Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Про жизнь

Нет болтов – нет машины

Расскажу про дорожно-строительную часть, то есть про машины, которые связаны со стройкой. Если брать на примере нашей компании, мы с 2016 года, как ввели утилизационный сбор, в 2022 году, наверное, выросли раз в 7-8 по объему производства в штуках. И расширили линейку и имели такие оптимистические видения на будущее. Ну а в 2022 году что случилось, то случилось. Хотел бы отметить, что тот год мы встретили сначала шоком, а потом нам был как раз комментарий от Минпромторга по обещанному аттракциону невиданной щедрости – по увеличению субсидий, кредитований льготных в виде ФРП. Мы все поверили и начали вкладываться в основные средства, стройки, станки, в разработки активно. Мы только за 2022-2023 год создали, наверное, только новых машин порядка 8 единиц, которых и не было даже. При этом я еще хочу добавить, что дорожно-строительная область – это все-таки область двойных технологий, и очень много у нас связано с военными действиями. Мы разрабатываем эти машины и в ремонтах участвуем. Ну а
На фото: Генеральный директор ООО «ДСТ-УРАЛ» Евгений Горелый / Источник: МЭФ
На фото: Генеральный директор ООО «ДСТ-УРАЛ» Евгений Горелый / Источник: МЭФ

Расскажу про дорожно-строительную часть, то есть про машины, которые связаны со стройкой. Если брать на примере нашей компании, мы с 2016 года, как ввели утилизационный сбор, в 2022 году, наверное, выросли раз в 7-8 по объему производства в штуках. И расширили линейку и имели такие оптимистические видения на будущее. Ну а в 2022 году что случилось, то случилось. Хотел бы отметить, что тот год мы встретили сначала шоком, а потом нам был как раз комментарий от Минпромторга по обещанному аттракциону невиданной щедрости – по увеличению субсидий, кредитований льготных в виде ФРП. Мы все поверили и начали вкладываться в основные средства, стройки, станки, в разработки активно. Мы только за 2022-2023 год создали, наверное, только новых машин порядка 8 единиц, которых и не было даже.

При этом я еще хочу добавить, что дорожно-строительная область – это все-таки область двойных технологий, и очень много у нас связано с военными действиями. Мы разрабатываем эти машины и в ремонтах участвуем. Ну а в 2023 году мы увидели просто абсолютно противоположную картину [обещанному]. Все проголосовали за китайский дешевый товар и проголосовали настолько, что на сегодняшний момент мы видим на складах примерно полуторалетний запас на сегодняшний день. То есть на 2025 год китайской техники на полтора года потребления всей Российской Федерации. Следовательно, если рынок будет сжиматься, а инвестиционная активность благодаря такой процентной ставке, безусловно, будет снижаться, то мы, как производители, будем отрезаны от рынка более чем на два года. Ситуация крайне опасная, даже нельзя говорить, что она плохая, она очень опасная.

В начале 2024 года мы начали видеть признаки этого системного кризиса. Это выразилось в том, что мы розничный рынок потеряли окончательно. У нас на сегодняшний день многие компании не покупают вообще, они все покупают китайское. Корпоративный рынок, естественно, срезал инвестор-программу. Мы видим уменьшение объемов закупки по основным компаниям в виде того же «Газпрома», «Роснефти», «Транснефти», РЖД, «Роснефть». Вот все прямо тотально начали резко сокращать объем. Оно вполне логично. Ну а мы попадаем в ситуацию, собственно, кто вложился, естественно, мы это делали в лизинг, в кредиты, мы находимся под диким давлением кредитной ставки. Фактически можно сказать для большинства компаний, что мы в предколлапсовом состоянии. То есть рынок может сколлапсировать. Как продавцы, так и сам рынок. На этапе 2026 года уже все может быть крайне печально.

Если говорить об утилизационном сборе, безусловно, это основной фактор. И на нем надо настаивать, на введении его достаточной регулировки. В данном случае мы можем апеллировать к своему опыту при защите бульдозеров. Но кроме бульдозеров существуют погрузчики, экскаваторы. Огромный перечень, который можно защитить. Рынок сейчас никак не отреагирует, потому что на полтора года он находится под наркозом – так велик объем техники, который ввезли, что никто и не поймет. Никто не сможет сейчас прогнозировать ситуацию по ценам через полтора-два года. Потому что тот объем утиля, который мы, если сможем пролоббировать, ведем, вполне возможно, даже не почувствует рынок.

А иначе (если не будет введен утильсбор) мы создадим прецедент для дальнейшего

наращивания объема китайской продукции. Ребята достаточно агрессивные. И они очень хорошо понимают, как завоевывать рынок. Китайский метод давления на рынок такой всегда, всю жизнь, был – медленно удушить всех конкурентов. К сожалению, они так и делают.

Есть один нюанс – это администрирование утилизационного сбора и субсидии на затраты, они будут расти. Необходимо в принципе убирать эту проблему. То есть надо либо отменить оплату для отечественного производителя, либо госаппарат сам себе эти деньги из правого кармана в левый пусть перекладывает и снимет с нас эту административную часть.

На рынке Минобороны мы видим сейчас коренное изменение. Опыт войны показывает, что человеку на поле нечего делать, там уже робототехника вовсю воюет. То же самое происходит и на гражданском рынке. У нас сейчас нет людей. Если предположить, что мы как страна развиваемся, у нас огромная территория, но мало народа, особенно мало квалифицированного народа и желающего работать. Это прямые предпосылки для автоматизации и роботизации простейших технологических циклов в производстве, начиная со сварочных роботов, автоматических линий. В производстве это все уже произошло, должно перейти в отрасль строительства. А так как это двойные технологии, то есть на сегодняшний момент есть понятие транзита, то есть с войны придут алгоритмы управления в гражданскую промышленность. То есть алгоритм управления машиной разминирования или роботизированной машиной по доставке боеприпасов никакой проблемы не вызывает адаптировать для аналогичных сельскохозяйственных и строительных машин.

И, наверное, ключевой вопрос для машиностроения – это компоненты. Без них машины не создаются. Нет болтов – нет машины. Необходимо регулировать этот рынок. То есть нужно создать условия для реального производства компонентов, потому что, действительно, сейчас нет смысла экономического производить. Введите субсидии, гасите эту себестоимость через субсидии. Без своей компонентной базы машин не будет. Не будет суверенитета технологического. Это те посылы, которые надо делать, проецировать на Минпром. Увеличение утилизационного сбора, уменьшение административных мер по этому утилизационному сбору, изменение 719*-го постановления в сторону развития процессов роботизации и автоматизации производства (*Постановление Правительства РФ от 17.07.2015 № 719 "О подтверждении производства российской промышленной продукции" – Ред.) и плюс все-таки нормальную программу для применения отечественного компонента. Субсидировать эти стоимости, которые мы не можем покрыть за счет того, что мы находимся в сырьевой экономике. Там в основном люди-то зарабатывают, а не в машиностроении.

Из выступления генерального директора ООО «ДСТ-УРАЛ» Евгения Горелого на заседании Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России 02.12.2024. Заседание прошло под председательством Константина Бабкина

По материалам ТПП РФ

Книга "Купола Кремля" здесь Книга "Три власти" здесь и здесь Книга "Встреча с жизнью" здесь Книга "Честь таланта" здесь