солнышко выглянуло. Я быстро достаю из сумки солнечные очки и натягиваю шляпу на лоб, которую до сих пор держала в руках. Сползаю пониже на своём стуле, чтобы бдительная соседка меня не заметила. А сама еле удерживаюсь от смеха. Сначала мужчина лезет со своим «крайним», а потом женщина в пальто.
– Я последняя. Но если меня примут с мужчиной…
– Мне только спросить, – твёрдо заявляет Виола.
– Здесь всем только спросить. Кто последний? – блин, очередь растёт на глазах.
Дверь кабинета неожиданно открывается:
– Что за балаган здесь устроили? Кравцова есть?
– Я тут, – пищит молоденькая девушка.
– Заходите, – рявкает медсестра. – И чтобы тихо здесь было.
Девушка быстро юркает в дверь, а мужчина начинает скандалить:
– Да я здесь два с половиной часа сижу. Почему врач не принимала так долго? Я сейчас должен заходить.
– Успокойтесь, мужчина. Нельзя так нервничать у кабинета невролога, – старается перекричать его медсестра. – Девушка по записи.
– Вчера уже талонов не было!
– В интернете были!
Тут к ней подходит Виола:
– Вы думаете, что мы тут интернетами пользоваться не умеем?
Врёт и не краснеет. Вчера ещё десять талонов оставалось. Ой, зря медсестра её тронула. Главное, чтобы она вслух не назвала мою фамилию, что я следующая. Тогда у меня появится новый диагноз – не отсутствие мужчины, а за грехи мои.
– Успокоились все. Поднимайте руки, посчитаю вас. Хорошо. Опускайте. Остальным говорите – очередь больше не занимать.
– А как же я?
Не может быть… Бархатный голос долетает до меня, а по венам разгоняется кровь. Даже спина перестала болеть. Видно, права была Стася в постановке моего диагноза.
– Ничего не знаю. Кто пришёл, тот пришёл, – резюмирует медсестра и скрывается за дверью.
***
– Ага, что, и тебя прижало? Это тебе за то, что ты людям спать мешаешь. Ещё не то с тобой случится.
– Виола Адамовна, ну хватит уже. Ещё и в поликлинике вас выслушивать.
– А вот послушай…
Я ещё ниже сползаю на своем стуле, прикрывая рукой лицо. Даже не представляю, что здесь начнётся, если меня заметят эти двое.
– Что за шум? – медсестра снова выходит из кабинета. – Я же, кажется, всех попросила. Мужчина, что вы здесь устроили? Вам сказано – очередь не занимать.
– Как же так? Мне по телефону сказали, что сегодня психиатр работает по живой очереди до двух часов.
– Так и идите к своему психиатру. Он в восьмом кабинете принимает.
– Спасибо большое, – кланяется ей Виктор.
– Пожалуйста, больной.
У Виолы рот растягивается до ушей. Она подходит к соседу и сверлит его глазами.
– Так и знала, – довольно шипит она. – Тебя на выходные выпустили? Да?
– Успокоились все. Сафина есть?
– Я.
– Отлично, заходи.
Меня долго приглашать не надо. Я снимаю шляпу и быстро юркаю в кабинет врача. Слышу, что в очереди снова поднимается шум, но медсестра быстро наводит порядок.
Невролог осматривает меня и не находит ничего страшного. Выписывает мазь и советует одеваться по погоде.
– Что-то вы бледная? Голова не кружится?
– Нет, всё в порядке.
Будешь тут румяной, когда внутри всё замирает. Мало того, что сейчас Виола налетит на меня, что не пропустила её вперёд. Так ещё и он… наверняка жаждет встречи. От этой мысли внутри что-то клокочет в районе груди.
Пока врач выписывает рецепт, я размышляю. На психа он вроде как не похож. Значит, пришёл за справкой. На права или для других целей. Выходит, долго присутствовать на приёме не будет. Надо поспешить, пока он меня не нашёл.
– Спасибо. До свидания.
Выхожу из кабинета и быстрым шагом направляюсь в сторону лифтов. Успеваю заметить, что Виола бросает на меня уничтожающий взгляд. Но снова появляется медсестра и оттягивает внимание пациентов на себя.
Слышу за спиной шаги, но не обращаю на это внимания. Подхожу к лифтам и нажимаю кнопку вызова.
– Привет. Куда бежим?
Он становится за моей спиной и обнимает меня.
– Неужели ты думала, что я не заметил тебя?
Кажется, сейчас моя бледность исчезает на глазах. Тело горит от беспорядочного движения атомов в крови. Я вырываюсь и поворачиваюсь к нему:
– Я пешком. До свидания.
Иду к лестнице, открываю дверь, но он просачивается в проёме вместе со мной.
– Аня, подожди. Надо поговорить.
– Я очень спешу.
– Да стой же ты!
Он пытается ухватить меня за руку.
– Виктор, пожалуйста, не надо.
– Что не надо?
В лестничном проходе царит полумрак. Пешком здесь почти никто не ходит. Он загоняет меня в угол и нависает надо мной.
– Ничего не надо. Извини, я, наверное, плохо себя вела в лифте, – пытаюсь его убедить, а у самой коленки вовсю вибрируют. – Не стоило этого делать.
– Мне понравилось, – хрипло сообщает он.
Его взгляд откровенно скользит по моим волосам, губам, шее. Я интуитивно закрываюсь руками. Глаза Виктора опускаются ниже, смотрят на грудь, возвращаются к губам.
– Ты зачем к неврологу ходила? Заболела? – ласковым голосом интересуется он.
– Спину просквозило.
– Где это тебя угораздило?
– На сноуборде покаталась.
– В нашей Долине?
– Я только там и умею. На учебной трассе.
– Когда это ты успела?
– В воскресенье вечером. С Трофимом.
– Я тебе покажу другое место, – твёрдо говорит он, пропуская мимо ушей то, что я ему сказала. – Тебе понравится.
– Спасибо, я как-нибудь сама, – хочу его отодвинуть, но он стоит как скала.
Пузырьки в моей крови движутся в различных направлениях, совершая тепловые колебания. Лицо моё пылает, а я… Если он сейчас будет настаивать на том, чтобы поехать к нему и проверить, надёжно ли собрали итальянскую кровать, то я, скорее всего, без промедления соглашусь.
– Я просмотрел камеры в доме. Извини, я зря на тебя наехал из-за Олега. Мудак. Откуда он тебя знает?
– Я думаю, что это тебя не должно волновать, – выдавливаю из себя.
– Ошибаешься, Аня, – тыльной стороной руки он проводит сверху вниз по моим волосам. – Мне многое интересно. То, что касается тебя. Ты же понимаешь: то, что должно случиться, обязательно случится. Мы обязательно попробуем на вкус друг друга.
– Тебе не кажется, что ты слишком самоуверен в себе? – стараюсь придать голосу строгие нотки.
Пожалуйста, пожалуйста, только продолжай гладить. Я давно забыла, как это чувствовать порхающих бабочек в животе. В самом начале наших отношений с мужем такое было со мной. Длилось недолго, а спустя пару месяцев и вовсе сошло на нет.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Андреева Ася